— Воля ваша, — развел руками капитан. — Не смею вмешиваться в ваши методы работы. Коли хотите воздействовать на этого типа психологически — пожалуйста: ход ваш. Кстати о психологии. — Он поднял палец, привлекая внимание комиссара. — Вы достигнете лучшего понимания с моими людьми, если будете Саркисяна называть Левоном, а не Лео. Он очень гордится своим происхождением. А лейтенант Янковски тоже проникнется к вам симпатией, если вы пару раз назовете его полным именем.
— Разрази меня гром, если я помню… — почесал лоб комиссар. — Ах да — как я мог забыть — я же совсем недавно пялился на его удостоверение. «Наполеон Янковски»… Это ж надо…
— Император ваших предков, мсье Роше, был весьма популярен среди предков лейтенанта Янковски, — усмехнулся капитан Ван-Аахен.
— Ну что же, я буду иметь в виду ваши советы, — заверил его Роше. — А пока попрошу вас отправить в Сеть криминальной информации запрос вот на этого человека.
Он набросал в блокноте несколько строчек, вырвал листок и протянул его капитану.
— Это, собственно, и есть наш с вами Дед.
На экране компа замигал сигнал срочного вызова, и Ван-Аахен взял с панели наушник. То, что он услышал, заставило его физиономию заиграть довольной улыбкой.
— Похоже, вы совсем утратили интерес ко второму из персонажей, помянутых в вашей «ориентировке»? — иронически поинтересовался он. — Напрасно. Похоже, что мои надежды оправдались. Этот парень — не великого ума персонаж. Дурачок и не подумал подстраховаться контактными линзами. Таможенная служба засекла его на космотерминале. Кстати — поздравляю вас. Вы летели с ним одним рейсом — на «Мюнхаузене»…
— Господа таможенники оказались неторопливы, — недовольно буркнул в усы Роше. — За это время…
— Как всегда — межведомственные формальности. Будем уповать на удачу, — пожал плечами капитан. — Я немедленно пускаю по его следу Левона. И пару стажеров ему в придачу. Собирайтесь в дорогу на Прииски, комиссар. Полек будет ждать вас на нашей стоянке в цокольном этаже…
Когда за комиссаром закрылась дверь, капитан уселся перед компом и укрепил в держателе врученный ему листок.
— Ну что ж… — пробормотал он. — Будем знакомиться, господин Бюргер. Впрочем, господин Дмитрий Шаленый, вы вовсе не Энтони Бюргер. И — не Дед. Ваше погонялово — Шишел-Мышел. Я кое-что слышал о вас…
Свою «характерную примету» Свистун предъявил на космотерминале не столько по глупости, сколько по необходимости — именно так, с разными глазами — он был запечатлен в загодя заготовленных проездных документах, и спешно изменять внешность было уже поздно. Но, слава богу, «пронесло». Иммиграционная служба и таможня не проявили ни малейшего интереса к его особе.
Возблагодарив Господа, Свистун озаботился своим дальнейшим благоустройством на Ваганте. Прежде всего арендовал — тут же в космотерминале — вместительный фургончик (в его планы входило неплохо отовариться в Старом Форте) и только после этого зарегистрировал свой мобильник в местной сети. В первую очередь он связался отнюдь не с Дедом и даже не с тем типом, которого ему рекомендовал Берни на предмет сбыта «брюликов», прихваченных из сейфов Четника, а со своим человеком, которого вычислил по совершенно другим каналам, не ставя в известность своих подельников.
«Черный» скупщик драгоценностей назначил ему встречу на полдень. После этого можно было выйти и на человека Берни по кличке Мессер. Тот отозвался не сразу и выслушал Свистуна, казалось, без всякого интереса. Встречу он назначил на два часа дня — в особняке на Пестрых аллеях. Только теперь очередь дошла и до Деда.
Того, в отличие от Мессера, видно, мучило нетерпение. Он попенял Свистуну на его задержку с выходом на связь и подтвердил, что ждет его как и было условлено. Это означало — на следующий день, в шестнадцать тридцать, в баре гостиницы «Берег небес».
Дела, можно сказать, были на мази, и Свистун успокоенно отобедал в недешевом «Дофине» и немного поболтался по центру Старого Форта, присматривая казино поприличнее. Как и все заезжие искатели развлечений, он пришел к выводу, что в жизни не видел более скучного города. Впрочем, здешние ателье и парикмахерские более или менее скрасили сложившееся у него неблагоприятное впечатление о здешних жизненных стандартах.
В одном из ателье он заказал пару костюмов, в другом — прикупил уже готовый клубный пиджак и тут же напялил обновку на себя. Потом его коллекция одежды пополнилась парой мокасин из кожи какого-то диковинного зверя, несколькими шляпами и беретами и еще кое-какими мелочами, которые должны были украсить его щегольской имидж. В лучшей парикмахерской Старого Форта он этот имидж дополнил, сделав себе художественную укладку шевелюры, и наконец остался доволен вложением своих карманных денег.
Полудня он дождался с трудом — здешние часы содержали, по сравнению со стандартными, земными единицами времени — четыре с половиной дополнительные — минуты.
Лазарь Герман, скупщик ценностей сомнительного происхождения, без особого интереса окинул взором те «брюлики», что Свистун припрятал для себя, и сперва назначил за них цену совершенно несерьезную. Торг с ним затянулся До половины второго, и на встречу с Мессером Свистун Убыл хотя и не слишком удовлетворенным, но все-таки с довольно пополневшим бумажником. Одну вещицу — из тех, на которые Лазарь даже смотреть не стал, он сбагрил клиенту скупщика, сшивавшемуся в его приемной. Клиент страдал излишней полнотой и, видно, не был изуродован излишним интеллектом.
Особняк на Пестрых аллеях вид имел совершенно мирный. С первого взгляда (да, пожалуй, и со второго и третьего) он производил впечатление обители мирной, сентиментальной пенсионерки, любительницы цветов и кружевных занавесок. Сам же его хозяин, однако, выглядел не столь сентиментально.
— Ты так и таскаешь товар при себе? — спросил Мессер, указывая глазами на прикованный титановым наручником к запястью Свистуна кейс.
— Так условлено, — кисло отозвался тот. — Конечно, привлекает к себе излишнее внимание, но…
— Так не светись в городе с этим украшением, — поморщился Мессер. — Вообще — держись поосторожнее.
— Вот и я о том же… — направил Свистун разговор в нужное русло. — Берни мне советовал заиметь здесь ствол. Ты, вроде, в этом деле можешь помочь?
Мессер без лишних разговоров вышел в соседнюю комнату и вернулся оттуда со спортивной сумкой в руках.
— Вот, выбирай, — буркнул он, ставя сумку на стол. — Все стволы — чистые. Паленым товаром не торгую.
Свистун с сомнением на физиономии стал перебирать сваленные в сумке пистолеты. Вид у каждого ствола был грозный и внушающий доверие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
