— Верняк! — пожаловалась Дашка.
— Тогда побег — лучшее средство. А кофе выпьем вне стен замка. Через полчаса. Договорились?
— Договорились, хотя это больше смахивает на «развод» под гипнозом.
— А что делать? — смеялся он. — Да, Даша, вас на море не укачивает?
— Нет.
Он преподнес ей маленький букетик мелких диких симпатичных гвоздичек, источающих насыщенный, острый аромат.
— Доброе утро, Игорь Николаевич, — приняла букетик Дарья. — Спасибо.
— Ну что, для начала взбодрим вас кофе?
— А для продолжения у вас есть план, — догадалась она.
— Обязательно, но это пока секрет.
Он арендовал небольшую яхту для плавания в рыбачий поселок, который, как многообещающе пояснила администратор гостиницы, находится в живописной бухте, где можно приятно провести время в местном кафе, в котором готовят рыбу утреннего улова, наслаждаясь вкусом и окружающими видами.
Власов собирался наслаждаться видом Дарьи Васнецовой, проводящей день в его компании.
До поселка, как он выяснил, чапать на яхте неспешным ходом часа три, которые тоже не остались обделенными его вниманием. Ему собрали в ресторане гостиницы, ничуть не удивившись заявке, большую корзину с закусками, посудой, двумя бутылками шампанского. Он сходил на маленький рыночек, который заприметил вчера, прогуливаясь с Дарьей по городу, купил фруктов, местный хлеб, домашний сыр.
И все это дожидалось их прибытия на яхте, шампанское охлаждалось в ведерке со льдом, а быстрый шкипер с хитрыми черными глазами, секущий все как надо, на ломаном английском обещал ему сервировать стол, расположенный на палубе под большим бело-голубым тентом, самым наилучшим образом «для синьорины».
Прогулочным шагом Власов подвел Дарью к яхте и сообщил, указывая на судно рукой:
— Я собираюсь похитить вас на целый день, Даша.
— Как романтично! — с наигранным значением посмотрела на него она и шутливо поинтересовалась: — А что-то там «и за борт ее бросает в набежавшую волну» не подразумевается?
— Разве что в целях демонстрации мужских подвигов по спасению дамы.
— Настора-а-аживает, — дурачилась Дашка. — Может, ну ее, демонстрацию, я и так уверена в ваших способностях.
— Тогда «ну», — поддерживая ее под локоток, помог ей взойти на яхту Власов.
Господи, какой же это был замечательный день!
Игорь поймал себя на том, что постоянно мысленно и вслух применяет эпитеты превосходной степени, целую гамму восторженных определений, понимая, что подсознание описывало его тогдашнее мироощущение.
Береговая полоса, вдоль которой они плыли, являла образчик природной красоты, но он смотрел на Дарью, которая казалась ему этим образчиком.
Она все придерживала шляпку, норовящую сорваться, подхваченную ветром, пока Власов не протянул руку и не снял ее совсем. Волосы рассыпались и флагом затрепетали по ветру.
— Вы в тени тента, дайте свободу вашим красивым волосам, — что-то вроде комплимента произнес он.
Они почти не говорили о работе и семье, лишь коснулись этих тем тогда на яхте.
— Как я понял, в Италии вы бываете часто?
— Да. Здесь живет моя мама со вторым мужем. Это их дом. Катя с Лизой приезжают сюда на все лето, а я в отпуска. Мама с Марио здесь редко бывают, они историки, а мама еще и искусствовед, специализируются на эпохе Возрождения, и им приходится много ездить по стране и за границу, а Марио еще и преподает в университете.
— Вы поэтому так хорошо знаете итальянский?
— Пришлось, — улыбнулась Даша. — Но итальянский легкий язык. Я его и не учила почти, сначала разговорную речь освоила, а уж потом стала писать-читать. Мне гораздо труднее с английским приходилось, ну не нравится он мне, и все!
— А чем вы занимаетесь, Даша?
— Анимацией. Я работаю на фирме, устраивающей детские праздники и представления.
— То есть в костюме водите с детишками хоровод? — не ожидал такой истории Власов.
— Я не вожу. Я исполнительный, креативный директор. Хороводы водят мои подчиненные.
— И большая у вас фирма?
— Такие фирмы не бывают большими, Игорь Николаевич. Генеральный директор, она же хозяйка, я вот — и все руководство. У нас четыре мобильные группы по пять человек, которые работают на выездах. Но наша фирма одна из самых известных, у нас заказы расписаны за месяцы вперед.
— То есть вы на мероприятия не выезжаете?
— Выезжаю, когда проводится масштабное мероприятие.
— Что значит «масштабное»?
Он не просто так выяснял подробности, ему было интересно, да и умысел тайный имелся, не без того.
— Ну, простите за банальность: олигархи разгулялись, детей на сорок представление, или благотворительные выступления в больницах и детских домах. Когда много детей, требуется очень четкая организация, выверенная поминутно связка всего. Вот я и выезжаю для этого.
— Вам это нравится, — утвердил он.
— Очень! — призналась Дарья. — Ну а вы, Игорь Николаевич, чем занимаетесь?
— Сельским хозяйством, — уклончиво ответил он.
— Вы совершенно не похожи на человека, занимающегося сельским хозяйством, — засомневалась она.
— В нашей стране, Даша, если всерьез и грамотно, сейчас этой отраслью занимаются люди с гарвардским образованием, ну или университетским, в костюмах за тысячи иностранных денег и прибамбасах от Гуччи и Луи Витона, со знанием нескольких языков. Сейчас это высокотехнологичное производство, это если на самом деле всерьез.
— А вы Гарвардом баловались?
— Нет, экономическое на родине получал.
— И вы технологии применяете?
— И их тоже. Но мы про работу не будем, ладно? Все-таки я хоть и на маленьком, но отдыхе, — ушел от подробных расспросов Игорь.
— А как ваша фамилия?
— Власов.
— Вам подходит, — чуть улыбнулась она и, задумавшись, повторила: — Власов, Власов, что-то знакомое.
— Это распространенная фамилия, — увел еще раз разговор в сторону он.
— Да, извините, — не стала выяснять Дарья.
Больше темы работы и семьи они не касались ни разу, только Игорь упомянул как-то в разговоре, мимоходом, что не женат.
Рыбацкая деревушка и на самом деле показала себя из-за скалы более чем достойной посещения. Вид — закачаешься!
Множество разнообразных рыбацких шхуночек и лодок, пришвартованных у длинных пирсов, деревянный настил на камнях по кромке моря, поднимающиеся вверх на гору домики с черепичными яркими крышами, цветами на окнах и балконах, белая высокая и узкая колокольня, возвышающаяся в самом конце деревушки, — все это в обрамлении гор, синего чистого неба и в отблесках моря.
