В темной передней, где у Джерри помещается кухня, вспыхивает спичка; Джерри в последний раз оглядывает кухню и идет в комнату. На нем пальто и шляпа. Он тушит спичку; у него в руке крем для бриться, кисточка и бритва. Опустившись на колени, он кладет все это под футляр пишущей машинки. Взглядывает на часы, и, постояв в унылом раздумье у телефона, снимает трубку и набирает номер. В комнате Гитель звонит телефон.
ГИТЕЛЬ (хватает трубку и садится на тахту): Да, алло!
ДЖЕРРИ (помолчав): Девочка, я... уже все тут уложил, я...
ГИТЕЛЬ (мягко): Здравствуй, Джерри.
ДЖЕРРИ (помолчав): Тут в кухне картонка со всякой мелочью, ключ будет у сторожа. Если тебе что-нибудь понадобится...
ГИТЕЛЬ: Мне ничего не понадобится.
ДЖЕРРИ: Но если все-таки понадобится... (пауза) Гитель, если тебе понадобится что-нибудь ...важное, я буду в линкольском отеле "Коммодор". Номера я не знаю, но междугородняя тебя соединит и так. Город Линкольн, штат Небраска. Небраска, не Невада!
ГИТЕЛЬ: Не Невада.
ДЖЕРРИ: И не Омаха. Эту ошибку я больше не повторю. Никогда, Как только найду себе контору, сообщу номер телефона. А если ты... если у тебя будет что-то срочное, позвони, пожалуйста, Фрэнку Таубмену. Можешь ему ничего не объяснять, я предупрежу. Просто позвони.
ГИТЕЛЬ (не сразу): Хорошо.
ДЖЕРРИ: Нет, дай мне слово.
ГИТЕЛЬ: Даю слово. (пауза) Джерри, со мной уже все в порядке. Ты только... ты только постарайся, чтобы там все вышло так, как ты хочешь.
ДЖЕРРИ: Да, я постараюсь. Это - снова война. Я не отступлюсь от своих условий, я не стану работать у Люциана, не переду в Омаху, и жить мы будем на то, что я заработаю. Я начинаю очень... скромно - стол, телефон и карандаш. И моя голова.
ГИТЕЛЬ: Это немало.
ДЖЕРРИ: И обсчитывать ее я больше не стану. Новая жизнь на новых началах, для нее и для меня.
ГИТЕЛЬ: Я верю в тебя.
ДЖЕРРИ: И никаких метаний в стороны. Гитель, ты ведь тоже перестала метаться?
ГИТЕЛЬ: Ох, нет. Я еще дергаюсь, как паяц на веревочке.
ДЖЕРРИ: Я ведь тоже верю в тебя, Гитель. В Нью-Йорке пропасть народу, но ты - соль земли, не растрачивай себя, он ждет тебя где-то за углом. Ты его найдешь.
ГИТЕЛЬ: Поищу. Я теперь о себе лучшего мнения, чем раньше, я буду больше требовать. Время от времени я буду посылать тебе поздравительные открытки, ладно?
ДЖЕРРИ: Время от времени...
ГИТЕЛЬ: Дважды в неделю.
ДЖЕРРИ (крепко прижимает пальцы к глазам, он в мучительной неуверенности): Гитель! То, что я делаю, это... Бывают моменты, когда я думаю, что...
ГИТЕЛЬ: Ты все правильно делаешь, Джерри. Понимаешь, я больше не хочу никаких подачек, это плохая услуга.
ДЖЕРРИ: Я-то это знаю, как никто.
ГИТЕЛЬ: Я теперь и сама не буду раздавать подачки. я хочу, чтобы кто-то заботился обо мне по-настоящему и принадлежал мне целиком. ты научил меня этому. Сэмы и Джюки мне не нужны - это цыплячьи души. Ты знаешь, я теперь на многое смотрю совсем по-иному, ты сделал мне много добра, Джерри.
ДЖЕРРИ: Это правда, Гитель? Господи, если бы я мог твердо знать, что каждый из нас в чем-то помог другому, хоть немножко...
ГИТЕЛЬ: Ты мне очень помог, Джерри. Это первая моя связь, после которой я стала лучше, чем прежде. Я хочу сказать: кто бы ни был тот человек, он будет тебе многим обязан.
ДЖЕРРИ (помолчав, тихо): Спасибо тебе за это. А она даже и не узнает, скольким она обязана тебе... После слова... (припоминает) после слова "любить" сладчайшее слово на свете...
ГИТЕЛЬ (после паузы): Какое, Джерри?
ДЖЕРРИ: "Помогать". Не помню, кто это сказал. Ну вот. (смотрит на часы) Ну вот. Пока, детеныш!
ГИТЕЛЬ (старается говорить спокойно, но глаза ее полны слез, сердце колотится где-то в горле, она борется с тем, что переполняет ее, но ничего не может с собой поделать): Я люблю тебя, Джерри!
Джерри застывает.
(не сразу находит в себе силы продолжать) Сколько бы ты не прожил на земле, я хочу, чтобы ты помнил: последнее, что ты услышал от меня, - это что я люблю тебя!
ДЖЕРРИ (долгая пауза): Я тоже люблю тебя, Гитель. (кладет трубку, некоторое время стоит неподвижно. Потом ставит телефон на пол и закуривает, жадно затягиваясь дымом. После второй затяжки, став на колени, запирает футляр пишущей машинки и, взяв ее в одну руку, а чемодан в другую, напоследок оглядывает комнату - не забыто ли что-нибудь)
Гитель тем временем не кладет трубку; нажав пальцем рычажок, она снова набирает номер, но при первом же гудке бросает трубку. Джерри, идя к двери, слышит единственный звонок. Он опускает вещи на пол и ждет, глядя на телефон. Гитель сидит на тахте, высоко подняв голову и закрыв глаза. Оба неподвижны. Потом Гитель снимает руку с трубки. Джерри поворачивается и выходит из комнаты.
Занавес.
