Читаем без скачивания Дневник бессмертного - Татьяна Форш

Положение спас устроившийся рядом Андруш.

– Что-то случилось? – Он поднял бокал и протянул мне. – Возможно, всему виной дождь. Выпей. Это вино славится вкусом и выдержкой. А еще в нем много солнца для таких вот дней.

Я улыбнулась, поправила сумку и взяла бокал. Может, действительно всему виной дождь?

– Спасибо.

– Не за что. Не люблю печаль на лицах людей. Люди должны быть… мм… счастливы? – Речь Андруша снова стала путаной. – Понимаешь меня?

– Я понимаю. Просто очень переживаю за работу. Пообещала барону предоставить данные, вот и волнуюсь, что не успею подготовиться. – Стараясь не показать отчаяния, я в два глотка осушила бокал. – Я должна доказать, что Влахо Вайнский не убийца! Не чудовище! Тогда барон Геминг не будет придумывать несуществующие преграды и позволит мне познакомиться с истинной историей рода Вайнских князей.

Я замолчала, вслушиваясь в воцарившуюся тишину. Все уставились на меня так, словно поняли, что я только что произнесла на чистейшем русском языке. Возможно, их привлекли знакомые имена? Пытаясь отгородиться от удивленных взглядов, я уткнулась в тарелку и сосредоточилась на еде. Мгновение спустя, словно по чьему-то приказу, вновь заиграла музыка, зазвучали голоса.

– Зачем тебе это? – Андруш вновь наполнил вином мой бокал и протянул мне.

Я пожала плечами и взяла предложенное питье.

– Не знаю. Я сейчас изучаю его дневник… – Терпкое вино обожгло пряным нектаром, теплом разливаясь по венам, и мне вдруг так захотелось поделиться с ним всем: и сомнениями, и обидами, и радостью, и волнениями, что принесла мне эта поездка. – Я всегда жила мечтой моей бабушки о Румынии, и когда она доверила мне эту работу, подумала – вот мой шанс! Доказать всем, что я тоже чего-то достойна! А дневник… Вначале я не понимала, о чем он. Не понимала и не хотела понимать, что в нем описана боль одинокого, не нужного никому мальчишки, парня, мужчины, который должен был сам преодолевать все трудности и сражаться с врагом. Единственным врагом, имя которому – «жизнь». Но в один момент я осознала, что воспринимаю эту работу как нечто большее. Андруш, ты когда-нибудь видел сумасшедшую русскую девушку, которая влюбилась в то, чего давно нет? Здесь я стала ощущать Влахо как кого-то, кто живет рядом со мной. И мне кажется, что я должна… нет! Просто обязана посетить замок. Хотя бы для того, чтобы убедить саму себя, что он – всего лишь часть истории. Понимаешь? Убедиться, что он – всего лишь моя работа!

Его серьезные, слишком серьезные глаза манили и притягивали. И в них не было ни капли насмешки, только непонятная мне боль.

– Понимаю. И больше чем уверен – у тебя получится. – Не говоря больше ни слова, Андруш поднялся и направился прочь. Позади мягко хлопнула входная дверь.

Я не оглянулась. Не проводила его взглядом. Только внимательно смотрела на рубиновое вино в бокале. Вот интересно, зачем я все это рассказала? Ему! Одно радует, кроме него и Верки меня никто не понял.

Фууух! Не люблю алкоголь и не люблю навязываться, а тут… Очаровал он меня, что ли?

Я встретилась взглядом с подругой. В ответ она только качнула головой, выразительно коснулась виска, затем покосилась на Владиша, увлеченно обсуждавшего политические вопросы с толстячком, и изобразила тоскливую улыбку.

Все ясно!

Ее кавалеры оказались слишком заняты беседой, и подруга, не понимая ни слова, уже сама была не рада, что пришла на этот вечер. Ну и заодно окончательно уверилась, что у меня поехала крыша.

Ну и ладно!

– Господа, хватит скучать. Я пришла сюда не для того, чтобы слушать монологи на непонятном мне языке! – зазвучал голосок сидевшей рядом со мной мадам Матильды. Я даже заслушалась, как мягко и медленно она произносит слова. – Андруш, я хочу танцевать.

Она встала и решительно задвинула за собой стул.

– Одну минуту, мадам! – тут же ответил ей голос Андруша.

Я изумленно вытаращила глаза, разглядывая нашего гостеприимного хозяина, поднимающегося с дивана, стоявшего в уголке у камина.

Но… я же сама… только что слышала, как он ушел!!!

Неторопливо подойдя к аудиосистеме, Андруш поставил диск, и зал оживили звуки веселой польки. К мадам присоединился незнакомый светловолосый мужчина. Кажется, вчера мне его не представили… Впрочем, неважно!

Я поднялась и, не замечая никого и ничего вокруг, направилась к Андрушу.

– Немедленно говори, как ты тут оказался?!

– Я? – Его брови полезли на лоб. – Я тут был…

– Но ты же… только что ушел!

– Ушел? Мм… ушел. И… и пришел! – Он посмотрел на меня, как смотрят на буйных помешанных, и ласково спросил: – Что-то случилось?

Я отступила от него и поискала взглядом, куда бы можно было сесть. Отчего-то закружилась голова.

– Тебе плохо? Может, вина?

– Нет. – Я решительно мотнула головой. Спасибо! И так напилась до галлюцинаций! – Лучше вернусь в дом.

– Боюсь, что это невозможно. Скоро наступит время легенд. Не хочу, чтобы вы и на этот раз все пропустили. Лучше присядь на диван.

Я позволила ему усадить меня на упругую кожу дивана. Ладно. Подожду, пока не исчезнет слабость и прояснится голова.

– Принести воды? – Андруш с подозрением оглядел меня.

– Если можно, – кивнула я и проводила его взглядом. Что происходит?

– Ну, дорогая, рассказывай! – Рядом со мной уселась Вероника. – Сначала ты бросаешь меня одну, потом врываешься в зал, напиваешься с двух глотков и начинаешь плести бедной тетеньке какую-то чепуху о своей работе и то, как ты в нее влюблена. В работу!!! Что уже само по себе странно! Причем на русском языке! Уверена, она не поняла ни слова! Нет, я, конечно, смирилась, что ты девушка эксцентричная, но извини, не до такой же степени! Или ты ее со мной перепутала?

– Ве-е-ер! – Я озадаченно поморгала. – Может, это для тебя уже шампанского достаточно? Если ты не заметила, все это я говорила Андрушу!

– Забавно. Может, ты думала рассказать все это Андрушу? – Подруга кокетливо поправила лямку платья и закинула ногу на ногу. Этот жест меня отчего-то взбесил!

– Ты что – слепая? Он сидел рядом со мной!

– Да-а-а… – Вера нахмурилась. – Или я теряю хватку, или тебе действительно алкоголь противопоказан. Причем второе более правдоподобно – только ты могла обвинить меня в том, будто я добровольно отдала тебе на растерзание Андруша и старательно наблюдала за тем, как он выслушивает твои бредни! Хотя… если тебе хочется в это верить – верь, а я пока пойду потанцую! – Она поднялась. – Протрезвеешь – позови. Пообщаемся.

Несколько секунд я смотрела, как она идет к танцующим, и…решительно открыла сумку.

Пусть. Если ей так хочется участвовать в этом балагане, ничего не имею против. Интересно, для чего весь этот розыгрыш? Я ведь не сумасшедшая и не пьяная! Я реально видела перед собой Андруша! Так почему же все пытаются доказать мне обратное?

Мгновение спустя ко мне, мягко ступая, подошел наш милый хозяин. Заинтересованно поглядывая на меня, он поставил бокал воды на стоявший рядом с диваном столик и вежливо поинтересовался:

– Может быть, что-нибудь еще?

– Нет, спасибо, Андруш. – Я коротко ему улыбнулась, давая понять, что разговор окончен. – Хочу побыть одна.

– Хорошо.

Он послушно развернулся и направился к гостям. Убедившись, что никто не обращает на меня внимания, я бережно достала из сумки дневник.

Интересно, о каком отрывке говорила бабушка? Осторожно пролистнула несколько ветхих листов. Та-ак… Вот отметина, которую я уже проходила. Полустертый рисунок розы. Значит, следующие несколько листов переводила бабушка.

Пытаясь найти уже знакомые события, я пробежала текст глазами.

«Барон.

Я нашел его.

Совершенно случайно.

Он сумел выжить в момент перелома цивилизации, утаился от костров инквизиции… Я сказал, что ничего не помню. Что я растерян, напуган и мучаюсь голодом! Меня накормили дарящим жизнь нектаром.

Группа бессмертных приняла меня как родного. Оказывается, мне многому нужно научиться.

Оружие. Техника.

Боги, как было просто и легко четыреста лет назад!

Сейчас все по-другому. Бессмертные растворились в мире живых. Они почти не убивают. Они получают нектар из добровольных пожертвований (у барона сотни донорских пунктов). И они почти не создают себе подобных. Их стало мало, как и Детей луны, но… война продолжается».

Я ошарашенно нахмурилась и перечитала отрывок еще раз. Что это? Какие четыреста лет? Кто это писал?!

Торопливо пролистав в самое начало, я впилась глазами в строчки, что знала наизусть, но… привычного текста не было!

«Я словно попал в другой мир. Четыре столетия заточения в безвременье изменили все и вся. Здесь идет война. Над головой летают громко гудящие железные птицы, странные бронированные повозки плюют огнем.