«Впереди скорпионы,» - сообщил он своим наездницам. - «Мирза посылает воинов убить их.»
- Надеюсь, привала не будет? - зевнула Алпа. - Надоело в горах, хочу увидеть степь. Говорят, она вся в цветах, очень красивая…
«Только весной. Привала не будет.»
Бегущие налегке смертоносцы, высланные вперед, все ускоряли шаг, отрываясь от каравана. Пауки на расстоянии чувствовали скорпионов, почему-то оказавшихся прямо на пути. Странно, что хищники выбрали такое место для засады, ведь они должны уже слышать топот множества тяжелых лап.
Все стало ясно, когда дорога сделала последний поворот. Обвал засыпал ровную поверхность множеством камней, а ничего лучше для скалистых скорпионов не придумать. Твари спрятались среди них, ожидая добычи. Конечно, нападать на смертоносца, даже одинокого, они не станут, но дорога ведет караван прямо и обладатели огромных клешней наверняка воспримут это как атаку.
На ходу доложив Мирзе о случившемся, оба паука определили свои цели и разделились. Скорпионы почувствовали, что стали предметом охоты, и с предостерегающим пощелкиванием клешней выбрались из убежищ, медленно занимая позицию для боя. Проворные, молниеносные восьмилапые напали на них одновременно, используя обманные маневры заставили хищников закрутиться на месте, выцеливая врагов кончиками ядовитых хвостов.
Бой оказался короток. Скалистые, серые скорпионы намного меньше своих степных собратьев. Один из смертоносцев, используя длинные, снабженные цепкими когтями лапы, обвил ими хвост жертвы и нанес ядовитый укус. Другой предпочел напасть в тот момент, когда хищник поддался на уловку и уткнул жало в землю, однако уже умирая скорпион успел сжать клешню и перекусить одну из лап обидчика.
Когда караван подбежал к месту событий, дорога уже была чиста. Воин, оставшийся без конечности, почти не потерял в скорости. Строение насекомых позволяло ему без особых трудностей дожить до очередной линьки, когда его разросшаяся плоть потребует нового, более просторного хитина. Тогда появятся новые лапы, снова восемь.
«Я не вижу конца завала,» - мрачно сказал своим воинам Мирза. Теперь двигаться пришлось куда медленнее, хитин слишком хрупок, и камни могли нанести лапам насекомых куда больший урон, чем скорпионы. - «Идите снова вперед. Мне показалось, что там кто-то есть… Но я не уверен. Пройдите к тому месту, где дорога снова ровна, и ждите нас там.»
У Алпы громко екала селезенка - Хлози теперь не нес плавно свой панцирь, а без конца переваливался с боку на бок. С точки зрения людей пауки продолжали двигаться очень стремительно, и от тряски темнело в глазах. Недотепу Агриса, как и следовало ожидать, стошнило первым. Над ним громко засмеялся Олаф, которому все было ни по чем.
- Все в порядке?! - громко крикнула Тулпан, обращаясь к Мирзе.
«Да, мы лишь будем какое-то время двигаться медленнее, чем ожидали. Но в степи я наверстаю упущенное. Не беспокойся, принцесса, город Чивья ты увидишь в назначенный срок. Люди, которые там живут - твои друзья, не бойся их.»
Арнольд, хотя тоже сильно побледнел от покачивания, нашел в себе силы обернуться и помазать невесте рукой, выдавив ободряющую улыбку.
- Сейчас его стошнит… - Алпа старалась не отрывать от Арнольда глаз, чтобы рыжее пятно его головы помогло сохранить координацию. - Сейчас его стошнит… - Тебе-то что? - обиделась за жениха Тулпан. - А как его стошнит, так и меня тут же тоже…
Костас отнял от скалы лицо, одна щека оказалась испачкана до черноты. Он несколько раз моргнул, приходя в себя, потом протянул руку, требуя фляги. Вальта быстро отцепила свою от пояса, но в трясущиеся ладони не дала, напоила сама.
- Ну?.. - весь, от щиколоток до глаз поросший черным жестким волосом, но с русой шевелюрой, Вик всегда выглядел странно. Теперь, перебрасывая из руки в руку топор, притоптывая готовыми бежать ногами, он и вовсе не походил на человека.
- Что - ну?.. - Костас потянулся, хрустнув суставами. - Много их… Еще больше, чем туда бежало.
- Это уж как нам Фольш поможет, - поджала губы Вальта. - Близко?
- До завала добрались. Сейчас ковыляют по камням, раскоряки паршивые, кровососы… Надо решаться. Их много, и если что-нибудь сорвется - устроят хорошую облаву! - Костас оскалил крупные белые зубы и с удовольствием повторил: - Очень хорошую облаву!
Вальта задумалась. Туда прошли пятнадцать восьмилапых, обратно идет еще больше… К атаке все готово, караван медленно ползет по камням, и скоро пойдет еще медленнее, потому что в этом месте, прямо под засевшими на скалах людьми, много щебня. Смертоносцы слишком тяжелые, бежать не смогут. Но устроенный обвал - лишь половина плана. С гор готова сорваться новая партия камней, которая в узком месте уничтожит всех, кто не успеет прорваться дальше по дороге. Но если они успеют…
- Давай! Я уже не могу больше! - голый по пояс Вик сопел и топтался, мешая Вальте думать.
Женщина подошла к нему, задумчиво теребя длинную косу, и не доходя шага резко ударила между ног острым мысом сапога. Вик резко согнулся и уставился себе под ноги, будто рассматривая что-то между камнями. Вальта чуть прикусила губу, скрывая улыбку - у нее была врожденная тяга к артисцизму.
- Вот что, други мои, - она так же задумчиво повернулась к остальным, взяла небольшую паузу, прислушиваясь к пыхтению Вика, теперь тонкому, свистящему. - Умирать один раз, верно? И от того еще никто не спрятался. Жить же следует весело, или вообще никак. Верно, Имрус?
Имрус ничего не ответил. Он жевал злой горный нас, почти уже не чувствуя языка. Этот нас не давал видений, зато приятно холодил сердце, успокаивал душу. Только когда его окликнули, воин заметил, что Вальта что-то говорит. Он не спеша рассмотрел ее ладную, но чуть грузную фигуру, круглое лицо с вечно нахмуренным лбом.
- Имрус? - Вальта не пробовала растущего здесь наса, поэтому странное поведение любовника атаманши застало ее врасплох. - Ты хочешь жить весело и умереть быстро?
- Я не, - по тону Имруса невозможно было понять, чего именно он не хочет и какой смысл вкладывает в свои слова.
Среди трех десятков подтянувшихся поближе к Вальте и Костасу повстанцев послышались смешки. Женщина быстро обвела свое войско суровым взглядом и заметила, что еще несколько человек смотрят на нее с полным безразличием.
- А ну открой рот!
Имрус уронил виз челюсть, оттуда потекла зеленоватая, пенящаяся масса.
- Злой. Горный.
- Ах ты, дрянь… - Вальта не стала его бить сапогом - если останутся живы, вечером еще пригодится. Она лишь пальцем выгребла у Имруса изо рта жвачку и сильно оттолкнула его. - Всем выплюнуть, твари! Черви! Продам вас раскорякам, зачем вы мне такие?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
