Только как Ардану объяснить, что это не просто блажь, и моей безопасности на острове драконов ничего не угрожает. Он же явно будет против любого отлучения от него. Видно, как дорога ему, как боится потерять. Интересно, как к нему подход найти? Где у него слабое место? Может быть, глазки со слезами, жалобный такой, или улыбочка такая, кокетливая. От чего же ты растаять можешь, Ардан Дервир?
– Ардан, Ардан, я не я буду, если не уговорю. Девушка я или нет?
Встаю с постели, потягиваюсь на носочках. День еще не начался, а я уже устала. Хочется спрятаться под одеяло и не принимать никакие решения, просто жить. Но я уже впутана в историю. Не спрячешься, это будет высшей трусостью. Я взрослая девочка, надо нести груз ответственности.
Подхожу к туалетному столику и застываю на месте. Под дверь снова бросают записку. Подхожу с опаской, потому что после прошлой такой, моя жизнь рухнула во тьму. Дрожащими пальцами поднимаю пергамент и раскрываю лист.
«Плохая девочка, Эйлина
Я ведь говорил тебе, чтобы сбежала со мной. Не послушалась. Плохая моя девочка. Почему ты меня не послушала? Нехорошо. Я ведь все для тебя подготовил, а ты не послушалась. Ты все испортила. Так было хорошо проработано все, а ты что?
Долго сомневалась? Неужели так боялась сбежать из-за истинного? Он тебе никто, я знал, мог спасти тебя. А ты так от меня отвернулась. Я хотел тебе помочь. Я хотел, чтобы мы были счастливы. Вместе. Вдвоем!
Нет же. Теперь рядом с тобой этот дракон-наследник вьется. Неблагодарная дрянь, вот кто ты!
Я давал тебе шанс. Ты его проигнорировала.
Теперь готовься. Ты будешь следующей жертвой. Ходи осторожно, оглядывайся, бойся каждого шороха.
И вот когда ты измотаешь себя опасениями, устанешь бояться, я приду за тобой. Буду смотреть в твои глаза, когда будешь умирать»
Вот сейчас мне становится очень страшно. Липкий страх окутывает сознание. По вискам лупит дикая паника.
Как он просунул записку? Там ведь стоят стражи Ардана. Кидаюсь к двери, забыв, что выгляжу крайне непристойно, распахиваю её и убеждаюсь, что все на месте. Не понимаю ничего.
Сердце бешено бьётся в груди. Пускаюсь в дикий бег и спешу к тому, кто точно спасёт, поймёт, поддержит. Не сомневаюсь. Поэтому игнорирую крики стражей, бегу к нему.
У дверей нет стражи. Очень странно, но мне сейчас не до того. Толкаю тяжёлые двери и врываюсь в покои Ардана. Застываю в шоке.
Взгляд непроизвольно цепляется за обнаженный мужской живот с кубиками пресса. Меня сложно назвать ценительницей мужского тела, не видела я прежде никого в таком полуобнаженном виде. Какой же он мощный. Пробегаюсь взглядом по крепким рукам, впитывая образ. Теперь он навсегда закрепился в сознании.
Поднимаю выше, к сонному лицу, немного растрепанным пепельным волосам. Мужчина явно только встал, а тут я залетела ураганом. Смотрит на меня, удивленно моргая. И тут до напуганного сознания доходит, что на губах Ардана лёгкая ухмылка.
Великие драконы!
– Ой, простите. Прости, Ардан. Я, – поворачиваюсь к нему спиной, хотя уже поздно пытаться сохранить рамки приличия.
Какой же позор. Так нагло и жадно разглядывала мужчину лишь в одних штанах для сна. Ужас. Если кто-то узнает, позора не оберусь. Матушке потом стыдно будет за меня. Как распутная девица, ворвалась в покои, смотрела. О чем только думала.
Нужно было дождаться общего пробуждения, самой одеться и тогда встретится с наследником, рассказать о своих беспокойствах и страхах, угрозе от неизвестного. Нет же, выбежала в одной сорочке. Страшно представить, что он теперь обо мне подумал.
Обнимаю себя руками, потому что резко становится холодно от собственной глупости. За спиной слышится шорох одежды. Хоть кто-то из нас может выглядеть пристойно. Великие Драконы, Эйлина, буркни извинения и беги к себе, надень платье и раз уж вышло ужасное утро, вернись, как подобает истинной леди, в компании хотя бы служанки. А лучше, дождись завтрака, во время которого все обсудите.
Да, именно так и делай. Давай же! Кричу на себя в мыслях, но ноги меня не слушают. Они приросли к полу. Я словно там, где должна быть и именно тогда, когда нужно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ловлю звуки каждого шороха, но все равно пропускаю момент, как на плечи ложится теплый мужской халат, согревая теплом и окутывая запахом того, с кем наши жизни связаны до конца наших дней. Руки Ардана ложатся на плечи, но разворачивать меня никто не спешит.
– Ты напугана, что случилось? – раздается его голос над самым ухом, а кожу обдает горячее мужское дыхание.
Дракон перекидывает волосы на одну сторону и проводит по нежной коже пальцами, заставляя меня внутренне дрожать. Не от страха, нет. От предвкушения. Неправильно сладкого и желанного. Что со мной? Почему его касания так действуют на меня?
Хочу сказать, что мне подсунули записку, при этом стража стояла на посту. Что меня замучали кошмары. Вот только с губ, вместо слов, срывается судорожный вздох, когда мужчина начинает зарываться своей пятерней в волосы. Подаюсь назад, отпуская себя и позволяя ему творить немыслимые вещи.
– Эйлина, – все же разворачивает к себе лицом.
На нем уже тонкая хлопковая рубашка с закатанными по локоть рукавами. Вот только у меня перед глазами все тот же образ. Без белого хлопка.
– Ты напугана. Что случилось? Не молчи. Где твоя стража? Они тебя напугали? На плаху отправлю прямо сегодня. Сейчас.
Рычащие нотки в голосе Ардана, наконец, приводят меня в чувство, как и смысл сказанного. Но голос пропал. Не могу и слова вымолвить, потому что не знаю с чего начать. Как начать. Еще и чувство такое, странное. Словно кто-то душит за горло, не давая и слова сказать. Легонько так, предостерегающе.
– Эйлина, не молчи, – наследник встряхивает меня за плечи, и я все же протягиваю ему записку, что сжала в кулачке.
Он смотрит на меня с подозрением. С трудом распрямляет задеревеневшие пальцы, и, выхватив пергамент, начинает читать. Чем больше он читает, тем суровее его взгляд. На лбу появляется напряженная складка. Злится. Без труда считываю его состояние.
– Кто этот мужчина, Эйлина? И когда ты должна была бежать? А главное – от кого? От меня?
Его глаза наполняются гневом, в них вспыхивает дикая ярость. Мне страшно, потому что эти чувства теперь направлены на меня.
– Отвечай. Сейчас же, или клянусь собственной жизнью, ты будешь всегда под моим наблюдением. Над замком щит поставлю, чтобы тебя увести на могли ни по собственной воли, ни против. Только со мной сможешь выйти за позволенную границу.
Смотрю на него, становится страшно. Он с ума сошел. Невозможно поверить, что сейчас его заботит лишь это.
– Мне, я не…
Теряюсь под его напором. Хочу сказать, что ошиблась, зря пришла с этим посланием, но ничего не получается. Ардан хватает меня за плечи, до боли их сжимая. Писк все же срывается с губ от его внезапной грубости, но тиски останавливаются, но не отпускают. На коже явно останутся синяки. И пусть. Главное – сжимать перестал, иначе в мелкую крошку превратил бы косточки.
– Что вас связывает, что он так рьяно хотел тебе помочь? Следующая жертва. Ты понимаешь, что этот человек, похоже, и есть тот самый служитель тьмы, которого ищут? Имя, Эйлина! Мне нужно его имя, и он за все ответит.
Меня приподнимают над полом, встряхивая. Ничего не понимаю. Чем заслужила подобное отношение? В его глазах больше нет былой нежности. В них ярость, дикая злоба, и ничего человеческого. На меня, словно зверь, смотрит, а не мужчина.
И как с ним справиться? Как успокоить и объяснить все? Он ведь только имя хочет. Скажу я его, но где гарантия, что человек действительно виноват. Дэрвир уже приговорил его в своей голове, а я все еще сомневаюсь. Мне не хочется верить, что тот, затюканный соседями мальчишка, с которым никто не играл на улице, мог вырасти монстром.
Не знаю почему, но он выбрал меня, пытался привлечь внимание, и до отъезда на остров, каждую неделю приносил на крыльцо букетик полевых цветов. В детстве мне было это неинтересно, а во взрослом возрасте мы и не виделись больше.
