Лиза сползла с кресла, пошатываясь, держась за стены, вышла в прихожую, нашарила сапоги, сдернула с вешалки свою шубу. Только бы дверь не была заперта! Господи, сделай так, чтобы она была открыта!
Дверь оказалась заперта, но в замочной скважине торчал ключ.
Пальцы не слушались, дрожали и соскальзывали. Голоса за спиной зазвучали громче. Все… Ей конец…
Дверь поддалась неожиданно. Лиза вывалилась на заметенное снегом крыльцо, обламывая ногти, вцепилась в край двери, не позволяя ей с шумом захлопнуться.
Теперь бежать! Бежать куда глаза глядят, только бы подальше от этого места.
Бежать не получалось, земля продолжала предательски раскачиваться под ногами. Лиза упала на четвереньки, ледяной поземкой ей обдало лицо. Холод придал сил, взял на себя управление бестолковым Лизиным организмом. Она ползла, по самые плечи зарываясь в пушистый снег, пытаясь побыстрее отползти от освещенного пятачка перед особняком. Руки замерзли так, что перестали чувствовать холод, джинсы намокли, снег забивался за шиворот и в незастегнутые сапоги. Но холод бодрил, заставлял действовать. Лиза поднялась на ноги, выписывая затейливые вензеля, побежала прочь от особняка, к стоящим невдалеке многоэтажкам. Только бы добраться до людей…
Она забежала в ближайший двор, прижалась спиной к стене, огляделась. В окнах домов еще горел свет, но не во многих. Который же сейчас час? Неужели так поздно?
Тихо поскрипывали на ветру детские качели. Это мерное поскрипывание убаюкивало.
«Не смей спать, – приказала она себе, – не сейчас! Сейчас надо бежать».
Лиза была уже в подворотне, ведущей на улицу, когда увидела Алексея. Чтобы не заорать от ужаса, она до крови прикусила ладонь. Боль привела ее в чувство. У нее еще есть шанс…
Безлюдная улица была ярко освещена – не спрячешься. Задыхаясь от страха и бьющего в лицо ветра, Лиза метнулась к стоящему на остановке троллейбусу. Ей повезло – в самый последний момент удалось вскочить в пустой, стылый салон. За спиной со змеиным шипением закрылись двери, за обледеневшим стеклом мелькнуло и исчезло растерянное лицо Алексея.
Она добралась до пассажирского сиденья, запахнула поплотнее шубу, села, прижалась виском к холодному окну. В троллейбусе было не намного теплее, чем на улице. Не было лишь ветра. И то счастье… Ей повезло – опасность позади. Как же хочется спать…
– …Нажрутся и катаются, уроды! – кто-то грубо тряс ее за плечи.
Лиза открыла глаза, испуганно посмотрела на толстую тетку в телогрейке.
– Что зыришь?! – рявкнула тетка и сдернула ее с сиденья. – За проезд плати, убогая!
Лиза затрясла головой, попыталась встать на ноги. Где она? Что с ней?
– Что?! Денег нет?! – орала тетка у нее над ухом. – На водку деньги есть, а на проезд нет! А ну, вали отсюдова, шалава! – Лизу дернули за воротник, потащили по грязному полу к дверям. Она пробовала сопротивляться, но для этого требовались силы, а их у нее больше не осталось…
Земля встретила ее ласково – пушистым снегом. Она почти не почувствовала боли от падения.
– Скажи спасибо, что я ментов не вызвала! – послышалось откуда-то сверху. – У-у, ненавижу вас, пропойц!
Лежать на снегу было хорошо, ничуть не хуже, чем сидеть в холодном троллейбусе. Земля тоже качала и баюкала.
Спать, так хочется спать… Нужно только отойти куда-нибудь подальше от света, куда-нибудь, где темно и можно поспать…
Она не помнила, как оказалась посреди дороги, помнила только невыносимо яркие, стремительно приближающиеся огни. Чтобы не видеть их, она зажмурилась…
…А когда снова открыла глаза, оказалось, что она уже не на улице, а в чужой квартире, на чужом диване, укрытая чужим пледом. Первая же осознанная мысль повергла ее в панику – Алексей нашел ее, привез обратно в тот страшный особняк. Лиза рывком села, схватилась за раскалывающуюся от боли голову. Когда боль и головокружение немного улеглись, девушка осмотрелась.
Нет, это не та квартира. Тут все по-другому: другая мебель, другие шторы на окнах, даже пахнет здесь как-то иначе. Только телевизор на стене похож на тот, что она видела раньше.
А может, это просто другая комната? Не гостиная, а спальня? Нет, это определенно гостиная. И потом, если бы Алексей ее нашел, то не стал бы больше оставлять без присмотра.
Тогда где она? Кто ее сюда привез? И где ее одежда?
Под пушистым банным халатом на ней не было совсем ничего. Кто-то снял с нее даже носки…
Ой, мамочки! Нужно было слушаться Ленку! Если бы послушалась, не очутилась бы сейчас в такой жуткой ситуации!
Лиза встала на ноги, пол качнулся, но уже не так сильно, как раньше, – и на том спасибо.
Не надо паниковать. Ее не убили, кажется, даже не изнасиловали. Ее просто привезли в незнакомое место, раздели, уложили спать на мягкий диван, укрыли теплым пледом…
Зачем? С чего вдруг такая забота?
А может, события минувшей ночи ей просто приснились? Может, не было никакого седовласого мужчины, похожего на известного актера? Может, она вообще никуда не убегала, а просто уснула в гостиной Эвелин? Может, ей все-все приснилось?
Лиза посмотрела на свои обломанные ногти и застонала. Не приснилось! Господи, не приснилось…
Паника снова накрыла ее с головой. Где одежда? Нужно найти одежду и… Что «и»? Снова бежать? Она уже бегала, ее поймали…
Осторожно, на цыпочках Лиза подошла к окну, отодвинула штору. Высоко, этаж четвертый-пятый. Через окошко не убежишь. Вышла в прихожую, увидела свою шубу, небрежно валявшуюся в углу, стоявшие в сторонке сапоги. Вот если прямо сейчас одеться и выскользнуть за дверь…
Дверь оказалась заперта. И никаких ключей в пределах видимости! На сей раз ее похитители перестраховались: пятый этаж, запертая дверь. Теперь не убежишь… Можно попробовать разбить окно и позвать на помощь.
Наверное, Лиза так бы и поступила, но тут неожиданно включилась спавшая все это время логика. В случае похищения ее не оставили бы без присмотра. Связали бы, на худой конец. Нет, тут что-то другое…
Лиза вспомнила яркие огни, визг тормозов. Вчера ночью она лишь чудом не стала жертвой ДТП. Или все-таки стала? Все тело ломит…
Она ничего не узнает, пока будет сидеть сложа руки. Нужно действовать! Лиза еще не знала, как именно будет действовать, но в душе ее вдруг воцарилось почти олимпийское спокойствие.
«Нужно просто спросить, – решила она, – за спрос не бьют».
В свете минувших событий это утверждение казалось спорным, но Лиза старалась об этом не думать. Она еще раз обошла комнату в надежде найти свою одежду. Не нашла. Решила идти на переговоры с «похитителями» в халате.
Комнату, одновременно похожую на рабочий кабинет, домашний кинотеатр и звукозаписывающую студию, заливал яркий солнечный свет. За компьютерным столом, в пол-оборота к двери, сидел молодой мужчина. Лиза могла видеть лишь аккуратно стриженный затылок и расслабленную спину, но это точно был не Алексей. У того волосы русые с рыжинкой, а этот – брюнет.
