Читаем без скачивания Солнечный загар - Марат Багавов

– Да, нет, я не думаю, что это ад и с нами всё кончено. Ещё не известно, что ждёт эвакуировавшихся людей там за пределами Земли. Моя дочь вот осталась в Новосибирске и мне надо её найти. Умирать здесь я не собираюсь.

– Да много здесь таких было, всех потихоньку сварили и съели.

– Где мы хоть?

– Где – то рядом с Искитимом. Когда взорвался «Тайфун» с правительством везде воцарилась анархия. Люди начали объединяться в группировки и грабить магазины, заправки. Из всех тюрем вышли осуждённые. Делить припасы с бывшими зеками никто не захотел, и заключённых вывели за пределы населённых пунктов. Оказавшись наедине с жарой и голодом самые стойкие, тюремщики выжили, основали свою группу в Искитиме и начали охотиться и жрать других людей. Они уже на той недели моего мужа съели, скоро мой черёд подойдёт, а потом и твой. Когда нас сюда привели, здесь был один мужчина, его съели перед нами. Так они по очереди всех и варят, живьем. Предсмертные крики мужа у меня до сих пор звучат в голове.

– Ужас какой. Бежать не пробовали?

– Пробовала. Посмотри на мои ноги. Эти сволочи перебили мне колени. Подошли и как ударили кувалдой. Боль была адская. Я неделю не спала, и сегодня только заснула, но ты меня потревожил. Хочешь прожить остаток жизни без боли сиди молча и не рыпайся.

– Быть как безмозглая скотина? Должен быть выход.

– Его нет. Я здесь уже где – то три недели, они не кормят, я уже устала и обессилена. Хочу к своему Феденьке. Молю бога только об одном не чувствовать боли и не орать, чтоб мои кости встали у них поперёк горла, а мясо отравило их плоть.

– Вы говорите мы в Искитиме? Боже мой, я так близко к Новосибирску.

– Это раньше было близко. Сейчас вся территория контролируется бандами и группировками. В стране анархия, не нашлось силы объединить умирающий народ. Все хотят прожить жизнь перед концом Земли по полной программе. Естественно никто не хочет соблюдать никакие законы. Вот такими вот людьми и переполнен Новосибирск и его область.

– Я приехал с Алтая, там вообще всё безлюдно.

– Ты ещё подвиг совершил, что добрался досюда. Сейчас ночи короткие, а день жаркий. Редкие машины выдерживают такую жару. Мы тоже с мужем из деревни сбежали от голода. Вся живность раньше людей ведь померла. Человек самая живучая тварь. Только побег наш из родных краев оказался нашей погибелью. О! Слышишь! Идут! Кеша сядь и сиди! А то покалечат!

Иннокентий послушался узницу и присел в угол на корточки, чтоб тюремщики не догадались, что он освободился от пут. Через секунду в свете луны показались бородатые, грязные, морды нескольких мужчин. Они длинными крюками схватили Валентину за плечи, пронзая её плоть, и потащили наверх. Женщина пыталась терпеть боль.

– Прощай Кеша, надеюсь, тебе удастся спастись. – Сказала напоследок Валентина. Решетка вновь за ней закрылась, в яме наступила тишина.

Иннокентий лег на землю, размышляя о своей дальнейшей судьбе. Выхода из этой ловушки не было, без помощи не выбраться. Но где же её найти в этом безумном мире. Вскоре размышление прервал душераздирающий женский крик. Это Валентину заживо варили каннибалы. Они поместили её в большой котёл и словно животное готовили себе на ужин. Кеша попытался заткнуть уши, чтобы не слышать эти крики, но их звук всё равно проникал сквозь ладони. Прекратился спустя пять минут, которые для Кеши казалось целой вечностью. Ему было очень страшно. Валентина была права ад уже здесь на Земле. Он уже проклинал тот день, когда прочитал сообщение и решил вернуться в Новосибирск. «Зачем он это сделал? Умирать от рук каннибалов очень не хотелось. Где же выход?» Думал Кеша. Если он попал в ад, то значит, в этом мире должен быть и рай, его лишь надо найти или заслужить. В своей жизни Иннокентий не вспомнил ничего такого, чтобы можно было попасть в Рай. Визг и крики Валентины прекратились и слышны стали чавканья жрущих каннибалов и хруст ломающихся костей. Слушать такое тоже жутко. Волотов начал молиться о спасении Богу. Он пусть был и крещёный, но никогда не был сильно религиозен. У него не было в жизни таких ситуаций, чтоб за помощью обращаться к Богу и вот он настал тот случай. Молиться Кеша не умел, в церковь ходил очень редко, поэтому просил прощения и спасения у господа своими словами. За молитвами ему удалось уснуть, когда солнце начало восхождение.

Поспать получилось часа четыре. В обед смертоносные лучи проникали через решётки в яму и сильно жгли, попадая на кожу, вызывали ожог. В подземке становилось душно и трудно дышать. Кеша начал волноваться, прикрыться было не чем, проклятые каннибалы забрали одеяло, которое так спасало. «Боже как же протянула здесь Валентина целых две недели?» думал Волотов. Он чувствовал, что изжарится заживо. Похоже, его пленница была права ад действительно на Земле, и умирать уже не страшно, всё плохое уже случилось. Иннокентий откинул в сторону плохие мысли и решил попробовать выбраться из ямы. Нужно было лишь дотянуться до решётки. На ней не было замка, её можно легко открыть. Лишь глубина удерживала пленников в заточении. Несчастные здесь жили и даже испражнялись, ожидая смерти, как скотина. Вскоре Волотов вспомнил про проволоку, которой дикари сковали ему руки. Он связал вместе четыре куска в один, сделал на конце крюк и начал прыгать до решётки, пытаясь зацепиться за один из прутов. Он сделал несколько попыток дотянуться, но каждый раз не хватало пару сантиметров. Он дико ругался и матерился, нервы уже не выдерживали. Привлечь внимание каннибалов он не боялся в дневную жару они, скорее всего, спрятались где-нибудь и вряд – ли придут. Кожа лица и рук Кеши уже начали обгорать. Он чувствовал жуткую боль. Всё же совершив несколько упорных попыток, ему удалось зацепить проволоку за жердочку решётки. Дальше Иннокентий начал карабкаться вверх, держась за проволоку и упираясь ногами в стену. Импровизированный железный канат сильно резал руки, но Волотов терпел, желание вылезти из ямы пересиливала боль. Его труды были вознаграждены. Ему удалось добраться до решётки, схватиться за неё и опрокинуть наружу. И вот она долгожданная свобода.

Оказавшись снаружи, Кеша тут же укрылся под рядом стоящую телегу и огляделся. Он находился в лагере каннибалов, где – то в поле с редкими кустарниками. Вдалеке виднелись деревянные дома, там, возможно, жили дикари. Вокруг телеги, на которой его привезли, были высохшие пятна крови, ещё немного поодаль стоял огромный котел. Там, скорее всего каннибалы варили своих жертв. Солнце всё накаливало атмосферу, его телега мало защищала от лучей. Ожоги уже начали превращаться в волдыри, находиться здесь было смертельно опасно. Где трасса он не знал и решил бежать со всех ног до домов там укрыться от солнца. И набрав в грудь больше воздуха, рванул с места и кинулся бежать. В атмосфере, раскаленной на солнце было тяжело дышать, и он упал, задыхаясь, споткнувшись о разбросанные повсюду консервные банки и битые бутылки. Их специально разбросали бывшие зеки, чтоб к их столовой никто не замеченным, не прошёл.

Иннокентий лежал на земле не в силах подняться. Тут же над ним появились грязные морды каннибалов, укутанные от солнца плотными тканями.

– Смотри, дичь сбежала! – Воскликнул один.

– Переломайте ему ноги и в яму. Его время ещё не пришло. – Сказал старший бородатый зек.

Один здоровяк достал из-за пояса кувалду и замахнулся на колени Волотова, но становиться калекой жертва не желала. Кеша подогнул колени, и молот пролетел мимо. Дальше он из последних сил пополз прочь от бандитов, встать совсем не было сил. Каннибалы весело засмеялись омерзительным басом, глядя на жалкие попытки пленника спастись. Здоровяк с кувалдой медленно пошёл за пищей. Вдруг шею каннибала с молотом пронзила стрела. Мужчина захрипел и повалился замертво.

Тут же на поле показались люди на велосипедах, вооружённые луками. Словно средневековые всадники, с закрытыми платками лицами незнакомцы бросились в атаку на каннибалов. Тюремщики тоже были не робкого десятка и, достав дубины, приняли бой. Ход битвы Кеша уже не видел силы окончательно оставили его, и он потерял сознание. А тем временем велосипедисты перестреляли десяток людоедов, а остальных обратили в бегство. Они весело заликовали, когда враг убежал. Затем незнакомцы подняли Волотова на носилки, прицепили их к двум велосипедами и повезли опять в неведанном направлении.

Глава 3. Солнечная ватага

Кеша очнулся в прохладном и темном месте, лицо и руки у него были вымазаны какой – то розовой мазью, дающая коже блаженную прохладу. Над ним в свете луны сидела женщина азиатской наружности с узкими глазами и стройной фигурой. Она размешивала мазь в желтом тазу и аккуратно наносила на кожу Волотова.

– Где я? – Прошептал Иннокентий.

– Ты в Бердске. – Ответила женщина.