Читаем без скачивания Оперативная разработка - Сергей Алтынов

– Ловко! – даже слегка присвистнул молчавший до сей минуты Валентин Гребцов.

– Но, к моему счастью, коллеги обезумевшего старшего лейтенанта подоспели вовремя. Как раз в тот момент, когда Шапошников готовился изрешетить меня из автомата... При вашем появлении он попытался оказать сопротивление... Применение огнестрельного оружия на поражение, Татьяна Николаевна, будет признано правомерным. За это можете не беспокоиться, как основной свидетель и потерпевший, я вас в обиду не дам... Ну, о чем вы задумались?

– Да... – Уголки Таниных губ дернулись, а на лбу появились продольные морщины. Она прижала пальцы правой руки к виску. – Нам придется принять ваши условия... Да, ребята, – она повернулась к молчавшим Сергею и Валентину, – мы здесь бессильны...

– Меня вам никогда не посадить, – без бравады и торжества, констатируя факт, проговорил Гурнов. – Вам попросту не дадут этого сделать.

– Я не хочу вас сажать, – в тон ему произнесла Татьяна, – я хочу застрелить вас... Вы – чудовище!

– Я гораздо хуже, Таня... Гораздо. – Петр Георгиевич спокойно выдержал испепеляющий взгляд серых глаз. – Давайте оставим друг друга в покое... Сегодня я потерял Наташу...

Офицеры уселись в кабинете майора Ткачевой.

– В том, что крот не Викентьев, я убедилась после того, как нас обстреляли. – Татьяна неторопливо помешивала кофе. – История со связником была запущена мною с целью заставить крота выползти из норы и начать действовать... И он начал. Такого я, признаюсь, не ожидала. Хотя и надела в последний момент под плащ бронежилет. Случайного пьянчугу, пытавшегося со мной пофлиртовать, убийцы приняли за максимовского связника и тут же открыли огонь. Мы чудом остались живы.

– Да уж... – пробасил Викентьев, невольно вспомнив пальбу возле железнодорожной платформы.

– Окончательно в невиновности Константина я убедилась, когда мы нашли простреленный им джип, – продолжала Ткачева. – Я неоднократно бывала с Костей в тире и на стрельбище. Как стрелок он, извини, Константин Алексеевич, оставляет желать лучшего. Стрелял же он с приличного расстояния. А пули прошли буквально в нескольких сантиметрах от бандитов, вся обшивка спинок сидений была разорвана в клочья. Нашим убийцам повезло чисто случайно.

– Если бы Шапошников видел этот джип... – вступил в обсуждение Бадигин.

– К счастью, он его не видел и, с какого расстояния стрелял Викентьев, не знал... Осмотрев джип, я поняла, что Викентьеву можно доверять... Как и генералу Архипову, который не был поставлен в известность о нашей поездке... Переговорив с Костей, я сумела убедить его действовать в соответствии с моими указаниями.

– А что еще оставалось делать?! – дернул подбородком Викентьев.

– Таким образом, все предполагаемые кроты были изолированы. Шапошников под наблюдением Викентьева, а Юру... Уж прости меня, Юра, пришлось «запереть» в здание и взять под наблюдение.

– Вы действовали в соответствии с обстановкой, Татьяна Николаевна, – своим обычным робким голосом произнес Малышев, – вам незачем извиняться передо мною.

– Так вот... – Татьяна отхлебнула кофе и продолжила повествование: – Константин Алексеевич был снабжен собственными ключами от наручников, а рядом с батареей был оборудован тайник с оружием... Хотя то, что Шапошников лично начнет кого-либо убивать, мы считали маловероятным.

– А почему же я оказался вне подозрений? – спросил Сергей.

– Если честно, методом исключения... Максимов выделял тебя из всех офицеров отдела. Совместные боевые операции спаяли вас в единый организм, и я это чувствовала.

– Великая вещь женская интуиция! – сделал комплимент майор Гребцов, находившийся здесь же.

– Ну а во-вторых, твоя неожиданная «женитьба», просьба о трех днях за свой счет... Ты не тот человек, Сергей, чтобы так просто в ответственный момент покинуть службу. Я стала размышлять и пришла к выводу, что Максимов вполне мог на самом деле внедрить своего человека в банду. С кем же может выйти на связь этот человек, если окажется в Москве? Ответ был для меня однозначен: только с Сергеем Бадигиным.

– Ты считаешь, Максимов знал о существовании крота? – поинтересовался Викентьев.

– Знать не знал, но догадывался... На разработку крота просто не оставалось времени. А если бы начали действовать грубо, допустили бы даже небольшую оплошность, наши противники моментально ликвидировали бы своего агента. Поэтому Виктор Иванович пошел на риск. Его можно понять...

– И все-таки мы сумели вывести крота на момент истины, – возразил Викентьев и добавил: – Основная заслуга в этом, конечно же, Татьяны Николаевны... Я дал маху, каюсь.

– Нет, Константин Алексеевич, – серые глаза стали грустнее, – ты действовал грамотно... Все ошибки в этом деле на моей совести. Исходя из психологического портрета Шапошникова, я должна была предусмотреть каждый его шаг.

– Ты не Бог... – произнес Бадигин, – ты майор ФСБ.

– Вот именно... – Татьяна неожиданно приободрилась. – Больше всего нам повезло, когда Сергей поверил и поддержал меня... Ну, в тот момент, когда мы должны были «захватить» тебя, Константин Алексеевич... Ну а далее, кроты оказались в изоляции, и к тому же мы сумели дезинформировать Гурнова и его шайку.

– И все-таки я дал маху! – никак не мог успокоиться майор Викентьев. – Мы договорились с Татьяной, что, как только основная часть работы будет проделана, появится ясность в обстановке, она сразу же звонит Илье и сообщает, что я, Викентьев, не виновен, доказательства моей непричастности получены и с минуты на минуту они (то есть Ткачева с Бадигиным) будут на квартире... Ориентировочно договорились на вечер следующего дня. К этому времени Таня планировала прояснить обстановку хотя бы приблизительно. И оказалась права. В любом случае вечером следующего дня Шапошникова ожидал «момент истины». Задумано было неплохо: если Илья чист, он со спокойной душой отстегнет меня от батареи и с облегчением и радостью встретит вернувшихся коллег. Если же он крот, ни за что не будет так действовать. Мы предполагали, что скорее всего он попытается немедленно скрыться. Оставив меня закованным и недвижимым. Сигналом к его побегу должно послужить отсутствие сообщений о моей «амнистии». Да, Шапошников не торопился обрадовать меня, получив известие от Татьяны... Илья решил убить меня. Я стал лишним для него человеком. По счастью, в момент звонка я находился в туалете. Обе руки у меня были свободны... Правда, оружие осталось в тайнике, рядом с батареей. Увидев Илью возбужденным, с пистолетом, направленным в мою сторону, я все понял... Однако мерзавец решил перестраховаться, предварительно приковав меня к батарее, хладнокровно расстрелять в упор. О нашей договоренности он не имел понятия... Я легко обезоружил его и уложил мордой на паркет как раз в тот момент, когда он пытался защелкнуть мой браслет. Но дальше.... Дальше я бездарно подставился. Шапошников искусно прикинулся трупом: лежал ничком на паркете и не двигался, никак не реагируя на мои команды и тычки по почкам... Все-таки он был толковым опером... Он ведь занимался таэквондо и еще какими-то китайскими хитростями... Короче, когда я нагнулся, чтобы пощупать пульс и проверить дыхание, он мастерски вырубил меня. Всего двумя ударами... Я потерял сознание и очнулся, только когда вы ворвались в квартиру.

– Он не решился убивать тебя только потому, что заметил из окна наш автомобиль, – снова взяла инициативу Татьяна, – и нас троих, выскочивших из нее с оружием.

– Илья мог перестрелять вас всех. Так было бы надежней... – проговорил Юра Малышев.

– Я повторяю, Юра, – назидательно твердила Татьяна, – он увидел, что мы готовы к действию и достали оружие... Суперменом Шапошников мнил себя исключительно в спортзале. К тому же он понимал, при огневом контакте шансов уцелеть у него нет. Воспользовавшись неожиданностью, он мог застрелить только одного из нас, второй обязательно достал бы его, не говоря уже о третьем... Шапошников действительно хорошо и быстро анализировал любую нештатную ситуацию...

– Поэтому он и оказался в нашем отделе, – подтвердил Викентьев.

– Да, нам он приглянулся, когда я, Виктор Иванович и Константин проводили практические занятия по контртеррору в академии ФСБ, – подхватил Бадигин, объясняя непосвященным. – Каждый курсант должен был поработать в роли руководителя операции по обезвреживанию террористов, захвативших режимный или военный объект. Ситуация моделировалась и макетировалась с максимальной приближенностью к реальности. Илья получил задание в течение сорока секунд скоординировать действия штурмовой группы ФСБ при освобождении заложников в морском порту... Обычно все курсанты предлагают немедленный штурм, снайперов и прочую атрибутику. Шапошников же распорядился не производить никаких действий, выполнить требования террористов и выпустить их из порта... За короткое время он успел разглядеть на макете две стоящие на заднем плане и почти незаметные цистерны с горючим. Если бы в них попала хоть одна пуля, произошла бы катастрофа. Курсант сориентировался в течение нескольких секунд... Тогда я и предложил взять Илью в наш отдел.