– Ну, это тебе сенсации подавай… Мне-то от них, знаешь, ни холодно ни жарко…
– Зато ты станешь всемирно известна в своих узких библиотечных кругах.
– Положим, – вздохнула Надя. – И что ты мне предлагаешь делать?
– Да ничего особенного! И не лезь никуда! Присматривайся там, у себя, в "историчке-архивичке", к сотрудникам или, точнее, сотрудницам. У вас же там одно бабье работает, так ведь? Ну и погляди: раз какая-то женщина-девушка была наводчицей – значит, ей скорей всего за это заплатили, да? Значит, у нее деньжата завелись? Ну вот и посмотри: кто там у вас стал жить не по средствам.
– Ну, допустим, посмотрю. А дальше – что?
– А дальше: сообщай о своих подозрениях мне. За океан, в Степлтон. По электронной почте. А я твои донесения буду принимать к сведению и подвергать тщательному анализу. И стану тебе, в свою очередь, о своих действиях отписывать по и-мейлу… И мы с тобой, бог даст, восстановим всю цепочку от Москвы до Степлтона. И войдем в историю, как первые детективы-напарники, раскрывшие преступление с помощью электронной почты. Шерлок Холмс и доктор Ватсон двадцать первого века!..
– Мне, конечно, уготована роль доктора Ватсона, – слабо улыбнулась Надя.
– Нет! – горячо воскликнул Дима. – Ты – Шерлок, ты!.. И – Эркюль Пуаро в придачу!
– Хорошо, что не мисс Марпл, – усмехнулась Надежда. – Ну, ладно, постараюсь. Понаблюдаю за нашими.
– Давай, Мата Хари. Давай, Надюшка!
* * *
Домой Дима вернулся только во втором часу ночи.
Пока посидели в клубешнике (Дима звал Надю вниз потанцевать – она наотрез отказалась)… Пока он, как истинный джентльмен, отвез девушку домой в ее Медведки… Пока дорулил по Кольцевой к себе в Орехово-Борисово… Думал по дороге: "Вернусь – сразу бухнусь спать". А поднялся в свою однокомнатную квартирку – спать расхотелось. И какая-то непреодолимая сила повлекла его к компьютеру.
Вставил дискету, переписал на жесткий диск биографию американской знаменитости. Отправился на кухню, заварил себе чаю. Вернулся к экрану и открыл книгу о Поле Шеви на том самом месте, где остановился четыре часа назад. ;
…Итак, идет восемьдесят четвертый год. Героиня, Пола Шеви, – на паях со своим мужем Стивеном – полновластная руководительница компьютерной компании "Макфайер". Дело против нее по обвинению в предумышленном убийстве негра-наркомана и в заговоре с целью убийства деверя, Джона Макфарлина, благополучно закрыто. Компания "Макфайер" растет. Объемы продаж за год увеличились еще в полтора раза и превысили (до уплаты налогов) отметку в сто миллионов долларов.
Дальше в книжке на двадцати страницах описывались маркетинговые приемы, которые применяла Пола, чтобы увеличить сбыт "личных компьютеров". Эту главу, наполненную незнакомыми английскими терминами, Дима благополучно пропустил, прихлебывая чай.
В восемьдесят восьмом году, когда компания "Макфайер" уже заняла небоскреб в сердце Силиконовой долины и на нее работало более тысячи специалистов, судьба Полы, читал Дима, сделала новый кульбит.
"Уже год как ходили слухи, – писал автор жизнеописания, – что отношения между Полой и ее мужем, фактическим владельцем "Макфайера" Стивеном Макфарлином, ухудшились. Они перестали где-либо появляться вместе.
Ив начале восемьдесят восьмого года Пола объявила о своем решении: она уходит с поста первого вице-президента компании в бессрочный отпуск. Создавалось впечатление, – говорилось в биографии, – что госпожа Шеви не слишком любит спокойную каждодневную работу – пусть даже в динамичной и быстрорастущей фирме. Ее стихия, утверждали репортеры даже серьезных финансовых изданий, – это кризисы и приключения.
Пола снова отправляется, – читал Дима дальше, – в поездку по Европе.
Путешествие затягивается. Она посещает Францию, Испанию, а также многие страны Восточного блока, только что избавившиеся от ига коммунистической тирании, – такие, как Румыния и Венгрия. Финансирует большие благотворительные программы для этих государств.
Едет в Советский Союз и проводит в Москве, на родине своего деда, поручика Шевелева, более двух месяцев".
Последний факт Дима немедленно записал на свой диктофончик.
"Что ее так тянуло в Москву? – подумалось ему. – Ведь тогда, в конце восьмидесятых, у нас не то что ночных клубов – туалетной бумаги не было! Может, она что-то искала? Может, ее путешествия в Россию как-то связаны с нынешней кражей из библиотеки?.. Это надо взять на заметку. И обдумать…"
Дима закурил и снова обратился к экрану монитора.
"В то время, – продолжал автор биографии, – пока Пола путешествовала, на родине в США опять разразился скандал, связанный с ее именем. В один из погожих сентябрьских деньков папарацци из газеты "Глоб" сделал с арендованной моторки серию снимков. Объектив пронырливого фотографа был нацелен на частный пляж на территории особняка Стивена Макфарлина под Сан-Франциско.
Фото, снятые телеобъективом, запечатлели владельца особняка, мужа Полы, господина Макфарлина. Рядом с ним находилась "Мисс Апрель – 1988" журнала "Плейбой"
Джуди Смит. Полное отсутствие одежды на фотографируемых, а также их позы не оставляли никаких сомнений в характере их взаимоотношений.
Снимки были опубликованы.
Корреспонденты бросились за комментариями к господину Макфарлину. Тот заперся в своем особняке и передавал через пресс-секретаря компании, что "комментариев не будет". Недостаток информации со стороны мужа-обманщика с лихвой компенсировала вторая жертва удачливого фотокора – мисс Джуди Смит. Старлетка охотно раздавала интервью и позировала фотографам и телекамерам – уже, естественно, не обнаженной, но строго и дорого одетой. Из ее пространных комментариев следовало, что отношения звезды "Плейбоя" с президентом компании "Макфаейр" длятся уже более пяти месяцев и являются "весьма близкими". Господин Макфарлин соблазнилде несчастную Джуди после месяца настойчивых ухаживаний. Он подарил ей бриллиантовое колье, автомобиль "Порше" и яхту. Приглашал ее в лучшие рестораны Фриско и возил в Лас-Вегас и на Гавайи. И хотя она понимала, что поступает дурно, принимая ухаживания женатого мужчины (говорила, невинно хлопая глазками, звезда "Плейбоя"), настойчивость Стива заставила ее уступить. Тем более что он (говорила она потупясъ) обещал мне "бросить эту мымру и жениться на мне".
В ту пору обманутая супруга мистера Макфарлина, Пола Шеей, как раз пребывала в Москве. Немногочисленные инокорреспонденты, аккредитованные в советской столице, кинулись за комментариями к ней. Та оказалась в отличие от своей счастливой соперницы немногословной.
"Я немедленно начинаю бракоразводный процесс", – заявила госпожа Шеей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
