Все эти способы были известны нашим юным охотникам, то есть знакомы по рассказам - они часто слышали об этом от старых трапперов, приходивших в Луизиану и иногда проводивших ночь под кровом их отца, так как полковник очень любил принимать старых трапперов и слушать их рассказы. Именно из этого источника Франсуа и почерпнул свои знания относительно охоты на бизонов, что и заставило его гордо воскликнуть: "Конечно, погоню!"
Базиль и Люсьен задумались, не сводя глаз с трех бизонов. Их было как раз по одному на каждого охотника. Мальчики могли разделиться и погнаться каждый за своим, тем более что они находились слишком далеко от какого бы то ни было укрытия и поймать бизонов способом скрада оказывалось невозможным. Кроме того, лошади были свежие, так как накануне было воскресенье, а наши путешественники взяли себе за правило всегда по воскресеньям давать отдых себе и своим животным - так им велел отец перед отправкой в путь.
Взвесив все это, юные охотники остановились на погоне, как на наиболее приемлемом способе.
Жаннет привязали к дереву и оставили позади со всей поклажей, которая еще не была снята с ее седла. Маренго, конечно, взяли с собой, так как он мог пригодиться, чтобы затравить старого бизона, если удастся его ранить. Все, что могло помешать охотникам, они оставили с Жаннет, и все трое поскакали в прерию, по направлению к животным. Мальчики договорились, что каждый наметит себе одного и затем, при помощи ружья и пистолета, сделает все от него зависящее.
Франсуа зарядил оба ствола крупной дробью и был уверен, что вот-вот подстрелит своего первого бизона.
Когда мальчики подскакали поближе, их внимание привлекло то, что тела этих странных животных блестели. Что же это, бизоны или нет?
Братья тихо ехали вперед, внимательно вглядываясь в животных. Нет, это не бизоны. Грубая, косматая шкура бизонов не могла бы так блестеть, а шкура этих животных так и отливала на солнце при каждом движении.
- Это не бизоны, - сказал Люсьен после того, как внимательно вгляделся, приложив к глазам руку козырьком.
- Кто же это тогда? - спросил Франсуа.
- Послушайте! - ответил Люсьен. - Слышите?
Все трое натянули поводья и остановились. Они ясно услышали громкое "гобл-обл-обл".
- Клянусь жизнью, - воскликнул Франсуа, - это кричит старый индейский петух!
- Совершенно верно, - с улыбкой ответил Люсьен. - Это дикие индейки.
- Индейки? - отозвался Базиль. - Мы индеек приняли за бизонов? Какой ужасный обман!
Все трое сначала посмотрели недоумевающе друг на друга, а затем принялись от души хохотать над своей ошибкой.
- Не будем никогда никому об этом рассказывать, - сказал Базиль. - Над нами все станут смеяться.
- Нисколько, - ответил Люсьен. - Такие ошибки часто совершают и старые охотники, находясь в прерии. Это очень распространенный атмосферический обман зрения. Я слышал о еще худших случаях - ворону принимали за бизона!
- Значит, когда мы встретим бизонов, я думаю, мы примем их за мамонтов? заметил Франсуа.
И разочарованные охотники сосредоточили теперь все свое внимание на том, чтобы добыть всех трех "крылатых бизонов".
Глава XIII
ОХОТА ЗА ДИКИМИ ИНДЕЙКАМИ
- Вперед! - воскликнул Базиль, пришпоривая коня. - Вперед! В конце концов, не так уж плохо получить на обед жирную индейку. Поехали!
- Подожди, Базиль, - сказал Люсьен. - Как мы к ним приблизимся? Они же на открытой местности - нам спрятаться негде.
- Нам не нужно никакого укрытия. Мы можем просто догнать их, как если б это были бизоны.
- Ха-ха-ха! - рассмеялся Франсуа. - Погоня за индейками! Но ведь они тотчас же улетят! Какие глупости ты говоришь, Базиль!
- Вовсе нет, - ответил Базиль. - Не глупости. Это можно сделать. Я часто слышал о подобных случаях от трапперов, а теперь давайте попробуем сами это сделать.
- Тогда решено, - сказали сразу Франсуа и Люсьен, и все трое двинулись вперед.
Когда мальчики подъехали достаточно близко, чтобы различить очертания птиц, они увидели, что там были два старых индюка и одна индейка. Индюки важно расхаживали, распустив хвосты, точно веера, и их крылья волочились по траве. Время от времени они издавали свое громкое "гобл-обл-обл", и по всему было ясно, что это два соперника и что дело, очевидно, кончится битвой. Самка гордо шествовала по траве, и вид у нее был спокойный и кокетливый. Конечно, она сознавала, что возбуждает горячий интерес в сердцах этих воинственных петухов. Она была намного меньше их и не столь яркая по оперению, самцы же сверкали яркостью красок, не уступая павлинам. Их глянцевитые спины отливали на солнце металлическим блеском, и наши охотники подумали о том, что никогда еще не видели таких красивых птиц.
Поглощенные своей ссорой, индюки, конечно, дали бы возможность охотникам приблизиться на расстояние выстрела; самка, однако, была настороже и, заметив мальчиков, подняла голову с громким криком, который привлек внимание ее кавалеров. В одно мгновение индюки закрыли и опустили распушенные хвосты сложили крылья и вытянули длинные шеи. Внешность их совершенно изменилась, и они стояли теперь прямо; каждый оказался футов пяти ростом.
- Какие красивые создания! - воскликнул Люсьен.
- Да, - прошептал Базиль, - Однако они не будут нас дожидаться, нам лучше броситься сейчас же. Ты возьми индейку, Люсьен, - твоя лошадь не такая резвая, как наши. Приготовились! Вперед!
Все трое пришпорили лошадей и рванулись вперед.
Через мгновение охотники были уже ярдах в ста от индеек. Птицы, застигнутые врасплох, пробежали несколько шагов, а затем поднялись в воздух, громко хлопая крыльями. Второпях они все трое полетели в разных направлениях. Каждый мальчик выбрал себе ту, которую намеревался преследовать, и охотился уже теперь только за ней. Базиль и Франсуа поскакали за индюками, а Люсьен спокойным галопом последовал за индейкой.
Маренго, конечно, тоже участвовал в погоне, примкнув к Люсьену: может быть, он определил, что мясо самки вкуснее, а может быть, и сообразил, что ее легче поймать, чем остальных.
Индейка летела недолго и, снова опустившись на землю, со всех ног побежала прямо к ближайшему леску. Туда направился и Люсьен. Он следовал за Маренго, который время от времени громко лаял.
Когда Люсьен въехал в лесок, он увидел, что собака стоит под большим дубом. Маренго загнал индейку на дерево и теперь смотрел на нее, задрав морду, лая и помахивая хвостом. Люсьен осторожно подъехал к дереву, где увидел индейку, затаившуюся среди покрытых мхом ветвей дуба.
Люсьен вскинул ружье; раздался выстрел - и птица покатилась вниз, задевая за листву. Маренго кинулся к индейке, как только она оказалась на земле, но его хозяин, соскочив с лошади, отогнал собаку и поднял добычу. Птица была убита наповал.
Люсьен снова сел на лошадь. Когда он выехал из-за деревьев, то увидел Базиля, скачущего далеко в прерии. Базиль скакал во весь опор, а на некотором расстоянии впереди него был виден индюк, который распростер крылья и бежал, как страус. Оба они - и Базиль и индюк - скоро скрылись из виду за одним из лесных островков.
Люсьен стал искать глазами Франсуа. Его нигде не было видно, так как он преследовал своего индюка в том направлении, где купы деревьев стояли теснее. Решив, что нет смысла ехать вслед ни тому, ни другому, Люсьен медленно двинулся обратно - туда, где на опушке леса была привязана Жаннет. Здесь он сошел с лошади и стал поджидать братьев.
Погоня Базиля оказалась более длительной, чем он предполагал. Он выбрал самую большую птицу, которая, естественно, оказалась и наиболее сильной и выносливой. Индюк в первый же взлет пролетел расстояние около мили, а когда опустился на землю, то побежал, как испуганная кошка. Но Базиля нельзя было обескуражить, и, как следует пришпорив коня, он быстро нагнал птицу. Индюк снова взлетел и пролетел еще полмили. Опять Базиль нагнал его, и снова старый петух поднялся на воздух, но на этот раз он пролетел лишь ярдов сто и снова опустился. Базиль на своем быстром коне скоро опять догнал его. Индюк был уже не в состоянии лететь дальше. Однако бежать он мог еще довольно быстро и там, где дорога шла в гору, намного опередил лошадь. Но под гору та скакала быстрее. Так продолжалось, пока птица не начала кружить и петлять, выказывая все признаки усталости. Несколько раз лошадь настигала индюка, но он поворачивал и менял направление.
Погоня продолжалась довольно долго. Наконец птица, совершенно измученная, припала к земле и спрятала голову и длинную шею в заросли, как страус, вообразив, что таким образом укрылась от своего преследователя. Базиль натянул поводья, поднял ружье; в следующее мгновение пуля пронзила индюка, и он вытянулся мертвый на траве.
Тогда Базиль сошел с лошади и, подняв индюка, привязал его за ноги к луке седла. Для этого юноше пришлось напрячь все силы, так как птица была очень крупная и весила фунтов сорок. Затем Базиль вскочил в седло и пустился в путь... Но куда? Этот вопрос он сразу задал себе, едва лошадь сделала несколько шагов. Куда ехать?
