Читаем без скачивания В лабиринтах тёмного мира. Том 2 - Олег Северюхин

Предвыборные речи

Сограждане!

Граждане Великого государства! Вы сами по себе каждый велик и никакой пиндос и гейропеец не может сравниться с вами по уровню благородства. Вы самая великая нация, потенциал которой не исчерпали ни крестовые походы католиков и завоевательные походы в нашу страну войск Наполеона и Гитлера!

Вспомните, как проклятое окружение стало забывать нашу Великую победу над фашизмом. Мы в одиночку сломали хребет фашистскому зверю, а жители запада жиреют за счет нашей крови и пьют себе пиво, вместо того, чтобы увеличивать пенсии наших пенсионеров.

Мы заслужили то, чтобы к нам относились как к самым главным представителям земной цивилизации. Мы вернем себе все наши земли, мы возродим наше основное, что было сделано в результате Великой победы – содружество и совет экономической взаимопомощи стран Европы и Билбордии. Мы покажем кузькину мать всем, кто косо глядит на нас. Мы их пошлем на перевоспитание в Мурятию и Тыкутию, их там научат родину любить.

Если вы выберете меня своим президентом, то вы будете самой главной силой нашей современности и прежде чем чихнуть, весь мир будет спрашивать у вас разрешения!

Наше дело правое, мы победим: Умрем же под Бордой, как наши деды умирали!

– Ну, как? – спросил меня режиссер.

– Какой-то параноидальный бред, составленный из речей Гитлера и Стулина, – сказал я. – Мне как-то доводилось знакомиться с их трудами. Откровенные, я скажу, демагоги.

– Вот именно, – с восторгом сказал режиссер, – это именно то, чего мы и добивались. Кто пойдет вслед за вами трудиться на предприятия для повышения качества и производительности труда, сбережения материалов, ведения трезвого и культурного общественного бытия? Единицы романтиков. Кто в нашей стране будет подметать рядом со своим домом и мыть тротуары под окном? Вообще никто. А кто пойдет учить весь мир и показывать всем кузькину мать? Кто поедет по туристической путевке Верховного главнокомандующего без всяких виз на самом современном танке? Все. Тут и ленивый не сможет устоять, как говорил один великий пролетарский поэт дореволюционного периода. Поедем или не поедем, это еще бабушка надвое сказала, но надо, чтобы весь мир затаился в ожидании прыжка, и чтобы весь наш народ напрягся перед этим прыжком. А ваша задача, сказать это, нет даже – выпалить с такой уверенностью, чтобы сам Фома Неверующий или Константин, сами понимаете, Константинович Станиславский и господа Немирович и Данченко сказали: верим! а народ сказал – веруем! Вот и ваша победа будет бесспорно добыта в честной и неравной борьбе.

– С кем же мне сейчас придется бороться? – удивился я.

– Да вы не волнуйтесь, Андрей Васильевич, – успокоил меня один из функционеров избирательного штаба. – Конкуренты ваши известны. Председатель от фруктовой партии, председатель демократ-либералов, генсек от коммунистов и недавно появившийся председатель партии справедливости, которая раньше защищала выхухолей, а сейчас защищает как бы демократию. Эти все вместе отнимут процентов пять голосов, максимум, которые они тут же отдадут вам. И в избирательной комиссии у нас волшебник сидит. У него, правда, бывали заскоки, когда количество голосов превышало количество людей, но это все технические недоделки. Зато сейчас все будет так, что комар носа не подточит

– А реальные кандидаты есть или все повымерли? – спросил я.

– Если говорить честно, – сказал режиссер, – то реальных кандидатов не осталось, всех выпихнули за границу или посадили по тюрьмам, а наиболее ретивых отстреляли как куропаток. А у нас, сами знаете, заказные убийства – преступления недоказуемые. Так что, никто ничего не знает, не видит и не слышит. И все это ерунда, основное – народ за вас. Сейчас подгримируемся и начинаем съемку. Главное – пафос, говорите так, как будто хотите вспахать огород у своей бабушки, а бригадир лошадь не дает. У, сволочь, поквитаемся мы с тобой. Вот это и должен быть главный лейтмотив речи. Чтобы у людей слеза брызнула, когда они вспоминали, что выходцы все из народа, дети семьи трудовой, братский союз и свобода, вот наш девиз боевой.

– Вы случайно не из партработников, не из политических комиссаров коммунизма? – спросил я.

– Грешен, – улыбнулся режиссер, – окончил Билбордтаунское военно-политическое училище по классу клубных работников, снимал революционные фильмы и фильмы о борьбе чекистских органов со шпионами иностранными и безродными космополитами, которые разрушали нашу родину. Награжден боевыми орденами за успехи на ниве кинематографии. Жаль, не доверили снимать кино про Штирлица, ух, я бы им такое снял!

Он что-то еще говорил, а я подошел в Велле Зеге Вульфу, стоявшему в стороне.

– Ну что, доволен? – спросил я его.

– Я-то здесь при чем? – сказал он. – Это все твои соотечественники и сослуживцы в политических войсках и органах. Я что ли вас на все это науськивал? Мое здесь только то, что я тебя на эту должность рекомендовал и сейчас защищаю от того, чтобы тебе просто-напросто не устроили суд Линча где-нибудь на улице. Ты просто не поверишь, что тысячи твоих соотечественников помчатся по магазинам или будут перерывать свои кладовые, чтобы найти самую лучшую веревку для твоего повешения, а сотни водителей подъемных кранов будут соревноваться за право поднять стрелу с твоим прикрепленным к петле телом. Пусть ты моя креатура, но тебя-то я направляю на доброе дело. Возможно, что при тебе дело пойдет лучше, народ станет добрее и поймет, что он никакой не мессия, а счастье свое нужно зарабатывать своим трудом.

– Ты думаешь, я поверю во всю эту ересь? – усмехнулся я. – Наш народ нужно исправлять в течение двухсот лет жизни не в сатрапии, а в свободной жизни, чтобы гены у людей изменились, чтобы они шапку ни перед кем не ломали, а сами были хозяевами своей жизни.

– Все правильно, дорогой Андре, – сказал Вульф, – только ты забыл одно правило – в вашей стране ничего не делается снизу, все делается сверху и пока не будет команды слушать по вечерам Моцарта, никто по вечерам Моцарта слушать не будет. А с народом ты подружишься. Мы найдем такого врага, против которого все и будем дружить, и будет у вас полное счастье. И я тебе помогу.

Рекламный ролик vs сняли на одном дыхании. Я кричал, махал руками, стучал ими в грудь, взывал к небу и к избирателям, истерил по полной. В конце ролика я даже поверил в то, что я самый выдающийся человек своего времени на всей планете, а наш народ способен управлять всем миром. Вся душа пела и в едином порыве со вместе пел и мой народ:

Bilbordland, Bilbordland über alles,über alles in der Welt,wenn es stets zu Schutz und Trutzebrüderlich zusammenhält.Von der Westen bis an die Osten,von der Norden bis an den Suden,Bilbordland, Bilbordland über alles,über alles in der Welt!

Билбордия, Билбордия превыше всего,Превыше всего в мире,Если она для защиты и отпораВсегда братски держится вместе!От Запада до Востока,От Севера до Юга.Билбордия, Билбордия превыше всего,Превыше всего в мире!

Если заставлять всех людей каждое утро петь эту песню, то через полгода наша страна была бы цельной и дисциплинированной страной, четко и беспрекословно выполняющей все приказы и указания лидера нации. Одна страна, один народ, один лидер. Врагов у нас выше крыши. Весь мир наш враг. Такого же непримиримого врага найдем и внутри страны. Чем больше врагов, тем выше энтузиазм и самодеятельность масс. Каждый человек получает звание билбордер (bilbordlander), то есть человек, проживающий на территории Билбордии. Не получивший этого звания – называется аусландер (auslander), то есть иностранец, не имеющий права проживать на территории Билбордии. Вот это и есть враги. Любого билбордера можно перевести в аусландеры, если он вдруг подумает о чем-то ином, не рекомендованном для обмысливания. Вот тут и держитесь враги и потенциальные вражишки, сумевшие обманом стать билбордерами.

Неимоверным усилием воли мне удалось стряхнуть с себя наваждение, пришедшее во время киносъемки рекламного ролика. Смогут ли люди стряхнуть с себя наваждение, которое они получат во время его просмотра.

– А все-таки мастеризм не пропьешь, – самодовольно думал я, радуясь тому, что мои приключения сделали меня артистом своего дела. Мне сейчас и любой черт нипочем.

Странные происшествия

Полусонный город Билбордтаун несколько оживился, когда на улицах стала выступать бродячая цирковая группа, приехавшая неизвестно откуда и по чьему приглашению. В составе группы был маленький гномик и белый козлик.

Группа выступала рядом с культурными центрами, которые по случаю развития рыночных отношений арендовались торговыми компаниями и частными предпринимателями, оттесняя культуру в сторону.

Гномик играл на балалайке, а козлик исполнял комические матерные частушки, очень популярные как в Билбордии, так и в соседних с ней странах.