Майк замер. Дверь была распахнута, и из нее лился свет, но Бастиан стоял в темноте, и его было не видно.
Из домика доносился голос Керба Перрина:
— Это верняк! Мы сделаем все без чьих-либо указаний. На ранчо около двух тысяч голов скота, пятьсот отобраны для перегона, а у меня уже есть на них покупатель. Мы нагрянем перед рассветом.
— А кто там есть?
— Сейчас только четыре ковбоя. Но если мы протянем еще несколько дней, их будет около дюжины. Никто ничего не подозревает.
— А сколько будет наших?
— С десяток, может меньше. Ну и черт с ними, нам больше достанется при дележе. На этом ранчо Рейгана не будет никаких хлопот! Босс даже не услышит ничего до тех пор, пока нас будет уже не остановить. Уверен, он никогда не узнает, что это были мы.
— Не хотел бы я, чтобы он это узнал, — пробормотал Фернандес.
— К черту его! — ответил Дакроу. — Все, что мне нужно, — это разнести башку этому сопляку Бастиану!
— Держись меня, — сказал Перрин, — и я дам тебе такую возможность.
— Ты сказал, там есть женщины? — уточнил Дакроу.
— Да, две белые девушки, с ними мать и две служанки-мексиканки. Младшая — моя, остальные меня не интересуют.
— Нехорошо, — мрачно сказал Фернандес. — Я имею в виду женщин. Увести скот — пожалуйста. Но женщины? Тебя же будут преследовать всю жизнь.
Перрин пожал плечами.
— А кто об этом узнает?
Дакроу бросил на него взгляд и облизнул губы. Фернандес ничего не ответил, но через некоторое время пробормотал:
— Убить мужчину — это одно, но женщины…
— Хочешь остаться? — спросил Перрин. — Никто тебя не заставляет.
— Я с вами.
— А что будет, если об этом узнает Бен Карри? Ты же знаешь, он ничего не пропустит, — заметил Дакроу.
— Что будет? Пусть только откроет рот, я тут же убью его. — Перрин помолчал, а потом продолжил: — Никого и никогда я не хотел убить так сильно, как его. Он думает, что он здесь босс! Я покажу ему, кто тут самый важный!
— А как насчет Бастиана?
Перрин отмахнулся:
— Это ваша проблема! Если вы с Фернандесом не сможете расправиться с ним, значит, вы не те, за кого я вас принимаю.
— Слишком уж он шустрый, — заметил Дакроу. — С ним не так легко справиться.
— Это ваше дело.
— А твое — Бен Карри? — Это был голос человека по имени Бэйлес. — Конечно, он уже немолод, но что касается револьвера, тут он просто дьявол.
— Забудьте о нем! Вы трое, вместе с Клэттом, Пэнеллом, Монсоном и Кифером, едете с нами. Против Бена на нашей стороне будут девять из десяти. В последнее время появилось очень много недовольных. Ребята засиделись, им это не нравится. Конечно, деньги у них есть, но какой в них прок, если их нельзя потратить?
— Молина хочет потрепать мормонов, — добавил Бэйлес. — У них отличный скот и чертовски хорошие лошади.
Майк не стал больше слушать — слишком велика опасность, что его заметят. Первой его мыслью было сразу же броситься к Бену Карри, но потом он решил, что может таким образом выдать свою заинтересованность Друзиллой.
Что сказал бы Бен Карри, если бы узнал, что его приемыш влюбился в его дочь? Приемыш, у которого нет ничего и который воспитан для того, чтобы стать бандитом?
И все же что ему делать?
Бен Карри наверняка знает, что девушки и их мать уже на ранчо, и скоро должен отправиться к ним. Может быть, проследить за Беном и так узнать кратчайшую дорогу на ранчо? Очевидно, путь туда шел на юго-запад и каким-то образом пролегал через Гранд-каньон, хотя, зная огромную глубину каньона, Майк не представлял, где его можно пересечь.
Придется подождать. Очень хотелось бы снова увидеть Друзиллу, но сейчас его место здесь — он должен следить за Перрином и делать все, чтобы защитить Бена.
Интересно, насколько быстро стреляет сейчас Бен? И насколько уверенно? Скорость, с которой стрелок вытаскивает револьвер, не самое главное — куда важнее крепкие нервы и твердая рука.
Если дела в банде настолько плохи, как считает Перрин, может произойти все что угодно. Бандиты — люди беспокойные. Большинство из них стали бандитами, чтобы никому не подчиняться. Бену они подчинялись отчасти потому, что он обеспечивал им хорошую добычу и безопасные отходы, отчасти из страха перед его вездесущей властью. Сейчас он терял свою хватку, и это их пугало.
Майк почувствовал острое желание оседлать коня и ускакать отсюда навсегда, ускакать как можно дальше от жестокости, всевозможных заговоров и окружившей его ненависти. Он мог бы просто исчезнуть в лесах Кайбаба, и при его образе жизни прошло бы не меньше недели, прежде чем кто-нибудь хватился его.
Но сбежать сейчас, как бы ему этого ни хотелось, означало бы расстаться навсегда с надеждой увидеть Друзиллу. Более того, какое бы будущее ни выбрал для себя Майк, он не может бросить Бена в беде.
Вернувшись в комнату, он сел на кровать и задумался. И Раунди, и док Сойер, казалось, надеялись на то, что он покинет банду прежде, чем станет слишком поздно. Док сказал, что это — его жизнь, но так ли это?
Послышался легкий стук в дверь. Держа револьвер в руке, Майк откинул щеколду. Вошел Раунди и, бросив взгляд на револьвер, спросил:
— Нервишки пошаливают, Майк? Ничего удивительного.
Майк рассказал все, что услышал на улице. Раунди выслушал его и спросил:
— Майк, ты слыхал когда-нибудь о Дейве Линейкере?
— Ты имеешь в виду этого знаменитого ганмена из Колорадо?
— Да, он направляется сюда. Бен Карри только что получил известие, что он собирается отвоевать себе руководство бандой.
— Я-то думал, он — один из лучших людей Бена.
— Мы все так думали, да он и был таким, но сейчас он, скорее всего, боится, что во главе дела окажется Керб Перрин, а они никогда не любили друг друга.
— А что же Бен?
— Похоже, нервничает. Он собирался через несколько дней уехать в Ред-Уолл, но теперь ясно, что уехать ему не удастся.
Пришел док, и они втроем выработали стратегию на ближайшее будущее, исходя из того, что Перрину не терпелось поскорее разделаться с Беном.
— Раунди, тебе, мне или доку следовало бы все время находиться здесь, — сказал Майк. — Но я считаю, что вам двоим лучше прочесать всю банду и выбрать тех, на кого можно положиться, вроде Гарлина или Колли. Отсеивайте тех, в ком у вас появятся хоть малейшие сомнения. Пусть все соберутся здесь и будут готовы к любым неожиданностям.
— Гарлин сейчас с лошадьми, — заметил Раунди. — За ним надо ехать.
— Хорошо, добудь его, когда сможешь.
Когда Раунди ушел, Майк вышел на крыльцо и стал смотреть на каньон. Ночь была темная, хотя звезды светили ярко и облаков не было.
