— Скорее всего, да. По этому вопросу многие годы идёт спор. А раз доказательств ни у кого в своей правоте нет, то и ответа ни у кого тоже нет. Но то, что после начала войны земля начала чахнуть, это факт.
— Это я знаю, — подхватила я. — Сначала никто не замечал причинно-следственную связь, но чем дольше воевали, тем хуже всем жилось. И если первые два года никто из противоборствующих сторон не мог одержать победу, то после заговорщики начали отступать. У них начались проблемы с едой и водой. А главное — ресурсы, за которые они так бились поначалу, начали мельчать. Словно вот-вот иссякнут шахты и карьеры. У них начались внутренние конфликты, из-за которых люди и верные традициям оборотни смогли пробиться к источнику и выбрать короля, — закончив повествование, я решила добавить. — Не знаю только, правильное ли решение он тогда принял, когда раскидал территории оборотней и людей практически в шахматном порядке.
— Он хотел, чтобы мы узнали друг друга получше, — заулыбалась Лианэль, — и, по-моему, мы действительно стали друг друга больше понимать. Подумай, раньше люди и оборотни сталкивались только на границы территорий. А те, кто жил глубже, только слышали о существовании друг друга. А сейчас для оборотня нет ничего удивительного в общении с человеком и наоборот.
— Да, думаю, ты права. Жалко только тех, кому пришлось уехать с родных земель.
— Ничего не поделаешь. Ради мира все были готовы пойти на такие уступки.
Достав из нагрудного кармана жилета серебряные заводные часы на цепочке, Лианэль сказала:
— Ого, уже 18.10. Нам надо ускориться, иначе не успеем переодеться.
— Догоняй, — подзадорив Лианэль, я пустила лошадь галопом.
Девушку не пришлось долго уговаривать. Она тут же пустилась в погоню.
Глава 14
— Ты уверен, что всё безопасно? — выходя из шахты, спросил я Хальварда.
— Уверен. Мы повторили технологию, что использовали на медном руднике. Только здесь мы сократили расстояние между металлическими балками до полуметра. Плюс на шахте всё время будет находиться специалист, отвечающий только за безопасность. На остальных рудниках тоже такие будут, — уже в третий раз заверил меня Хальвард.
Мы стояли возле входа в новую шахту, и я всё никак не мог пойти дальше и переключиться на другие дела.
— Не знаю, Халь. Я всё понимаю, что ты говоришь. Осмотрел и потрогал всё сам. И вроде не к чему придраться. Ты, как всегда, на высоте. Но какое-то предчувствие у меня недоброе. Хоть вообще закрывай всё.
Друг хлопнул меня по плечу.
— Расслабься. Если ты чувствуешь проблему, я перепроверю всё ещё раз. В любом случае, завтра ещё шахта будет закрыта. И если никаких неполадок не найду, после праздника начнём добывать первое золото.
— Ладно, я согласен, — и повернув голову в сторону города, продолжил. — Я на сегодня закончил здесь. Ты со мной?
— Да. Поеду домой к сыну. Я вообще-то собирался показать ему рудник сегодня. Обещал ещё в последнюю встречу. Но из-за тебя пришлось вставать с рассветом и заниматься делами. Надеюсь, Кирк не обидится, что поедем только завтра, — бурчал Хальвард, спускаясь по тропе к лошадям.
— Кирк — хороший мальчик и всё поймёт. А вот у тебя сегодня вообще-то рабочий день. Вот и работай, — начал я его подначивать, включая начальника.
— Ты мне отпуск задолжал. Как возьму на месяц, будешь тогда сам контролировать шахты, вместо того, чтобы влюблять в себя Каролину.
— Уложил на лопатки, — поднимая руки, смеялся я. — Поскакали домой. Может, тогда к обеду успеем, и ты проведёшь время с сыном.
Мы сели на коней и, не теряя времени, пустили их галопом.
Хальвард был прав, когда подшучивал надо мной. Если бы не Каролина, ему действительно не нужно было бы сегодня ехать к рудникам в такую рань. Но я очень хотел закончить все дела сегодня, чтобы устроить себе завтра выходной и провести его со своей парой.
Мне нужно было утром уладить дела в горах, а после обеда разобраться с ненавистной бухгалтерией. От воспоминаний об этих бумажках лицо невольно перекосилось, словно только что съел лимон. Уж как я не любил всем этим заниматься. Но ничего нельзя было поделать. Я всё никак не мог найти подходящего бухгалтера.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
У Борака был хороший специалист, но он, на мою беду, был тех же убеждений, что и предыдущий альфа. Работу он выполнял отлично, но своё мнение высказывал по любому поводу. Он считал меня глупым юнцом и поучал при любой возможности. Боясь оставаться некомпетентным, я терпел его из последних сил, пока учился ведению отчётности. А когда разобрался, наконец уволил. Но, как оказалось, мои проблемы на этом не закончились.
Я рассчитывал найти кого-нибудь на эту должность и передать дела. Но с этим мне не везло. Взрослых оборотней на эту работу у меня найти шансов не было. Как правило, у них у всех уже была профессия, и менять её никто не хотел. А из молодых шли одни девушки. Парням было неинтересно заниматься такой деятельностью, и я их очень хорошо понимал. Всегда удивлялся, почему у Борака бухгалтер был именно мужчина. А девушки в объявлении на работу, по всей видимости, читали "ищу жену". Потому что не было ни одной, кто бы не метил на это вакантное место.
Мучаясь в поисках примерно год, я бросил это занятие и начал заниматься делами сам. Заставлять себя приходилось силком, но выбора не было. И вечером я как раз хотел сделать накопившиеся дела, чтобы на следующий день со спокойной душой наслаждаться свиданием.
Мои мысли вернулись к Каролине, и волк во мне взбунтовал. Мне хотелось бросить коня, обернуться и добежать до дома самому. Но я сдержался. Мне не нравилось то, как на меня влияла девушка. Рядом с ней я терял голову и не мог нормально соображать. Инстинкт кричал мне укусить её поскорей, сделать своей. И это бесило меня.
Каролина сделала мне замечание из-за моего поведения, и я не мог закрыть на него глаза. А если быть точным, то я был согласен с её точкой зрения. Мне тоже хотелось узнать девушку получше, прежде чем связывать с ней жизнь. Если бы она была оборотнем, я бы не колебался, но она человек, и это многое меняло. В этом случае далеко не всегда истинная пара та, с кем ты мог прожить долго и счастливо. И если это так, то лучше было перебороть себя и отказаться от Каролины.
Эти мысли привели меня в уныние, потому что я чувствовал самообман. Мозгом я всё понимал и на расстоянии ещё как-то мог логически мыслить, но рядом с ней все доводы становились несущественными. "Держись. Ты сможешь", — старался я настроить себя.
Оказавшись дома, я первым делом пошёл в душ. Редженальд сообщил мне, что Каролины дома нет, и мои надежды пообедать с ней рухнули. С другой стороны, я понимал, что так даже было лучше. Я смог бы сконцентрироваться на работе. Но как только я вышел в коридор, мысли о цифрах вылетели вон. Она была там. Шла мне навстречу. Я побоялся её напугать и рванул к выключателю. Но не успел.
Бедная. Как же сильно она испугалась. Я корил себя за это, но зато волк ликовал. Зверь наслаждался её близостью. Нашёптывая ей что-то успокаивающее, я пытался успокоиться сам. Но всё спокойствие полетело к чертям, когда она отошла от меня. Её мокрое платье обрисовывало каждый изгиб её тела. Жадно пожирая её взглядом, я нашёл в себе остатки разума.
— Каролина, — голос предательски хрипел, выдавая моё возбуждение, но иначе я говорить просто не мог. — Моё воспитание не позволяет промолчать об этом. Оборотни хорошо видят в темноте.
Не нужно было видеть, чтобы понять, как сильно я её смутил. Что за невезение? Каждый раз, оказываясь с ней рядом, всё заканчивалось этим. Нужно было срочно что-то делать, и в голове возникла одна идея. Оказавшись в своём кабинете, первым делом написал письмо другу с просьбой достать мне красного перца. На кухне я нашёл управляющего.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Редженальд, это срочно нужно передать Дролу.
— Хорошо. Вы будете обедать?
— Нет, но отнеси Каролине чай и что-нибудь перекусить. Она промокла под дождём.
