Они мчались по склону, и деревья внизу постепенно редели, разбегаясь по долине, по которой тек ручей. Впереди дорогу перегородило очередное дерево, растопырив в стороны ветки. Роберт увидел, как Найалл пришпорил своего жеребца и перемахнул препятствие. Черные волосы взметнулись у него за спиной, когда он приземлился на другой стороне и поскакал к ручью. Кормак прыгнул за ним, и задние копыта его коня задели верхние сучья. Те обломились с громким треском, но и он благополучно оказался на другой стороне. Следующим прыгал Мертоу, капюшон рясы слетел с головы монаха и хлопал на ветру.
Еще до того, как его конь взвился в воздух, Роберт понял, что препятствие ему не перепрыгнуть. Его скакун был приучен к иноходи, а не к бешеной скачке по лесу в попытках спастись от погони. Уступая быстроногим боевым жеребцам в размерах, он был недостаточно силен, чтобы перемахнуть через упавшее дерево. Он предпринял отчаянную попытку перелететь на другую сторону, но задел передними копытами торчащие сучья. На сей раз они не обломились. Жеребец споткнулся и с душераздирающим ржанием рухнул на землю. Передние ноги у него подломились. Роберт отставал от него всего на несколько шагов. Ему больше ничего не оставалось, как вонзить шпоры в бока Флита и направить коня прямо на дерево, надеясь, что он сможет перепрыгнуть и через упавшую лошадь на той стороне.
Флит заметил опасность и уже в полете попытался повернуть в сторону, чтобы не столкнуться с раненой лошадью. Наверное, ему бы это удалось, но конь монаха инстинктивно рванулся, чувствуя, что сверху на него вот-вот обрушится новая беда. Копыто Флита приземлилось между передних ног животного. Роберт с размаху вылетел из седла, когда его жеребец рухнул на упавшую лошадь. Мир вокруг завертелся колесом, и он с такой силой ударился грудью о землю, что у него вышибло дыхание. Меч вылетел у него из руки и затерялся в траве.
Роберт лежал неподвижно, силясь протолкнуть в легкие хотя бы глоток воздуха, а потом с трудом выпрямился. Флит пытался подняться на ноги, а под ним бился раненый конь. Мертоу по-прежнему оставался в седле, придавленный к земле весом обеих лошадей. Изуродованное шрамом лицо монаха было залито кровью. Одна рука его, бессильно заброшенная за голову, дергалась из стороны в сторону в такт отчаянным рывкам его коня. Услышав стук копыт, Роберт обернулся и увидел, что к нему скачет Найалл.
– Быстрее! – Найалл с такой силой осадил коня, что тот присел на задние ноги. – Они уже совсем близко!
С трудом поднявшись, Роберт увидел, что преследователи скачут к поваленному дереву. Несколько всадников отделились от общей группы, явно намереваясь обогнуть препятствие, чтобы отрезать им путь к отступлению. Он вырвал из‑за пояса посох, с которого слетела ткань, и сунул его в протянутую руку брата.
– Держи!
Найалл Брюс схватил инкрустированный драгоценными камнями жезл, но на его юношеском лице отразился ужас.
– Нет, Роберт! Садись на лошадь позади меня!
– Твой конь не выдержит нас двоих. – Роберт оглянулся. Погоню возглавлял мужчина в небесно-голубой накидке, и его нахмуренное лицо выражало непреклонную решимость. – Скачи! Отвези его в Шотландию и передай Джеймсу Стюарту. Езжай! – Он проревел последнее слово и сильно ударил коня Найалла по крупу, отчего тот рванулся в сторону.
Роберт прыгнул к кустам, куда улетел его меч. Пальцы его сомкнулись на рукояти, когда лес наполнился грохотом копыт. Он обернулся, замахиваясь мечом, и увидел, что на него на полном скаку мчится воин в голубой накидке. Но тут раздался громкий крик, и сбоку на того налетел Кормак, рыжие волосы которого разметались по плечам. Он взмахнул мечом, целясь мужчине в голубой накидке в спину. Удар получился скользящим, его отразила кольчуга, но мужчина уже подался вперед, чтобы достать Роберта, и потому оказался захваченным врасплох. Стоя в стременах, он упал лицом вперед и грудью ударился о луку седла. Воспользовавшись тем, что всадник потерял равновесие, Роберт присел и, держа свой длинный меч обеими руками, с размаху ударил им по передним ногам коня. Когда и всадник, и жеребец полетели на землю, Роберт выпрямился и замахнулся мечом.
Мужчина отреагировал на удивление быстро. Сначала он откатился в сторону, чтобы избежать первого удара Роберта, а потом успел поднять над головой меч, отражая второй. Клинки со звоном скрестились, и воин в голубой накидке застонал от натуги, когда Роберт налег на меч всем телом. Он нанес неожиданный удар ногой и попал Роберту в колено. Роберт пошатнулся и, чтобы не упасть, сделал несколько шагов назад. Меч его описал широкую дугу, что дало его противнику время вскочить на ноги. Голубая накидка перепачкалась грязью, а на щеке у него алел глубокий порез. В черных волосах блестела кровь, но в глазах светилась яростная решимость, когда он атаковал Роберта, целясь ему в бок.
Роберт парировал удар, а потом вывернул руку и ударил своего врага рукояткой в лицо, стремясь сломать ему нос. Но мужчина вовремя отдернул голову и отскочил в сторону, однако тут же вновь устремился вперед, нанеся Роберту жестокий удар в плечо. Роберт с трудом парировал его, поморщившись от злобного скрежета стали, и тут за спиной раздались отчаянное конское ржание и крик Кормака, но у него не было возможности обернуться и посмотреть, что сталось с его сводным братом, потому что мужчина атаковал снова.
Роберт присел, пропуская первый удар над головой, парировал второй, а вот третий пришелся ему в плечо. Хауберк и стеганая куртка под ним приняли чужой меч на себя и уберегли от пореза, но удар был таким сильным, что он пошатнулся и упал на колени. Он яростно отмахнулся мечом, отгоняя противника, но тот быстро пришел в себя. Проведя по лбу рукой в латной рукавице и смахнув кровь с глаз, он снова ринулся в бой. Одним прыжком поднявшись с колен, Роберт устремился вперед, застав мужчину врасплох. Он взревел от натуги и с силой ударил своего противника спиной о дерево, прижав его к стволу. От удара тот поперхнулся воздухом, и меч выпал у него из рук. В глазах его плеснулся страх, когда Роберт поднял свой меч.
– Граф Роберт!
Звук собственного имени отрезвил его и пробил сосредоточенную решимость нанести последний удар. Уголком глаза Роберт увидел, что один из рыцарей держит Кормака рукой за волосы, а второй прижимает меч к его горлу.
– Опустите меч, – вновь зазвучал голос рыцаря. – Или я перережу этому ублюдку горло.
Роберт застыл. Взгляд его метнулся к мужчине перед ним, прижатому к стволу дерева и ожидающему смерти от его руки. Но даже сквозь застивший глаза кровавый туман и жажду убийства Роберт понял, что это – не пустая угроза. Убить ирландца, пусть даже дворянина, этим людям ничего не стоило. Наказание за смерть местного жителя было намного мягче, чем кара за гибель англичанина.
