Я предложил государыне, и она приняла мое начинание о том, что будут организованы специальные складские магазины, в которых будет храниться неприкосновенный казенный запас зерна на случай неурожая и голода. Таких магазинов будет достаточно, чтобы в случае чего не оставить народ без хлеба и семян на следующую посевную. И ваша задача будет заключаться в том, чтобы восстановить знаменитые склады и приспособить их под эти магазины. Надеюсь, вам не надо говорить, что восстановление будет проводиться за ваш счет? За глупость надо платить, а за ложь так вдвойне, — Строганов открыл было рот, но тут же закрыл его. — Гимназия. На нее были выделены деньги еще Анной Иоановной. Где деньги?
— Не знаю, — чуть хриплым голосом ответил Строганов. — Они до нас так и не дошли.
— Понятно, — действительно понятно, что тут может быть непонятного. Василий Евдокимович, деньги на строительство гимназии, а также нескольких школ и училищ будут выделены, как только я вернусь из путешествия. Думаю, что вы прекрасно справитесь с устройством учебных заведений в своем родном городе. Раз уж промышленность здесь невыгодно развивать, будем делать из Новгорода научную Мекку. Что-то типа русской Сорбонны, почему нет? Во всяком случае, попытаемся. И да, город надо в порядок приводить. Чтобы он соответствовал своей истории. Да, чуть не забыл, здесь будет расположен гарнизон. Думаю, Великий Новгород идеально подойдет под место постоянной дислокации Ингерманландской дивизии. И отсюда ее будет легче перекинуть в другие места, где она больше всего понадобиться. Ну а теперь, давайте уже пройдем туда, куда вы хотите меня и Марию Алексеевну поселить. Княгиня устала с дороги, да и всем нам не мешало бы отдохнуть.
С этими словами я развернул коня, чтобы ехать к месту нашего ночлега.
— Ваше высочество, — Адодуров остановил меня, тихо спросив. — А как же мое место возле Алексея Григорьевича?
— Алексей Григорьевич не помрет без вас, уверяю, — я хмыкнул. — А вот более грамотного, образованного и, что уж тут, ответственного человека мне будет сложно найти для тех задач, которые я озвучил. Единственное требование: обучение должно вестись на русском языке, это осуществимо?
— Эм, — Адодуров задумался. — Я не уверен, но, нужно пробовать, сейчас сложно что-то сказать. Да, ваше высочество, я видел проект господина Ломоносова по начальному всеобщему обучению грамоте. Весьма толковый проект, надо сказать. Вы не будете возражать, если я его попробую применить здесь в Новгородской губернии?
— Нет, я даже хотел попросить вас об этом. Проект нужно сначала испытать, опробовать, выявить все его недостатки и изменить тут же на месте, и лишь потом внедрять повсеместно. Так что, думаю, Новгородская губерния подойдет как нельзя лучше.
— А государыня все это санкционировала? — недоверчиво спросил Сергей Строганов, рискнувший вылезти из тени брата.
— Она мне все это в качестве свадебного подарка подарила, — сухо ответил я, на что братья переглянулись и кивнули.
Через пару часов я сидел в комнате, которую приготовили мне в качестве кабинета, а напротив меня расположился Томилов.
— Антон Федорович, что вы можете мне сказать по этим вопросам? — я озвучил ему свои вопросы, касающиеся поисков месторождений каменного угля.
— Ничего, ваше высочество. Более того, я еду, чтобы на месте в Екатеринбурге попытаться разобраться, почему указ Петра Алексеевича был проигнорирован и игнорируется до сих пор. Кроме того, Роман Илларионович попросил меня проверить работу Рейнера, которого наняли, чтобы он построил и наладил работу на камнерезной фабрике. Его посещают определенные сомнения в том, что его детище вообще начало работать. Собственно, для того, чтобы собственными глазами все увидеть, он и едет с нами.
— Очень хорошо, — я сложил руки на груди. — Есть еще что-то?
— Да, ваше высочество. Школа. В Екатеринбурге должна была открыться по настоянию Татищева школа ремесленных искусств, с большим перечнем дисциплин, которые должны там преподаваться. Но те же Демидовы и Строгановы, да и управляющие казенных заводов утверждают в голос, что мастеров как не было, так и нет. Не верить Татищеву я не могу. Он очень многое сделал в качестве президента Берг-коллегии, и вообще является одним из самых порядочных и честных людей из всех, кого я знаю, но деньги были из казны выделены и немалые, так что... — мы замолчали. Опять эта отдаленность и невозможность быстро получить информацию делали вполне жизнеспособные и здравые проекты бездонной бочкой, в которую утекали казенные деньги.
Я помассировал виски, голова трещала немилосердно от всей этой информации, которая обрушивалась на меня лавиной, стоило выйти из зоны комфорта императорского дворца.
— Вот что, я подумаю об этом завтра, — сказал я словами одной известной героини. — А пока я пойду и отдамся в нежные ручки моей жены, может быть ей удастся успокоить мою мигрень. Все-таки у нас свадебное путешествие как-никак, — и под понимающий смешок президента Берг-коллегии я вышел из кабинета и направился в комнаты, выделенные нам с Машкой в качестве спальни.
Глава 6
Мы провели в Новгороде три дня. Вообще-то, я не планировал задерживаться здесь даже на один день, но так уж сложились обстоятельства, что нам пришлось на некоторое время погостить в большом доме Строгановых, наверное, единственном каменном доме во всем городе.
Задержались мы так надолго, потому что оставляемый на хозяйстве Адодуров немного пришел в себя и завалил меня различными консультациями по самым разным вопросам. К середине второго дня к нему присоединился Николай Строганов, который тоже оставался в родном городе, чтобы в первое время следить за выполнением моих поручений, среди которых была и постепенная замена деревянных, часто вросших в землю домов на каменные. А также нормальные дороги и тротуары. Коль скоро здесь планируется сделать студенческий город, то тротуары были просто необходимы, уж студенты-то точно не отличаются друг от друга, независимо от страны пребывания и времени.
Строганов так рьяно взялся за дело, и даже пообещал вложиться в развитие складов и продовольственных магазинов, только потому, что я, весьма вежливо, к слову, пригласил его брата Сергея сопровождать меня в поездке вместе с сыном Александром на их Таманский завод. Из каких предпосылок Николай пришел к выводу, что я буквально беру его брата и племянника в заложники, и что с ними может произойти нечто малоприятное, если остальные Строгановы начнут выступать слишком уж сильно.
Выслушав Петьку Румянцева, который с невозмутимым видом рассказал мне про этот странный заскок Николая Григорьевича,
