Читаем без скачивания S.T.A.L.K.E.R. - это не игрушка - Михаил Михайлов

- Да живой я, живой, Что там с Макарычем?

- Кажись тоже живой, но без сознания, - откликнулся Шмель, - И не хочет приходить в себя.

Пара минут интенсивной терапии по возвращению в чувства нашего спутника, закончились ничем. Макарыч лежал словно мертвый, только редкое дыхание и неровный пульс сообщал нам о том, что жизнь не оставила это тело.

- Блин, угораздило же, - сплюнул я на землю, совершенно забыв о том, что на мне закрытый шлем. Пришлось открывать забрало и приводить его в порядок.

- Делать нечего, придется его тащить с собою, - скомандовал я, - Вещи несет Угрюмый. Туриста - Шмель и Конопатый, а я впереди, веду по маршруту.

Макарыч очнулся уже совсем рядом с деревней, но толком так и не пришел в себя. Что-то мыча, сведенными челюстями он самостоятельно доковылял до точки укрытия. Местом для ночевки я решил выбрать высокий чердак, поднятый на пять метров ввысь. Покоился от на столбах открытых всем ветрам. Скорее всего это был самый обычный сеновал, возводимые в деревнях и хуторах.

Вкапываются четыре высоких столба, поверх возводиться крыша, чтобы на сено сверху ничего не лилось, в некоторых случаях под этой крышей делают настил из досок, сооружая самый обычный чердак, на котором летом многие отдыхают.

Именно такую постройку я и решил выбрать в качестве укрытия. Несмотря на то количество лет, что она простояла под открытым небом, древесина осталась прочной, не имея ни кусочка гнилой поверхности. Только почернела от времени.

На чердак забрались по приставной лестнице, валяющейся рядом. В отличии от сеновала, она была изрядна попорчена и скрипела каждой ступенькой, под нашими сапогами. С грехом пополам, ожидая каждую минуту, что ненадежное средство рассыплется под нами, мы залезли наверх и затащили за собой лесенку. Это на случай того, чтобы к нам на огонек не заглянули ненужные гости. После этого огляделся по сторонам.

Чердак был неплох. Частая обрешетка, обитая толстым кровельным железом не чета современному, не имела ни единой дырочки. То же самое было и с полом и со стенами. В таком укрытии можно отсидеться и от Выброса, случись он застать в пути. Минус был в том, что дощатые стены не могли спасти от пуль, которые с легкостью прошьют их.

Ладно, будем надеяться, что никому в голову не взбредет пострелять по этому укрытию, тем более, что и желающих побывать в этом местечке не так уж и много. Все из-за того, что слухи ходят самые невероятные и таинственные об этом заброшенном со времен первого взрыва поселке.

- Умник, а что это за место? - отозвался Макарыч, окончательно пришедший в себя к этому моменту. Блин, не вовремя он с этими вопросами, как бы парни не засуетились от полученной информации. Вот только отвечать придется, вот как у всех лица вытянулись в предвкушении ответа. Предвкушайте, как услышите, так сразу погрустнеете.

- Место, как место, - пожал я плечами, укладывая себе под голову рюкзак и устраиваясь поудобнее, - Это поселение еще называют мерцающим.

При этих словах, как и ожидалось, молодежь переглянулась подтащив поближе автоматы, которые они положили на пол, как только почувствовали себя в некоторой безопасности.

- Мерцающее? А что это значит, - удивленно выпучил глаза Макарыч, с недоумением смотря на действия парней, но немного успокоенный моим равнодушным видом, - Почему мерцающее?

- Понимаешь, турист, иногда тут происходят странные явления, которые полностью изменяют весь внешний вид. То дома принимают вид, только что покинутых жителями, даже шторы и паласы на своих местах, а печи теплые. То люди совершенно штатского вида копаются на огородах, словно не один год, проживая на этом месте. Вот так и меняется - от запустения к обжитому на вид. Потому и мерцающее. Беспокоиться не стоит по этому поводу. Я уже не в первый раз тут ночую, но еще ничего подобного не видел. Не думаю, что призраки Зоны нам причинят вред, главное все общение с ними свести к минимуму, а из поселка побыстрее уйти, если он изменится на наших глазах.

Мои слова не сильно убедили сталкеров, зато Макарыч вцепился в меня, как клещ, выпытывая все до малейшей мелочи о творящихся тут безобразиях. Пришлось рассказать даже о своих ощущениях в предыдущие посещения, вот только тогда я останавливался тут на пару часов, только ради отдыха и перекуса. По странному стечению обстоятельств, эта местность была практически не заражена радиацией и не имела постоянных аномалий. Последние и вовсе исчезали через несколько часов, после возникновения, словно рассасывались под действием некой силы.

- Все, баста, - решил я прекратить расспросы, так как время было уже позднее и надо было отдыхать, - Всем спать. На часах стоит Шмель, потом Угрюмый, Конопатый и последний я. Подъем после семи утра и в путь. Мы и так весьма задержались, со всеми этими обходами и аномалиями.

Макарыч что-то вякнул, но я уже отвернулся носом к стенке и засопел. Вот удивительно. Дома я никогда не мог сразу заснуть, приходилось минут по десять или дольше (зависело от усталости) лежать под одеялом с закрытыми глазами. В зоне же, я мог заснуть за пару секунд и проснуться так же быстро, уже полностью собранным и готовым к действиям. Вот что с людьми делает непривычная обстановка и постоянная опасность. Отдых порой, не меньше значит, чем пища или вода, так что организм научился им пользоваться при любой возможности.

Ночь прошла без происшествий, даже слепые псы под предводительством своих более крупных собратьев - чернобыльских собак, не нарушали тишину своим воем и хриплым лаем. Под утро, около половины пятого меня растолкал Конопатый, у которого закончилось дежурство. Немного поежившись от прохлады, которая проникла под костюм во время ночевки в холодном, да еще поднятым на обозрение всем ветрам помещении, я перебрался поближе к люку, чтобы бдеть еще пару часков до подъема.

Не знаю как, но меня сморило в самом конце дежурства. Словно темный мешок опустили на голову и все. Сроду такого со мною не было, поэтому едва смог согнать с себя дрему, я стал осматриваться по сторонам. Нечто такое могло произойти под воздействием контролера, весьма мерзкой твари с зачатками разума и внушающего окружающим различные видения.

Под конец, его жертва (если это был вполне здоровый сталкер) превращалась в неразумное существо, полностью подконтрольное своему ментальному поводырю. То есть - в зомби. У меня имелся хитрый приборчик полученный у ученых на Янтаре, но все когда-то дает сбои и ломается, поэтому и полагаться безгранично на аппаратуру никогда не надо.

С величайшей опаской и предосторожностью, я приподнял крышку люка и огляделся по сторонам. Нет, никаких контролеров и прочих мутантов поблизости не оказалось. Но признаюсь честно - лучше бы рядом в кружке сидели пяток контролеров, попивая чаек и посматривая на наш сеновал; неподалеку от них резвились бы десяток кровососов, а на коньке нашего укрытия сидели бы несколько химер, словно каменные горгульи. Да, лучше бы и привычнее увидеть все это, чем ту картину, что сейчас раскрылась передо мною.

Тихонько, я толкнул ботинком лежащего рядом Шмеля и когда тот встрепенулся, прижал палец к губам, призывая к тишине. Когда тот понятливо кивнул и переместился на корточки, я поманил его к себе, уступая место у люка.

- Выгляни наружу и скажи, что подозрительного видишь, - прошептал я ему, когда сталкер оказался рядом. После этих слов я отодвинулся в сторону, давая тому возможность выполнить мои слова.

Минут пять он пялился наружу, не издавая ни звука, только когда он повернул ко мне лицо, я понял по его выражению, что мне ничего не привиделось, если только нас обоих не держит контролер.

- Что же это такое происходит, Умник, - потрясенно произнес молодой сталкер, еще раз бросая взгляд наружу. Что, что, будто я сам знаю ответ на этот вопрос. Сам бы с большим интересом задал его же кому другому. Блин, ну и дела.

Потревоженные нашим шевелением, стали просыпаться остальные, и сразу же хвататься за оружие, видя наши встревоженные и озабоченные лица.

- Вы чего, - настороженно спросил Угрюмый, стараясь понять, отчего два его спутника такие грустные и потерянные, - Случилось чего?

- Случилось, - шепотом откликнулся Шмель, указывая на люк, - Сам посмотри.

Тот выглянул наружу и резко отпрянул назад:

- Что за дела, это кто же столько сена навалил? К нам хотели забраться?

- Баран, - выругался Шмель и повторил еще раз, - Ты получше осмотрись, может чего увидишь еще подозрительного, кроме сена.

Пока Угрюмый и остальные теснились возле люка, я размышлял над произошедшим. Дело было не только в появившемся сене, почти на две трети заполнившего сеновал. Не знаю какое оно было - остатки с прошлого года или уже новый сбор - не разбираюсь я в сельском хозяйстве. Вот только кроме сена, изменился и вид сеновала, который приобрел вид совсем недавно поставленного, мало того, изменилась и вся деревня.