Читаем без скачивания Рекламный трюк - Мушинский Олег

Антон по своему обыкновению выбрал столик в дальнем углу. Проходя мимо девицы, демонстративно смотрел прямо перед собой. Никаких сексуальных домогательств не планировал. Разве что бросил взгляд на сканнер – оценить модель.

– Ну ты совсем импотент, придурок! – услышал он злой шепот за спиной.

Останавливаться Антон не стал. Компьютер сам зафиксировал оскорбление словом и всю необходимую по делу информацию. Сканнер у девицы из самых дешевых. Судя по комбинезону и украшениям, может позволить себе модель и получше. Экономит на технике. Напрасно. Дня через два-три места во встроенной памяти станет не хватать, и экономная девица сама удалит запись, не сулящую хоть какой-то прибыли.

Денька еще через два – Антон всегда предпочитал выждать чуть больше времени, чтобы наверняка – можно смело подавать иск о публичной клевете и снять компенсацию морального ущерба. Небольшие, но такие легкие деньги.

Едва Антон сел за столик, рядом материализовалась симпатичная официантка в ярко-салатовом фартучке и туфлях на высоченном каблуке. На правом запястье – изящный браслет-нанокомпьютер.

Волосы, изумрудные с блесками, стояли дыбом, словно перед ней был не клиент, а привидение или даже сам налоговый инспектор.

Подарив Антону профессионально приветливую улыбку, девушка с волнующим придыханием спросила:

– Что будете заказывать?

Антон чуть было не брякнул: "Вас!", но вовремя сдержался. С нее ведь станется согласиться, а у него на это самое время назначена важная встреча.

– Чашку зеленого чаю, пожалуйста, – сказал Антон. – И положите в него стандартный кусочек настоящего сахара.

– Мне тоже, – раздался рядом тихий голос.

Антон слегка вздрогнул и повернул голову. Рядом сидел невысокий лысый человечек в черном, стилизованном под старинный костюм – вроде бы он назывался фрак – комбинезоне. Крючковатый нос, сутулые плечи, внимательный взгляд серых глаз, на дне которых словно затаилась какая-то грустная мудрость – он всегда напоминал Антону старого ворона.

– Вам еще что-нибудь? – уточнила официантка.

– Да, – сказал человечек. – Принесите мне еще одно пирожное с витрины. Выберите сами, на свой вкус.

– Как пожелаете.

Официантка, фривольно вильнув попкой, направилась к стойке.

– Я и не заметил, как вы подошли, – сказал Антон. – Здравствуйте.

– Здравствуйте, Антон, – ответил человечек. – Меня никто не замечает. Работа такая.

Антон кивнул. Рядом с ним сидел один из самых успешных шпионов в конгломерате.

Стоили его услуги тоже соответственно, но они того стоили.

Официантка принесла заказ, узнала, что больше от нее ничего не хотят, и удалилась, покачивая бедрами. Вот кому надо со сканнером за исками охотиться!

– Полагаю, вас интересует подоплека того выбора, что был сделан в субботу фирмой "П-Синтетика", – спросил шпион, отвлекая Антона от непродуктивных мыслей.

– Что? Ах, да.

– Очаровательная девушка, – заметил шпион. – Каждый шаг – самореклама. Такая не упустит ни одного шанса снять свою прибыль и пролезть на верхние уровни. Вот как ваш конкурент с "Ультрамолнией"… Да, кто бы мог подумать, что регулярное посещение публичной библиотеки может оказаться столь прибыльным делом.

Антон уставился на него в немом изумлении.

– Я узнал из ленты новостей о результатах тендера, – спокойно пояснил шпион. – Полагая, что у вас могут возникнуть определенные вопросы, я заранее навел кое-какие справки. Так вам не придется ждать результатов расследования, а мне – оплаты.

– С вами приятно иметь дело!

Шпион с достоинством кивнул, принимая комплимент. Отхлебнул чаю, поковырял ложечкой пирожное, попробовал.

– Очень недурственно, – отметил шпион. – Итак, к делу. Для победы в тендере была использована древняя, еще довоенная система персонального благодарственного премирования. Во время Великой войны, в условиях жесточайшего контроля за сохранностью материальных ценностей, она была выведена из оборота и утрачена, но, как оказалось, не навсегда.

– Вот как? И какая сумма набегает по этой древней системе?

– Примерно шестнадцать с половиной процентов от общей суммы контракта.

Антон поперхнулся чаем.

– Сколько?!

– Примерно шестнадцать с половиной процентов, – спокойно повторил шпион.

– Погодите, погодите… Это же огромная сумма! Я не говорю, что не доверяю вашей информации, но какой в этом смысл? Прибыль по продаже такой партии нанокомпьютеров – от трех до пяти процентов. Так что получается? Продал – и остался должен?

Шпион усмехнулся.

– Я читал, у довоенников такое встречалось. Видимо, им доставляло особое наслаждение возможность прокатить конкурентов. Но это не наш случай. Здесь каждый обрел свою прибыль.

– Как? – удивленно спросил Антон.

– Благодаря той самой технологии довоенников, – шпион отхлебнул еще чаю. – Можете не записывать. Все гениальное – просто.

– Я заинтригован.

– Откуда покупатель узнает о цене товара? – издалека начал шпион. – От продавца.

В этом отношении тендер ничем не отличается от похода по рынку. Есть несколько продавцов со своим товаром и своими ценами, и сделку заключает тот, кто предложит лучшее соотношение цены и качества. Отсюда и происходят ваши три-пять процентов.

Антон кивнул.

– А вот на этапе оплаты у тендера есть малюсенький нюанс. Оплачивает контракт председатель тендерной комиссии, но деньги он берет из кармана компании. Их там много, но так просто взять нельзя. И тут появляется некий торговый представитель с такой схемой: он завысит стоимость партии товара на пятьдесят процентов, председатель признает его предложение лучшим, означенные пятьдесят процентов делятся после тендера пополам. Таким образом, каждый получает двадцать пять процентов от реальной суммы контракта, или шестнадцать с половиной – от того, что взято со счета компании. Все с прибылью. Кроме компании, конечно, но это уже ее проблемы.

– Впечатляет, – признал Антон. – Пятьдесят процентов – фиксированная ставка?

– Вроде бы – нет, – ответил шпион. – Как я понял, все зависит от бдительности руководства компании. Но величина в пятьдесят процентов была установлена довоенниками не расчетами, а опытным путем. Можно предположить, что результаты отклонения от нее были не оптимальны.

Антон откинулся в кресле, переваривая информацию. Шпион не спеша доел пирожное, допил чай.

– Я так понимаю, эта довоенная схема не запатентовала? – уточнил Антон.

– Разумеется. Она ведь, прямо скажем, не законна.

– А, значит, рискованна.

– Да, риск есть, – согласился шпион. – Но он не так уж велик. Как учит нас великий Мамона: сорвите большой куш и не судимы будете, ибо судят по результатам, а не по трудозатратам.

– По таким результатам могут уволить с такой записью в личном деле, что ни одна компания не возьмет потом на работу, – заметил Антон.

– Это верно. Но материальная прибыль от таких результатов вполне достаточна для открытия собственного дела. А уж если получится провернуть этот трюк несколько раз подряд, то можно выйти на Максимальную прибыль и обрести благоволение жрецов.

При таком раскладе будущее выглядит вовсе безоблачным. Как вы понимаете, в таком свете ваше предложение о премии в один процент выглядело мало привлекательно.

– В соглашении указано пол процента, – машинально поправил его Антон.

Шпион позволил себе улыбнуться.

– В письменном – да. Но ведь есть еще устное соглашение, с несколько иными условиями. Согласитесь, я проявил бы неуважение, не отнесясь к вам с должным вниманием.

Антон кивнул, и тоже улыбнулся. Действительно, нашел кому морочить голову.

Уловив настроение хозяина, нанокомпьютер включил экран и отобразил панель управления банковскими операциями. Антон выписал поручение перевести на счет шпиона оговоренную сумму, немного подумал и приплюсовал к ней еще десять процентов. Шпион взглянул на экран своего компьютера, благодарно кивнул и поднялся.

– Всего хорошего, Антон.

– До свидания.

Встреча с Еленой была назначена в фойе клуба коммивояжеров "Последний романтик".

Небольшое по современным меркам четырехэтажное серое здание располагалось на пересечении Наличной и Большого проспекта Васильевского острова, фасадом на залив. Посторонних, к каковым относились все граждане без лицензии коммивояжера, сюда не пускали, но для гостей коммивояжеров регулярно делалось исключение.

Впрочем, богатой развлекательной программы "Последний романтик" не предлагал. В первую очередь это было место, где коммивояжеры из других конгломератов могли получить ночлег и поддержку, а местные – встретиться и пообщаться с коллегами.

Антон взял в баре бутылочку чего-то шипуче-безалкогольного, устроился в мягком кресле и набрал номер своего юриста. Спустя несколько секунд заставка видеосвязи сменилась изображением нахмуренной брюнетки в темных кибер-очках.