движениями невозможно было уследить взглядом.
Через некоторое время див вернулся.
– Девушки нету! – Он замахал руками.
– В доме?
– Да!
– Ты посмотрел, куда ее могли увести?
– Ее посадили в машину у ворот. Машина уехала совсем недавно.
– Догоним?
– Не знаю. Но можно попробовать.
– Да. – Аверин сел за руль. – Ну или хотя бы узнаем, куда ее повезли. Но… как же мне за тобой ехать?
– Я буду бежать медленно, чтобы вы меня видели. Наверное, лучше собакой.
Аверин согласился. Кузя забрался в машину, колдун открыл дверь, выпуская его в виде дворняги, и они сорвались с места.
Ехать пришлось недолго. Вскоре они уперлись в ворота, закрытые на цепь и навесной замок. За ними виднелись лодочные гаражи. Частная территория, возможно, даже охраняемая.
Аверин остановился и погасил фары. Выбрался из машины и стал ждать Кузю, который, пробежав под воротами, скрылся где-то между строениями. Ждать пришлось долго. Наконец на его плечо уселась галка.
– Девушки там. Все. Он с ними.
– Преступник? – уточнил Аверин.
– Да, – каркнула галка.
– Собаки? Сторож?
– Нет.
– Тогда открой ворота.
В мгновение ока галка обратилась в гигантского кота, тот взмахнул лапой, и замок отлетел в сторону, шлепнувшись в снег.
Аверин аккуратно, чтобы не заскрипели, открыл ворота. Потом, опираясь на трость, двинулся к гаражам. Возле его ноги пристроилась дворняга.
Впереди вспыхнул свет. Аверин спрятался за стенкой и выглянул из-за угла.
Ворота одного из гаражей оказались открыты. И он увидел в световом пятне, как крепкий высокий мужчина тащит за собой упирающуюся девушку. Дотащив ее до стоящего на льду катера, он затолкнул ее на борт и вернулся к гаражам, скрывшись из виду.
Вот он, преступник. И не катер это, а то самое СВП. Куда оно двинется?
– Подожди… ты сказал «все»? Значит девушек несколько? – спросил он у Кузи. Пес наклонил голову.
Проклятье. Зачем похитителю девушки? Это маньяк? Или торговец живым товаром?
Скорее всего, второе. И Аверин принял решение.
– Кузя, – тихо сказал он, – отвлеки его.
Кузя скрылся в темноте.
И через некоторое время возле гаражей раздался оглушительный лай. Потом крик, мат и выстрел. И снова лай.
Аверин, насколько мог быстро, бросился к катеру. Преступник еще и вооружен, и Аверин от души надеялся, что в его оружии – не серебро. Не хотелось бы, чтобы Кузя пострадал. Хотя попасть в него обычному человеку совершенно невозможно.
Главное – пробраться на судно.
С некоторым трудом он вскарабкался по невысокому трапу и уперся в дверь. На секунду испугался, что она закрыта на замок, но повернул колесо, и дверь, щелкнув, открылась.
Он скользнул в темноту, нащупав тростью лестницу вниз, и начал спускаться. И услышал еще один выстрел и собачий лай. Кузя от души издевался над преступником.
Где-то за стенкой послышался плач. На секунду Аверин остановился. Взять эту сволочь сейчас? Девушки смертельно испуганы.
Но сколько таких же рыдает там, куда везут новую партию? Что, если похититель упрется и ничего не расскажет полиции? А если девушки заперты в каком-то другом гараже и замерзнут насмерть, пока преступника будут раскалывать? Нет, надо проследить. И узнать, кто заказчик и кто за всем этим стоит.
Неужели владелец заводика подрабатывает работорговлей? Для чего? Вызовы дивов?
Собачий лай стих.
Аверин двинулся вниз по лестнице. В нос ударил запах рыбы. Он выпустил клубок Пут, и едва заметное сияние осветило каморку, в которой он очутился.
Сети. Свернутые в рулоны рыболовные сети. Вот что пахло рыбой. А поверх – пара швартовочных кранцев. Аверин присел на один из них и убрал Путы. Оставалось надеяться, что похититель в трюм не полезет.
Сверху заскрипела дверь, и снова раздался отборный мат.
– …проклятая шавка… – закончил свою речь хозяин судна, и Аверин опять услышал всхлипывания.
– А ну-ка заткнулись, шалавы, быстро! – рявкнул похититель, а Аверин почувствовал, как в ногу ему ткнулось что-то мягкое.
Кузя. Он сумел пробраться на борт, когда открылась дверь.
Завелся мотор.
Сначала катер очень долго двигался по льду. Его трясло, но не очень сильно, и почти не качало. В трюме было холодно. Аверин начал замерзать. Кузя, приняв облик неестественно крупного кота, забрался к нему на колени. То ли грелся сам, то ли пытался согреть хозяина. Потом диву надоело мерзнуть, и из его рта вырвался небольшой язык пламени, осветивший темноту трюма, и Аверин увидел в углу небольшую спиральную печку. Он указал на нее диву.
Тот спрыгнул с колен, и у стены засветился красный огонек. В его свете Аверин разглядел, что Кузя присел возле печки на корточки и греет пальцы. Потом див поднял печку и перенес поближе к хозяину. Поставить рядом мешал короткий провод.
Кузя, обратившись котом, вновь запрыгнул на колени к Аверину.
Так, глядя на красный огонек, они провели около часа. Внезапно судно начало качать. Скорее всего, лед кончился и они вышли на воду. Значит ли это, что место, куда они направляются, близко?
Катер раскачивало все сильнее и сильнее. Снова послышались плач и вскрики, которые тут же перекрыл громкий мат. Печка качнулась и упала бы на бок, если бы Кузя, приняв человеческую форму, не подхватил ее. Оставшись сидеть на корточках, он стал придерживать печь руками.
Аверин некоторое время смотрел на скорчившуюся на железном полу обнаженную фигурку, а потом вздохнул и принялся расстегивать пальто.
Кузя резко замотал головой и оттянул пальцем ошейник. Аверин не понял, что див хотел сказать этим жестом, но было очевидно, что он категорически против, чтобы хозяин раздевался. Катер качнуло настолько сильно, что Аверин чуть не потерял равновесие и вцепился в тяжелый кранец, на котором сидел.
– Долбаный ветрище… – донеслось сверху, потом что-то упало, раздался вскрик и снова голос похитителя: – Я сказал, на место! Пристрелю сейчас… – Послышалась грубая брань.
Что-то шло не по плану. Налетел шквал или катер вышел из-под защиты от ветра и ему грозила опасность.
Проклятье. Еще не хватало тут потонуть.
Судно резко дернулось, разворачиваясь, и его затрясло так, что кранец выскользнул и покатился вниз по куче сетей, а сам Аверин завалился на спину. На миг стало темно. И он почувствовал, что его поднимают и осторожно усаживают прямо на сети.
Кузя обхватил его за грудь и крепко прижал к себе.
Некоторое время трясло, но потом судно как будто выровнялось. И Кузя вернулся к печке. Она вновь осветила трюм своей красной спиралью.
Аверин посмотрел на часы. В пути они провели уже полтора часа. Неужели добрались?
Через десять минут катер остановился и заглушил мотор.
– Все, приехали, здесь стоять будем. Пока ветер не сменится. Час, может,
