Став владелицей особняка д’Эвре (в настоящее время Елисейский дворец), она обратилась в июне 1755 года к архиепископу Парижа с просьбой дать разрешение на совершение богослужения по этому поводу.
Кристофор Бомон, всегда выступавший против (по его словам, «скандального») присутствия фаворитки при дворе, отказал маркизе. Недовольная решением архиепископа, мадам Помпадур решила встать на сторону парламента и янсенистов.
Как раз в это время кюре из Сен-Этьен-дю-Мона отказал в причастии одной старой даме, и мадам Помпадур, возмущенная этим решением, обратилась за помощью к Людовику XV.
– Вы должны вызвать к себе архиепископа Парижа и серьезно поговорить с ним. Но предварительно я бы хотела вам сказать несколько слов.
И, призвав на помощь все свое обаяние, расточая улыбки, мадам Помпадур проговорила с королем более сорока пяти минут. Ее доводы были столь вески, а красноречие столь убедительно, что Людовику XV стало вскоре совершенно ясно, что прелат является самым гнусным существом, какое когда-либо жило на земле.
Людовик XV вызвал Кристофора Бомона в Версаль. Архиепископ, уверенный в поддержке государя, вошел к королю, безмятежно улыбаясь.
От государя же он вышел с низко опущенной головой и «скорбно поджатыми губами».
По совету маркизы король приказал архиепископу покинуть Париж и выехать в Конфлан.
Теперь пришел черед Кристофору Бомону отправиться в изгнание…
Радуясь одержанной победе, мадам Помпадур, продолжавшая постигать секреты ведения государственных дел, решила еще более укрепить свое положение при дворе, получив из рук короля самый высокий придворный ранг. И это ей удалось. В 1752 году она стала герцогиней, что само по себе вызывает удивление, учитывая ее низкое происхождение. Но не довольствуясь этим, она пожелала стать приближенной дамой «дома королевы»…
Зная о набожности Марии Лещинской, мадам Помпадур не без основания посчитала, что ее атеизм станет препятствием для достижения поставленной цели, и решила приобщиться к вере.
Следуя советам своего друга Машо, она взяла в духовные наставники отца Саси, считавшегося очень ловким иезуитом, потребовавшего от нее прежде всего вернуться к мужу. Маркиза сначала досадливо поморщилась, но, подумав, все-таки послушалась иезуита и под диктовку святого отца безропотно переписала письмо. Вот что писал, впрочем, герцог Лиенский:
«Так как речь шла о месте придворной дамы, она, последовав совету отца Саси, написала письмо господину д’Этиолю с предложением возобновить семейную жизнь. Если же у него не будет такого желания, она в любом случае просила его сообщить не только о принятом решении, но и его личных планах, прежде чем она сможет принять предлагаемый ей пост76.
Письмо было отправлено господину д’Этиолю. Можно представить себе его изумление, когда он ознакомился с предложением своей жены. Едва он пришел в себя, как слуга доложил, что его ожидают два посетителя. Одним из них был Машо, а другим – Субиз. Оба посланца мадам Помпадур разъяснили супругу их повелительницы, что он «безусловно может вернуться к своей жене, но его решение может сильно огорчить короля».
Господин Ленорман д’Этиоль жил в то время с очаровательной танцовщицей мадемуазель Рем77 и не испытывал никакого желания вернуться к своей жене. Уверив двух посланцев маркизы в отсутствии у него подобного желания, он написал мадам Помпадур полное иронии письмо:
«Я получил, мадам, письмо, в котором Вы мне сообщаете о перемене намерений в отношении меня и о Вашем желании обратиться к Богу. Со своей стороны я могу только поздравить Вас с таким решением. В то же время я понимаю, насколько трудным для Вас будет возвращение ко мне. И Вы можете легко представить, какие чувства я при этом буду испытывать. Мое самое большое желание – забыть об оскорблении, которое Вы мне нанесли в свое время. А Ваше присутствие только напомнит мне о пережитом унижении. Единственное, чем мы можем в настоящее время помочь друг другу, так это продолжать жить отдельно. Каким бы ни был повод, вынудивший Вас ко мне обратиться, я считаю, что Вы завидуете моему счастью. А я бы, со своей стороны, не хотел бы поставить его под угрозу, возобновив нашу совместную жизнь. Вы должны понимать, что время не может ничего изменить в наших отношениях.
Конец ознакомительного фрагмента.
