Читаем без скачивания Скандал в благородном семействе - Марина Серова

— Не знаю, — краснея, ответила Света, которой абсолютно не удавалось скрывать свои эмоции. — Может, что-то срочное было, кто знает.

Во все это я, конечно, не верила совершенно и могла дать руку на отсечение, что ребятки каким-то образом общаются или встречаются. К тому же раз Светлана все еще продолжала прятать от меня своего ненаглядного, значит, он был все-таки во что-то замешан, что-то скрывал, и она об этом явно знала. Пытаться вытянуть из нее информацию бесполезно: так и будет внаглую врать, но парня не выдаст. Придется продолжить за ней наблюдение.

Поблагодарив девушку за беседу, я позволила ей удалиться и через пару минут тоже вернулась в дом. Завидев меня, Анна Николаевна отложила в сторону свою вышивку и сказала:

— Пару минут назад звонил Эдуард. Я сказала, что никого нет и не скоро будут.

Она вопросительно заглянула мне в глаза, пытаясь определить, правильно ли поступила. Я улыбнулась ей, сказав, что премного благодарна за такую услугу, а затем, уточнив, уехала ли на работу Светлана, сказала, что хочу еще раз побеседовать с прислугой и уточнить, кто из гостей в какое время где был. Анна Николаевна возражать не стала. Наоборот, подчеркнула снова, что я могу оставаться в доме сколько мне нужно и чтобы я чувствовала себя здесь своей. А потом старушка отправилась к себе.

Дождавшись, когда она удалится, я поднялась по лестнице на второй этаж и стала искать комнату Светланы. Насколько мне было известно, она находилась как раз напротив спальни матери, так что найти ее не составило особого труда. Остановившись возле двери, я огляделась по сторонам и, поняв, что никто меня сейчас не видит, быстро проскользнула внутрь.

Оказавшись в комнате, я сразу же отыскала взглядом телефон и направилась к нему. Он стоял на небольшом столике возле кровати в окружении нескольких книг и каких-то тетрадей. Я аккуратно, чтобы ничего не сдвинуть, поставила на край стола свою сумочку, вытащила из нее заранее прихваченный из дома «жучок-передатчик» и принялась раскручивать трубку телефонного аппарата.

Еще утром я решила, что если Светлана действительно не знает, где прячется ее приятель, то хотя бы по телефону она с ним общаться должна, тем более что после убийства прошло уже сравнительно много времени. Чтобы проверить свою догадку, я и решила прослушать все разговоры с ее телефона. Даже если это и не поможет выяснить место нахождения мальчишки, то наверняка подскажет какие-либо еще зацепки или хотя бы разъяснит, виновен ли он.

Поместив «жучок» в трубку, я вновь собрала ее, аккуратно повесила на место и направилась к двери. Только я потянулась к ручке, как в коридоре послышались чьи-то шаги.

«Как всегда — что-то да случится. Не хватало только, чтоб меня тут застукали. Долго придется объяснять, что я тут делала без хозяев, — вздохнула я, замерев на месте. — Хорошо еще будет, если это кто-то из прислуги или старая хозяйка. С ними-то я как-нибудь все улажу, а вот если сюда идет Светлана или ее сестра…»

Шаги стихли, и я замерла, предположив, что сейчас дверь, перед которой я стою, откроется. На мое счастье, скрипнула какая-то другая дверь, явно находящаяся где-то по соседству. Я облегченно вздохнула и вытерла рукой вспотевший от напряжения лоб. Затем выждала пару минут, медленно приоткрыла дверь, выглянула в коридор и… практически нос к носу столкнулась с молоденькой девицей, вынесшей из соседней комнаты вазу с увядшими цветами и теперь собирающей обсыпавшиеся лепестки с полу. Увидев меня, девица замерла и уставилась недоумевающим взглядом, совершенно не зная, что сказать.

Я же, сделав вид, что все нормально и это вовсе не меня застукали, поинтересовалась у нее:

— Ты случайно не знаешь, где сейчас Светлана Изяславовна? Ее нет в комнате, хотя я точно знаю, что она только что была дома.

Девушка поднялась и, явно узнав меня, так как ее я недавно допрашивала, спокойно ответила:

— А хозяйка, наверное, уже в офис отбыла. Я, правда, точно не знаю, вы лучше у Анны Николаевны спросите, она сейчас на кухне.

Я кивнула и, обрадовавшись, что удалось так легко замять неловкую ситуацию, направилась вниз. Теперь, после того как «жучок» был помещен в телефон и запись разговоров будет включаться автоматически, как только трубку поднимут, мне пора уточнить еще некоторые весьма важные детали.

Спустившись вниз, я и в самом деле зашла в кухню, решив, что все работники в это время должны находиться как раз здесь, а значит, сразу же можно будет выяснить у них, кого из дочерей Россовой и где они в разгар праздника видели. Сами-то Катерина и Светлана вполне могли кое-что от меня скрыть. Впрочем, мне стоило уточнить этот вопрос раньше, но в первый момент я совершенно ни в чем не подозревала сестер Россовых. Теперь ситуация немного поменялась.

К сожалению, я обнаружила в кухне не только Анну Николаевну, но и не совсем желанного, по крайней мере для меня, гостя. Им, конечно же, был Эдуард. Ему хоть и сказали, что дома никого нет, но он все равно приехал, непонятно, правда, для чего.

Поприветствовав всех сразу, я увидела, что Эдик даже не смотрит в мою сторону и делает вид, что вообще меня не замечает. Несколько демонстративно отвернувшись, он стал расспрашивать Анну Николаевну про ее самочувствие. Бедная женщина не знала, как от него отвязаться, но вынуждена была поддерживать беседу. Когда я села рядом, она обрадовалась и, проигнорировав очередной вопрос Эдуарда, спросила:

— Могу ли я вам чем-нибудь еще помочь, Танюша?

— Очень даже можете, — ответила я, решив, что намеченный опрос слуг не настолько уж важен, чтобы следовало скрывать его от Эдуарда. Пусть себе слушает, все равно ничего не поймет. — Мне бы хотелось уточнить у вас у всех, кто из присутствовавших на презентации чем занимался? И начать я бы хотела по порядку — с Катерины. Если меня не подводит память, то среди гостей она появилась только в начале вечера, а затем либо я ее просто не замечала, либо она и вовсе отсутствовала в зале.

После моих слов Эдуард весь напрягся и превратился в слух, хотя мне было хорошо видно, как ему не терпится задать возникшие у него вопросы. Он ведь явно догадался, что хозяйская дочь на подозрении, но спросить боялся, все еще делая вид, что обижен.

Первой на мой вопрос ответила сама Анна Николаевна, пояснив, что в тот день она все время была на кухне, а потому просто не могла ничего видеть. Кухарки ответили примерно то же самое, а вот одна из женщин, помогавшая в тот день официантам, сказала, что видела, как в конце концерта молодая хозяйка выходила из дома, но куда именно, она не имеет ни малейшего представления. Возвращения же ее она не заметила, так как была сильно занята.

Значит, Катерины перед убийством все же не было среди гостей? Интересненько. Получается, что она действительно может быть причастна к убийству, потому-то так и испугалась моего обвинения. Ладно, пойдем дальше.

И я продолжила опрос слуг, перечислив почти половину гостей, наиболее ярких личностей, кого помнила сама. Узнала я следующее: в момент убийства в зале отсутствовала не только Катерина, но и ее младшая сестра, якобы находившаяся в те минуты в саду со своим кавалером. Не было в зале и Николая, присутствие которого не смогли подтвердить даже те, кто постоянно шнырял среди гостей, разнося закуски. Стало быть, подозрения ни с одного из этих людей снять полностью я не могла — отсутствие алиби не такая уж и мелочь.

И тут мне пришла в голову та же мысль, что мелькнула в момент, когда я приводила в сознание Анну Николаевну, — так ли случайно в гостях у Россовой оказался Эдуард? Почему я еще ни в чем не заподозрила его: он был на вечере, но где находился в момент преступления, я не знала, так как сама была на кухне. Ну-ка я его проверю…

Резко повернувшись в сторону все это время молчавшего, но внимательно слушавшего мою беседу со слугами Манина, я громко произнесла:

— Ну а теперь возьмемся за вас, Эдуард Владимирович. Где вы находились в момент убийства?

Эдик буквально опешил и, вытаращив глаза, то открывал, то закрывал рот. Он явно не ожидал такой наглости с моей стороны.

— Ну же, что вы молчите? — подтолкнула его я, в глубине души радуясь остолбенению журналиста: не думал ведь, негодяй, что и его допрос коснется.

— Да я… Вы… Да вы сами все время со мной рядом были, — наконец выдал Эдик. — Какое еще алиби нужно?

— Нехорошо обманывать, Эдик, — укорила его я, а затем добавила: — В момент убийства, то есть когда шел концерт, я была на кухне, и это все знают. А вот вы были оставлены на время в одиночестве. Так что запросто могли обстряпать дело, а затем тихо-мирно вернуться назад. Кстати, вы ведь и появились на кухне как раз тогда, когда тело было обнаружено. Не так ли?

Эдик пошел пятнами, заметно занервничал, замахал руками, недовольно выкрикивая:

— Да с чего вы взяли-то? Зачем мне было ее убивать? Ну зачем?