— Каким же образом?
— А таким: мы теперь проводим специальные двадцатиминутки на сборах — проверяем домашние задания. У всех вместе здорово получается. За это отвечает Славка. Он так вчера нас гонял по состоянию покоя, что даже Федя Новиков из шестого класса все выучил наизусть. Даже маленький Клим, наверное, смог бы ответить. А Ритка… Нет, это никуда не годится, Инна Андреевна! Поговорите с её мамой, пусть не думает, что форпост напортит Ритке. Мы её живо подтянем. Ведь мы же знаем, что ей охота к нам.
Рита сидит потупившись. Теперь она уже теребит край своего фартука и говорит чуть слышно:
— Правда, Инна Андреевна, поговорите с моей мамой.
— Хорошо, поговорю…
В классе наступает странная тишина, потому что Инна Андреевна как будто забывает, что ведет урок. Она сидит за своим столиком, и лицо у неё такое, словно случилось что-то очень важное. И никто из ребят не смог бы догадаться, о чем она думает.
А Инна Андреевна с удивлением думает о том, как выросли её ребята и какая это чудесная сила — коллектив. Никакая сила из физики не может сравниться с нею.
Стукнула крышка чьей-то парты. Инна Андреевна спохватывается и говорит совсем просто:
— Спасибо вам, ребята…
Глава двадцать первая
ЕЩЕ ОДИН ПЛЕМЯННИК
Девушка бережно прижимает к груди кожаную сумочку.
— Мне что-нибудь получше покажите. На тонком каблуке, номер тридцать пять. Завтра у нас в институте бал…
Продавщица снимает с полки коробку, раскрывает её.
— Такие?
— Да! Я примерю?
— Конечно. Садитесь, пожалуйста.
Девушка торопливо заняла освободившееся кресло, сунула сумочку за спину и, счастливо улыбаясь, принялась рассматривать маленькую остроносую туфлю на высоком каблуке.
Мимо прошмыгнул подросток. В тот момент, когда девушка наклонилась, чтобы примерить туфлю, он подхватил сумочку и затерялся в толпе покупателей.
Этой ловкой кражи не заметил никто, кроме, пожалуй, одного маленького мальчика. Но он не последовал за похитителем сумки. Он смотрел совсем в другую сторону — туда, где, небрежно облокотясь на прилавок, остроносый парень в клетчатой кепке перебирал разложенные продавщицей носки.
Вот когда остроносый, наконец, выбрал себе пару носков, расплатился и пошел из магазина, тогда, не отставая от него ни на шаг, вышел и мальчик.
Остроносый не спешит, идет по проспекту вразвалочку, руки в карманах, во рту папироска.
На углу стоит здоровенный рыжий дядька в кожанке. Он будто вовсе и не замечает ни мальчика, ни остроносого — читает себе газету на стене.
Мальчик, видно, тоже заинтересовался «вечеркой». Остановился рядом с дядькой, задрал голову.
А за остроносым теперь уже идет другой мальчик. Этот повыше ростом, коренастый, стриженный под бобрик. Откуда он взялся? Наверное, тоже стоял где-то поблизости.
Подросток, укравший сумочку, ждал в сквере. Сидел на скамейке и, тревожно оглядываясь, ощупывал добычу, спрятанную под курткой. Остроносый подошел, сел рядом.
— Молодец, Митяй. Чисто сработал. Давай её сюда… Постой, пусть пройдет вон тот тип.
По аллее медленно шел человек в модном сером костюме. Он никак не мог прикурить сигарету: ветер то и дело гасил спички. Но, поравнявшись со скамейкой, он вдруг бросил сигарету и тихо приказал:
— Не вставать!
Подросток метнулся прочь, но налетел на появившихся с боковой дорожки дядьку в кожанке, Игоря, Симку и Славку; они вмиг окружили его, а из кустов выскочил Клим и поднял с земли оброненную сумочку.
— Ведите, ребята, Митю Рыжкова, — приказал Антон Дмитриевич. — А мы с товарищем Бондаренко пойдём за вами.
Бондаренко уже крепко держал остроносого под руку — небось не вырвется. Славка-то знает, какие пальцы У начальника штаба народной дружины, на себе испытал, — как клещи!
У выхода из сквера их ждали Петров и Нинка с Лерой, которые уговаривали заплаканную девушку:
Ну, успокойтесь же! Видите, вон ваша сумочка уже у Клима.
— Я попрошу вас пройти с нами в отделение, — обратился к девушке Антон Дмитриевич.
— В чем дело? — запротестовал остроносый. — А при чем здесь я? — И он нагло усмехнулся. — Все равно вы ничего не докажете: я этого шкета никогда в глаза не видел. Просто на одну скамейку случайно рядом сели.
— Случайно? Не видел? Ах ты!.. — закричал Клим. — Да я тебя сфотографировал, когда ты с Митей Рыжковым шел по пустырю и ещё учил его, что милиционер есть главный враг! А карточка давно уже в милиции!
Остроносый неопределенно хмыкнул, пожал плечами. Однако не выдержал и метнул на Клима угрожающий взгляд из-под козырька своей клетчатой кепки.
Но Клим стоял между Игорем и Славкой. Он чувствовал совсем рядом их локти; не страшен теперь остроносый никому.
… В отделении милиции Петров увел Митю Рыжкова к себе в комнату. Там он сел к столу и достал новенькую пустую папку.
Митя тоскливо смотрел в раскрытое окно. Оттуда доносился шум улицы, слышны были голоса играющей детворы, сквозь желтую, поредевшую листву тополя просвечивало пасмурное небо.
— Я не буду больше! Отпустите, дяденька…
— Я тебе покажу дядю. Нет тут дядей с вами возиться. Пойдешь у меня за решетку, как дважды два. Скажите пожалуйста, ещё один племянник выискался…
* * *
… Ну вот и кончилась наша повесть о форпосте Зорком, но жизнь его продолжается. И чем старше, умнее и опытнее становятся ребята, тем больше полезных дел на их счету. О них мы расскажем в другой книжке.
И пусть не думают наши читатели, что форпост этот — достояние и гордость одной только школы, в которой счастливая случайность свела в одну семью Игоря Соломина, Леру Дружинину, Славу Оболина, Нину Логинову и других мальчиков и девочек из восьмого «В» класса, сблизила их с Федей Новиковым, подружила с маленьким Климом и его мамой… Пусть не думают читатели, что всем этим ребятам как-то особенно повезло, у них случайно оказались такие друзья, помощники и наставники, как Инна Андреевна, Иван Сергеевич.
Нет! Осмотритесь, ребята, повнимательнее, вглядитесь, вдумайтесь: кто около вас, кто идет рядом? Ведь наверное, среди ваших учителей есть Инна Андреевна и не одна! А вон тот милиционер, который сердито гонит с мостовой ребят, — быть может, это Иван Сергеевич?
Они на каждом шагу — друзья, помощники и наставники. И если вы не заметили их, обидно за вас!
А сколько интересных и полезных дел кругом! Нужно зорче смотреть, и вдруг окажется, что повсюду вы, ребята, нужны до зарезу, вас ждут, вас ищут…
Ведь как это приятно сознавать, что ты, ещё пионер, ещё школьник, а уже запомнился чем-то хорошим, о тебя говорят в школе и дома: «Он растет настоящим человеком. Он будет…» И тут тебе подбирают и прочат самое лучшее будущее, потому что ты уже чем-то порадовал людей.
Каждый из вас может быть трудолюбивым, и смелым, и добрым. Мы в этом уверены, честное пионерское!
Смотри! Потом ведь кто-то спросит.Не трусь, а значит — и не лги,Тогда друзья в беде не бросятИ побоятся бить враги.
