Шелковый кафтан тюрка — модели две тысячи лет, она с Древнего Алтая
Изучение этих персонажей привело литературоведов в явный шок: оказалось, русские богатыри выведены из «тюркской трехчленной группы — Змей Огненный, Змей Глубин, Змей Вод». Это — трехглавый змей, тот самый, о котором нелестно отзываются в былинах и сказках.
Китайцы очень точно изобразили кипчакского хана. Фасон шапки говорит сам за себя
Змей — признанный знак тюрков, наш символ. Степняки и сейчас к уважаемому человеку обращаются «Горыныч» или «Ажидахака». Слово богатырь, между прочим, тоже тюркское, русским оно стало недавно. Равно как и «Баба-яга».
Рисунок из Радзивилловской летописи. Пририсованный трубач — в костюме руса. И это — самое поразительное, оно красноречивее слов свидетельствует о различиях культуры тюрков и русов
Кто такая «Баба-яга»? Лесная старуха-волшебница, поедающая детей? Вовсе нет. У кипчаков этот мифологический персонаж был мужчиной и назывался «Бабай-ага», он летал в ступе и приносил людям счастье. Где опустится Бабай-ага, там священное место… В Центральной Азии еще в глубокой древности почитали этот чистый образ, который, видимо, был тесно связан с представлением о прообразе Будды… Также злому «мифологическому» искажению подвергся и Кащей Бессмертный, который никому дурного не делал. Он — «бессмертный», потому что он — облако. Так степняки дразнили тучу (или летающего змея), которая не давала дождя…
Пририсовки русов на страницах Радзивилловской летописи
Конечно, культурные заимствования у народов-соседей были всегда, это — благо. Они на пользу, а воровство и лукавство — во вред. Вот еще тому пример.
Была у кипчаков сказка — теперь она русская, народная — про колобок. Сказка имела мораль. А какая мораль у «русского» колобка? Хитрая лиса всех перехитрила и съела колобок. Никакой морали. Потому что неизвестно, что означает слово «колобок». По-русски — ничего. Нет такого слова в русском языке. А по-тюркски колобок — шарик, слепленный из того, что катает жук-навозник.
Катился колобок, катился и попал прямо в рот лисе: «НЕ ХИТРИ, как лиса, а то колобок кушать будешь». Вот она, забытая мораль сказки! Но только ли к лисичке относятся эти слова? Она ли одна кушает свой колобок?.. Бедная матушка-Россия.
И «Курочка Ряба» в русских устах потеряла первоначальный смысл. И «Теремок»… И другие произведения, грубо «заимствованные» у тюрков.
Славянской Россия стала с Петра I, и особенно — в XIX веке, когда А. С. Хомяков, И. В. Киреевский, К. С. Аксаков (кстати, тюрки-кипчаки по родословной) предложили обществу явно расистскую теорию. Их идея славянофильства утверждала, что отныне лишь славяне — настоящие россияне.
На тюркской культуре поставили несмываемое клеймо прокаженной, ее начали стыдиться. С тех пор Волга стала русской рекой, хотя русские там никогда не жили. Русскими стали и береза, и изба, и квас, и всё на свете. Даже зима. И, конечно, колобок…
Основные источники
Бернштейн С. Б. Константин Философ и Мефодий. М., 1984.
Ван-Вейк Н. История старославянского языка. М., 1957.
Древняя Русь. Сказания. Былины. Летописи. М., 1963.
[Евсевий Памфил] Церковная история Евсевия Памфила. Т. I. СПб., 1858.
Иностранцев К. А. Хунну и гунны. Л., 1926.
Иордан. О происхождении и деяниях гетов. Getica. M., 1960.
Истрин В. А. 1100 лет славянской азбуки. М., 1988.
Карамзин Н. М. История государства Российского. Т. I–V. М., 1989–1996.
Каргер М. И. Древний Киев. Т. 1–2. М.; Л., 1958; 1961.
[Константин Порфирородный] Известия византийских писателей о Северном Причерноморье (выпуск первый) // Известия Государственной академии истории материальной культуры. Вып. 91. М.; Л., 1934.
Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993.
Плетнева С. А. Половцы. М., 1990.
Радзивилловская летопись; Фотомеханическое воспроизведение Радзивилловской (Кенигсбергской) летописи. СПб., 1902.
Русь между Востоком и Западом: культура и общество X–XVII вв. // К XVIII Международному конгрессу византинистов (Москва, 8—15 августа 1991 г.). Ч. I–III. M., 1991.
Рыбаков Б. А. Киевская Русь и русские княжества XII–XIII вв. М., 1982.
Рыбаков Б. А. Ремесло Древней Руси. М., 1948.
Рыбаков Б. А. Русские летописи и автор «Слова о полку Игореве». М., 1972.
Рыбаков Б. А. Язычество Древней Руси. М., 1987.
Самашев З. С. Наскальные изображения Верхнего Прииртышья. Алма-Ата, 1992.
[Симокката] Феофилакт Симокката. История. М., 1957.
[Тацит] Корнелий Тацит. Сочинения в двух томах. СПб., 1993.
Чичуров И. С. Византийские исторические сочинения. М., 1980.
Шахматов А. А. Древнейшие судьбы русского племени. Пг., 1919.
Шахматов А. А. Очерк современного русского литературного языка. Л., 1925.
Часть II
Мир Дикого Поля
Дикое Поле — Великая Степь
Пример с колобком показателен: без муки ничего вкусного не выпечешь. Что бы ни говорили, но колобок, даже замешенный на сметане, несъедобен… Подобное произошло и с российской историей: без правды получится ли история великого народа?
Только ИСТИНА — горькая правда! — лучшее лекарство для России, для ее будущего. Только она спасет страну от обрушившихся позора и гибели. Ибо в высшем своем значении История есть орудие охраны Истины от наседающего сочинительства.
Утвердившаяся ложь не принесла счастья никому: ни славянам, которым надели не их шапку, ни тюркам, с которых эту шапку сняли. Но историческая Правда осталась! Она не исчезает — лишь иногда забывается. К сожалению, пока она не на официальной бумаге. В народной памяти, преданиях и легендах…
Как долго еще нам, братьям, в слепой ссоре жить? Сколько еще ненавидеть друг друга? И во имя чего? Уже и родство свое забыли, не помним, с чего началась кровавая ссора: столько веков волками на мир смотрим. Русские не виноваты в трагедии тюрков. Она началась задолго до Киевской Руси…
Все началось в IV веке. Европа трепетала тогда, заслышав конский топот, завидев пыль на дороге. То был сигнал о приближении кипчаков, города замирали в ожидании своей судьбы, беспокойство селилось в них. Завершалось Великое переселение народов.
В IV веке начал складываться лик современной Европы! Европейские народы обрели свободу от власти римских деспотов. Ненавистная империя рухнула, языческий Рим пал. А вместе с ним пала прежняя зависимость, унижение, рабство и страх, которые более семи веков терзали Европу, делая ее едва ли не самым отсталым уголком цивилизованного мира.
К сожалению, документов той поры сохранилось ничтожно мало — пожалуй, лишь записки византийского посланника Приска и еще несколько бумаг. Только они написаны очевидцами. Остальное выведено много позже трусливой рукой и на лживой бумаге.
Ни об одном народе, ни об одной стране в Европе не написано столько откровенной лжи, как об Аттиле и его соплеменниках, основателях Дешт-и-Кипчака. Все грехи, известные миру, приписаны тюркам. Дикари, кочевники, гунны, разрушители, варвары… Что еще?
Европейские историки, словно издеваясь над кипчаками, разделяли их на «народы» и «народики», редко кто говорил об общности пришельцев, об их национальном единстве. Об их культуре, наконец. Слово «тюрк» обрело оттенок безликой дикости. Называться тюрком стало неприличным!
А новые имена кипчакам придумывали не случайно. Греки когда-то дали им имя «гунны». Правда, слова «гунны» и «тюрки» в их лексиконе поначалу означали одно и то же. Вот строка из византийского документа 572 года: «В это время гунны, которых мы обычно называем тюрками…» Потом у слова «гунны» появилось новое значение — «сброд», «толпа».
Почему толпа? Разве народ, завоевавший полмира, может быть толпой? Или — сбродом? Под знаменами кипчаков действительно стояли солдаты из поверженных стран — сильный подчинил себе слабых. Однако в прижившемся слове «гунны» нет и намека на коренной народ, в руках которого реяли боевые знамена. Гунны превращены в безымянную массу, враждебное войско, не имеющее даже этнических признаков. Но так ли это на самом деле?
И кто они, с точки зрения европейцев?
В Британской энциклопедии статья о них весьма пунктуальна. Акцент делается на кочевом характере их жизни, о культуре подчеркнуто умалчивается. Даты исторических событий точны… Но понять, что за народ скрывает слово «гунны», невозможно. На каком языке он говорил, тоже не установить. Сказано много и — ничего.
Вроде бы есть статья, формально правильная, но отсутствие важнейших деталей не позволяет считать ее источником информации. Это, надо заметить, стало почти негласным законом для научной литературы о тюрках. Складывается ощущение, что недоговорки едва ли не обязательное условие иных публикаций… Видимо, такова цель авторов: говорить, не договаривая.
