Посмотрев на Ревана, я предложила:
— Могу помочь.
Тот сразу напрягся и снова мотнул головой. Не доверяет. Отчасти я его понимала, но от этого было не менее обидно.
Сев на ближайший камень, я поджала ноги и стала невозмутимо рассматривать стены. Часть гоблинов суетилась над ранеными, часть отправилась куда-то за топливом для костра, но я не сдвинулась с места.
Гоблины — очень самостоятельный народ, очевидно ни в ком не нуждающийся. Так что я буду лезть? Они с самого начала записали меня во враги и хотели добиться моего выдворения. Понятия не имею почему, но сама цель очевидна.
Я их шкуры стараюсь спасти, а они…
Не знаю, сколько прошло времени, час или два, костер уже весело трещал чуть в стороне, а я продолжала сидеть, чуть прикрыв глаза и прислонившись к стене. Возмущение уже улеглось, оставив после себя пустоту и усталость.
— Вы предлагали помощь?
Открыв глаза, я взглянула на Ревана.
— Неужели перестали меня бояться?
— Гоблины никого не боятся.
— Нет? Опасаются? Подозревают?
Реван на секунду поджал губы, потом спросил:
— Вы поможете?
— Помогу.
Хоть они и неблагодарные чушки, но раз решились обратиться за помощью ко мне, значит все действительно плохо.
Осмотрев пострадавших, я поняла, что оказалась права.
— Обычно вылечить раны помогает трансформация, но сейчас становится только хуже, — просветил меня старший группы, стоявший за спиной.
Мрачно на него взглянув, я сообщила:
— И не получится. На оружии был яд, этого не должно было быть в испытании. У них часа четыре, прежде чем он убьет их.
— Помочь можно? — хрипло спросил Надар.
— Можно, только вопрос в другом: буду ли я вам помогать?
Пристально на меня посмотрев, Реван вдруг опустился передо мной на колени, тем самым немало меня напугав.
— Вы чего это?..
— Уговариваю, — сообщил старший группы, слегка наступая на меня и чуть улыбаясь.
— Нет, вы издеваетесь! Встаньте немедленно!
Я бросилась к своей сумке и взяла небольшой мешочек.
— Вы согласны, — сказал Реван, поднимаясь.
— А то вы сомневались в моем ответе. Скажите, есть ли здесь белые кристаллы?
— Пойдемте, провожу. — И уже тише: — Не могу отпустить свою даму сердца одну.
— Отравлю, — процедила сквозь зубы я.
— Врете, — тихо ответил гоблин, совершенно уверенный в своих словах. — Не знаю почему, но чем больше вас узнаю, тем больше убеждаюсь — у вас верное сердце.
Я лишь вскинула голову и зашагала прямо.
— Нам в другую сторону.
Вот Всенижний!
Повернувшись обратно, я собралась обойти мужчину и пойти дальше, но меня подхватили на руки.
— Прекратите немедленно…
— Нужно бежать, время дорого, а здесь опасно. Вы без меня не сможете.
Мне ничего не оставалось, кроме как прислониться щекой к мужской груди.
Бежали мы по тусклым коридорам, уже намного хуже освещенным, чем два часа назад, и я, не удержавшись, спросила, почему так.
— Сейчас ночь. Днем магия солнца заряжает их, проникая во все уголки нашего мира, от луны подпитка хуже.
— Значит, уже темно…
— Да, и ночью в лабиринте становится во много раз опаснее, чем днем.
— Очень вовремя.
— Не переживайте, не думаю, что нам дадут умереть.
— Вам или нам? — чуть хмыкнула я.
В ответ на меня лишь внимательно глянули и промолчали.
Как ни удивительно, но наш поход за камнями прошел без происшествий, и по возвращении гоблины наблюдали мою нервную суету, котелок у огня и кипящую воду с камнями. В аптечке были необходимые растворы, что помогли мне сделать состав, а потом, когда все отвернулись, я добавила своей магии.
Когда подошла к больным, все мужчины сгруппировались вокруг своих пострадавших товарищей и озабоченно смотрели на меня.
— Все готово. Ну что, допустите меня к умирающим или все еще сомневаетесь?
— Зачем вы нас дразните? — глухо спросил Реван.
Взглянув ему прямо в глаза, я ответила:
— Отвечу вам на этот вопрос сразу, как только вы честно мне расскажете, что в последнее время предпринимали в отношении меня и с какой целью.
Мы некоторое время померились взглядами со старшим группы, но потом я попросила всех разойтись и начала поить раненых. Влив в них настойки прилично, позвала к себе шестерых гоблинов.
— Нужно протереть им тело этим составом, но у вас всего минут десять, потом эликсир начнет выжигать яд из организма, они начнут метаться и могут себе навредить. Нужно удержать и не позволить этого.
Удостоверившись, что меня поняли, я снова вернулась к костру, на этот раз погреться. Становилось прохладно, и огонь манил к себе теплом и уютом, насколько он вообще возможен в каменном лабиринте, полном опасностей.
Постепенно рядом собрались все гоблины, чтобы, судя по всему, поужинать и лечь спать. Мне протянули мою долю.
— В этот раз есть можно или снова что-то подмешали? — поинтересовалась я, беря сухой паек и кружку с чаем.
— Мы хотели извиниться, — нахмурился Реван. — Но вы не все знаете, у нас были причины.
Я мрачно посмотрела в ответ:
— Это вы ничего не знаете и не понимаете. Думаете, я не знаю об угрозе вашим жизням?
Едва я только произнесла эти слова, как все гоблины напрягись и насторожились.
— Меня именно поэтому и пригласили в университет. И здесь я встретила странное отношение и самоуверенное обращение. Вы серьезно думали, что с вашими знаниями сможете опоить алхимика?
— Надеялись, — хмыкнул Надар.
Я осмотрела группу гоблинов: все они были в курсе. Учувствовала только верхушка, но знали все.
— Ну-ну… Если желаете сами продолжать свои поиски, я вам мешать не буду. Мне нужно пробыть здесь всего год, обойдусь и без вашего доверия.
Вся группа переглянулась, они, словно глухонемые, жестами о чем-то между собой пообщались, и наконец Реван заговорил:
— Еще в конце прошлого учебного года мы узнали о назревающем заговоре в империи. А в начале этого года нас поставили перед фактом — нас собираются устранить. В институте же появилось лишь четыре новых человека, вы — самый вероятный кандидат.
Я покивала своим мыслям, все так, как и предположила. Бабушка была не права: гоблины тупые!
— Нет, как раз самый маловероятный, и вы на него купились. Самое слабое место практически неуязвимого воина — это яды, нельзя одолеть снаружи, можно изнутри. А значит, нужно отправить профессионала на дело. К сожалению, не все алхимики зарабатывают достойно.
— Вы хотите сказать… — начал Андар.
— Да, я самый очевидный вариант и самый маловероятный. Убийца прячется среди других новеньких. И у него был план…
