от колкости.
Он прищурился и покачал головой. Прежде чем он успел закрыть за собой дверь, Тиа заметила, как довольная улыбка скользнула по его губам. Невольно усмехнувшись, она помотала головой.
Рядом с этим мужчиной она чувствовала себя очень странно. Он заставлял ее сердце биться и снова испытывать эмоции помимо боли и отчаяния, словно пытался пробудить его к жизни. И пусть они не проводили много времени вместе, но она не могла не заметить, что с нетерпением ждала завтраков в общем зале, на которые он всегда приходил в одно время с ней. Ей нравились его компания и легкие непринужденные беседы. Он помогал ей хоть на краткий миг отвлечься от груза, который лежал на ее плечах, и набраться сил перед очередным днем, полным дел и обязанностей.
Тиа сбросила с себя черную вуаль и плотный платок. Она вытащила длинные шпильки из туго закруженной прически, и тяжелые золотые пряди волнами рассыпались по плечам, скользнув по пояснице. Расстегнув крючки траурного одеяния, она с удовольствием выскользнула из корсета верхнего платья. Затем она сбросила с себя нижнее, оставаясь в нательной сорочке и чулках. Отбросив низкие мягкие сапожки, она выдохнула и помассировала кожу головы.
С сомнением посмотрев на склянку, Тиа ушла в ванную комнату, где прислуга приготовила для нее ванну с успокаивающими ароматическими маслами. Погрузившись в горячую воду, она медленно выдохнула и положила затылок на мягкий подголовник.
Отец ушел из этого мира и присоединился к матери и Айрику по ту сторону горизонта. Однажды они все снова встретятся. Тиа сделает всё возможное, чтобы взглянуть в глаза родных с гордостью за прожитую жизнь. Она не позволит никому отобрать у нее дом, страну, народ. Она защитит Золотогорье и докажет, что в ее венах течет сильная северная кровь. Она больше не будет дочерью великого короля — она сама станет великой королевой, с которой будут считаться все соседи.
Вернувшись в гостиную через четверть часа, Тиа скользнула взглядом по низкому столику. Она так и не решила, стоило ли пить незнакомое снадобье. Действительно ли Руланд хотел ей помочь, или это был коварный план по захвату власти?
Перед внутренним взором появилась соблазнительная белозубая улыбка и темные, практически черные глаза, пронзающие обжигающим взглядом.
Волнительное тепло разбежалось по венам, и Тиа обхватила себя руками, с трудом сдерживая дрожь. Помотав головой в тщетных попытках избавиться от образа мага в собственных мыслях, она подхватила склянку и прошагала в спальню.
Сев на мягкую кровать, Тиа отщелкнула крышку и опасливо принюхалась. Жидкость приятно пахла мятой, корой какого-то дерева и едва уловимой пряностью. Аромат чем-то напоминал одеколон Руланда.
Сердце волнительно колыхнулось в груди, стоило подумать о нем. Тиа прикусила губу и недовольно помотала головой. Защелкнув пробку, она неуверенно отложила снотворное на простыню рядом с подушкой.
В тщетных попытках заснуть, она проворочалась целый час. Мысли скакали с похорон отца на грядущую коронацию, с подошедшего к границам королевства вражеского войска на соблазнительного мага.
Когда последнего стало слишком много в ее воображении, Тиа вымученно застонала и залпом залила в себя снотворное. Не хватало еще влюбиться в него. Ей и без этого проблем на год вперед хватало.
Неожиданно мягкое тепло растеклось от желудка по всему телу, расслабляя мышцы. Тиа попыталась зацепиться за ускользающие мысли, но сон безжалостно обрушился на нее, унося в пучину тьмы. Отчаянная мольба к предкам проснуться стала последним затухающим всполохом сознания.
***
С потолка парадно украшенного тронного зала свисали огромные синие полотнища со златоглавым орлом. Стража в начищенной до блеска броне застыла полукругом у тронной ложи и у подножия гигантских колонн, поддерживающих высокие своды. К наплечникам воинов были прикреплены синие плащи. На нагрудниках золотился орел. Огромная толпа разодетой знати и состоятельных горожан толпилась перед ними, восторженно следя за торжественным событием.
Руланд смотрел на преклонившую колени перед жрецом принцессу и не мог сдержать довольной улыбки.
Восьмичасовой крепкий сон пошел ей на пользу. Кожа порозовела, мешки под глазами уже не были настолько заметны, и легкий макияж без труда скрыл их. Пальцы, которыми она придерживала тяжелые юбки торжественного платья, не дрожали. Золотые волосы, доставшиеся ей от отца, были заплетены в толстые тугие косы и закреплены на макушке. Наконец-то она не скрывала их за траурными платками.
Руланд внутренне торжествовал, с трудом сдерживая пламя в сердце. Она доверилась ему, приняла снадобье. Значит, ему не показалось, что ее тоже тянуло к нему. Пусть, она и боялась в этом признаваться себе, старательно избегая его взглядов и пряча смущенно краснеющие щеки, но он был готов подождать. Еще месяц.
На Эллен Тиа было надето роскошное сине-золотое платье, традиционное для севера. Оно открывало ее хрупкие и нежные плечи, но закрывало руки до середины запястий. Красивая вышивка обрамляла вырез платья и внутреннюю часть рукавов. От локтя внешняя ткань рукавов расширялась, спускаясь до колен. Тонкую талию свободно охватывал широкий золотой пояс с длинным концом спереди. Его украшали белые и синие жемчужины.
Руланд прикрыл глаза, мечтая увидеть на Эллен Тиа свои цвета, символы своего рода. Кто бы сказал ему раньше, что все обернется именно так, он бы ни за что не поверил. Особенно учитывая, что он вообще не желал покидать дом, но ему просто не оставили выбора. Сейчас он даже злиться на друзей не мог.
Когда он только ехал сюда, Руланд собирался занять место при дворе, добиться расположения принцессы или ее мужа и стать советником при правителе. После смерти короля он бы разжег вражду между амбициозными лордами, чтобы в своих междоусобицах они не заметили, как он и его друзья забрали королевство себе.
Вот только все планы рухнули, стоило увидеть прекрасную хрупкую девушку, сидящую на троне и смотрящую
