Читаем без скачивания Боги Бесконечных Земель - Александр Цзи

Он приготовился отпустить доктора в тот момент, когда тот попытается ударить этим диском. Если хватку разжать внезапно, доктор потеряет равновесие, и никакого грамотного удара не получится. Тогда Дан угостит его хлестким ударом трубкой по лысой башке.

А дальше… Дан не думал, что будет дальше. Глядишь, кто-нибудь соблаговолит явиться на крики и поговорит с ним. А то тут все — кроме Ракеша — совсем берега попутали, ходят, задрав носы… Это бесит — особенно после всего пережитого.

Но удара со стороны доктора не последовало.

Кто-то, возникнув как из-под земли позади доктора, ловко и мягко перехватил его кисть, и диск сразу же растворился без следа. Этот же кто-то легко снял трубку с шеи старика; она почему-то перестала быть твердой, хотя Дан наполнял ее энергией.

Новый человек отстранил задыхающегося доктора, встал на его место и широко улыбнулся. Дан, дыша так же тяжело, как и спесивый старик, — из-за усилий и боли, — уставился на новоприбывшего.

Это был мужчина неопределенного возраста — может быть, лет сорока, а может, и пятидесяти с гаком. Сильно загорелый, как и все здесь, высокий, широкоплечий, мощного телосложения. Обнаженные руки — длинные и мускулистые. Под густыми прямыми бровями глаза навыкате, неожиданно чистого синего цвета, с веселой безуминкой. Длинные черные волосы собраны в увесистый пучок на затылке. Щеки и подбородок покрывает изрядная щетина. Одет в безрукавку карминно-красного цвета и такого же цвета просторные штаны на широком поясе. Под безрукавкой — шафраново-желтая майка с буквами, отдаленно похожими на “WМ”. На шее висят бусы из лакированных деревяшек с какими-то символами.

Неожиданный гость поинтересовался глубоким баритоном:

— Какие-то вы все разгневанные! А порочный круговорот гнева и насилия не имеет, между прочим, конца!

Некоторая дурашливость в его тоне плохо сочеталась со свирепой внешностью.

— Это недопустимое поведение с Держателем тайн! — возмутился доктор, к которому вернулись дыхание и спесь.

Человек в карминных одеждах беспардонно отпихнул того в сторону.

— Идите и отдохните, док. Я сам займусь пациентом. Он с далекой Земли и не в курсе, что с Держателем Тайн следует обращаться трепетно, подобострастно и ласково.

До старикашки, похоже, сарказм произнесенного не дошел.

— Надеюсь, Шен Дамон, вы ему это объясните!

— Пренепременно, — беспечно пообещал человек.

Доктор вышел из помещения с напряженно выпрямленной спиной. А человек улыбнулся Дану, пододвинул к постели кресло-коляску и сел в нее, соединив кончики пальцев.

— Вы Шен Дамон? — уточнил Дан.

Этот тип не то чтобы понравился Дану, но и отторжения не вызывал.

— Угу.

— Вы самый главный здесь?

— К счастью, не самый.

— Почему “к счастью”?

— Потому что самый главный всегда так же несвободен, как и самый ничтожный.

Дан слегка подвис от этой сентенции. Он почти совсем успокоился после вспышки гнева.

— Отдайте шляпу! И цепь, — потребовал он наконец.

Зачем он это сказал? И сам не знал. Просто приспичило, и все тут.

— Твои грязные шмотки выбросили — на них даже смотреть без содрогания нельзя. Но шляпа с цепью, кажется, уцелели. Шляпа, кстати, от дождя, а не солнца. Зачем тебе шляпа от дождя в солнечном Антарапуре? В ней будет жарко.

— Это память…

Шен Дамон приподнял густые брови и округлил толстые губы.

— А без нее ты потеряешь свою память? Это ведь просто кусок прорезиненной ткани не самого лучшего качества. Твои воспоминания куда качественнее этой шляпы — их невозможно порвать или испортить. Как тебя зовут?

— Дан… Данис. Кременев.

— Расскажи мне, Дан Данис Кременев, все, что с тобой случилось. Как ты попал на ту негостеприимную Землю, где нашли тебя мои ученики?

Дан начал неохотно рассказывать, но вскоре увлекся. Слушал сам себя и диву давался: не история, а сущее безумие. Но Шен Дамон внимал не перебивая, подперев одну обросшую щетиной щеку ладонью и рассеянно глядя куда-то мимо Дана своими выпуклыми ярко-синими глазами. Иногда он кивал и почесывал грудь над вырезом майки, поросшую курчавыми черными волосами.

Когда Дан дошел до магического глаза в небе Камень-града, Шен Дамон оживился.

— Опиши-ка поподробнее эту штуку!

— Вроде громадного белого глаза… С черной роговицей и зрачком… Висела прямо в воздухе метрах в двадцати над землей…

— Его покрывали зеленые потеки? Вроде соплей?

— Да!

Шен Дамон удовлетворенно покивал. Задумался.

Дан спросил:

— Вы знаете, что это было? И кто этот тип в маске?

Дамон снова покивал сам себе и вдруг сказал:

— Не представляю.

— Вы издеваетесь? — Дан нахмурился.

— Нисколько.

— Вы знаете, как все вернуть назад? Спасти тех, кто в Камень-граде?

— Нет, я тоже этого не знаю… Пока нет.

— Пока нет? Как это понимать?

— Всему свое время, Дан Данис Кременев. — Шен Дамон воздел крепкий палец. — Есть закон Естественной Вселенной. Надо следовать ему, и тогда все будет хорошо. Когда-нибудь мы найдем дорогу к твоей Земле и узнаем, что там произошло и как все исправить. Но сейчас мы дорогу не знаем. И остального тоже.

— Но вы узнаете и поможете? — допытывался Дан. — Или это все брехня, чтобы от меня отмазаться?

Шен Дамон пожал литыми плечами.

— Не хочешь спросить о себе? Не вылечим ли мы тебя? Сможешь ли ты ходить?

— Зачем? Чтобы вы сказали, что меня вылечит Естественный Закон Вселенной? — язвительно парировал Дан.

Нет, он, конечно, сознавал, что ведет себя нагловато и не совсем адекватно в отношении спасителей, которые ему ничего не должны. Дерется, требует ответов на вопросы, ехидничает. Но задравшая боль в позвоночнике не способствовала добродушию, хоть убей.

Дамон рассмеялся — вроде бы вполне искренне. Проговорил:

— А ты мне нравишься!

“Я твам… ты… нравится! Будди зрити!”, — сказал ему чужак в маске. Дан этих слов никогда не забудет. Как и всего, что случилось примерно в то же время.

Не этот ли пучеглазый фрик разгуливал по Камень-граду в маске?

Дан поглядел на его волосатую мускулистую руку — татуировки нет. Да и рука у чужака была тоньше и не такая волосатая…

Отсмеявшись, Шан Дамон наклонился вперед и легонько щелкнул Дана по лбу. Тот не успел среагировать.

— Мы избавим тебя от боли, если ты больше не будешь душить лекарей, — заявил Шен Дамон. — Но полностью не вылечим. Это я знаю точно. У тебя напрочь блокирована нижняя чакра. И вторая сильно пострадала. В Антарапуре нет возможности снять этот блок.

Глава 7

Дан постарался скрыть, насколько новость его поразила. Неизвестно, получилось ли; скорее всего, нет. В последнее время, насмотревшись на магию и прочие чудеса, он почти уверился в том, что его излечение — не проблема. Если эти люди свободно перемещаются