Читаем без скачивания Мудрость дзэн. Сто историй пробуждения - Томас Клири

"Я - странствующий монах по имени Буцугай".

"А, так это вы знаменитый "монах с железным кулаком"!" - воскликнул воин, теперь уже с предельной почтительностью взирая на своего недавнего противника.

После этого случая имя Буцугая разнеслось по всей древней столице.

Когда Буцугай закончил обучение, он удалился в уединение, чтобы совершенствовать свое понимание. Вскоре, однако, к нему стали во множестве стекаться люди, слышавшие о нем и желавшие учиться и дзэн, и боевому искусству.

Один знаменитый мастер меча, еще совсем молодым путешествуя и обучаясь искусству фехтования, встретил как-то Буцугая. Обратившись к наставнику, юный самурай попросил научить его боевому искусству.

"Зачем ты сюда пришел?" - спросил его Буцугай.

"Я пришел, чтобы умереть под ударами кулаков учителя", - ответил юноша.

Ответ Буцугаю очень понравился, и он позволил фехтовальщику остаться. Буцугай подарил ему стихотворение:

Даже сила беспредельного духа -Всего лишь сетка от москитовв один-единственый слой.

Уже став известным во всей западной Японии фехтовальщиком, мастер меча в последующем говорил, что, медитируя над этим стихотворением, он обрел внутреннее понимание сокрытой сущности дзюдзицу "мягкого искусства".

Буцугай стал таким знаменитым, что многие влиятельные даймё западной Японии приглашали его в свои владения и предлагали ему на выбор самые лучшие храмы. Но Буцугай отказывал всем. До самой смерти он жил в бедном храме, носил потрепанную одежду и смиренно влачил нищее существование, не стремясь более ни к чему.

Сознание совершенномудрых

В 1262 году регент сегуна Ходзё Токиёри отправился к дзэнскому наставнику Фунэю. "Недавно, - заявил он наставнику, - я постиг то, что не является ни постоянным, ни непостоянным".

"Практикование дзэн ставит своей целью только постижение сущностной природы, - сказал Дзэнский наставник - Если вы постигнете сущностную природу, вы поймете все".

"Прошу вас, покажите мне метод", - попросил регент.

"В мире нет двух Путей; у совершенномудрых нет двух сознаний, - ответил наставник. - Если вам известно сознание совершенномудрых, вы поймете, что это - внутренняя сущность, которая есть главный источник вашего собственного "я"".

Искусство искусства

Дзэнский наставник Тэцуо великолепно владел искусством кисти, имя его гремело повсюду, и многие люди приходили к нему учиться. Он часто говорил своим будущим ученикам: "Вы обязаны помнить следующие слова: "Если не хочешь быть зависимым от людского мнения, не позволяй ни похвалам, ни осуждению тревожить твое сердце". Если вы сможете совершенствовать свое искусство, не оставляя в своей груди ничего земного, тогда и сознание, и техника естественным образом вызреют, и в конце пути вы постигнете возвышенное. Вот где дорога от тьмы к свету".

Как-то к Тэцуо пришел с визитом известный ученый-конфуцианец и государственный деятель. Наблюдая за кистью дзэнского наставника, ученый отметил, что каждое движение руки наставника и кисти соответствует классическим принципам каллиграфии.

Когда он сказал об этом вслух, Дзэнский наставник пояснил: "Если рассматривать искусство через призму правильности сознания, то каллиграфия и живопись - одно. Если на картине, которую я рисую, хотя бы один стебель бамбука или один лист дерева чуть-чуть отклоняется от необходимого направления, я разрываю картину на части и выбрасываю ее, а потом откладываю кисть и сажусь в тишине, очищая свое сознание".

Дзэнская литература

В середине XIX столетия Кайган боролся за возрождение пришедшего было в упадок изучения буддийской и дзэнской литературы. Большинство людей полагали, что он был всего лишь ученым, и даже не подозревали в нем пробужденного дзэнского наставника.

Кайган начал постигать буддийские сутры под началом великого дзэнского наставника Сэнгая. Затем он изучал искусство медитации у Сэйсэцу и Танкая. У Танкая же Кайган и завершил Дзэнский путь и был признан в качестве преемника.

Как-то Кайган направился в Киото, чтобы позаниматься в центрах других буддийских школ. Глубоко обеспокоенный тем, что он увидел, Кайган написал такие строки:

У моста пятой улицыЯ оглянулся и посмотрел;На востоке, западе, юге и севере -Повсюду невежественные монахи.

Потом Дзэнский наставник Докуон пояснял: "Все люди того времени считали Кайгана широкообразованным, обладающим великолепной памятью. И это было действительно так.

Однако он учился также у трех дзэнских наставников и открыл самые глубокие тайны дзэн, получив в конце концов печать подтверждения от наставника Танкая. Люди полагали, что Кайган учил доктринальному буддизму, но это не так.

О чем Кайган действительно беспокоился, так это о том, что сознание многих последователей дзэн бесплодно, и лишь немногие понимают принципы Учения. Вот почему он в первую очередь занимался распространением дзэнской литературы, дабы указывать путь юным ученикам и раскрывать их способности.

Кайган уделял главное внимание спасению людей от упадка времени. У него не было времени отвлекаться на что-то другое. Вот что сделало его великим".

Изящество

На ширме перед очагом Дзэнский наставник Тэцуо написал следующее:

"Будь прямым и честным, понимай принципы природы, проявляй сострадание и великодушие по отношению к другим, будь выше жадности и соперничества. Избегай ошибок и поспешности в повседневных делах. Проявляй заботу о вещах, не будучи привязанным к ним.

Быть свободным от обычных чувств, вызываемых материальными объектами, - это называется изяществом древних. Ничего подобного не найти среди нынешних людей света. Вот почему я закрываю дверь и не принимаю гостей.

Я совершенно лишен высокомерия и не стремлюсь прославить свое имя. Чтобы жить так, как я хочу, я изображаю непонимание, желая лишь обрести то, что естественно таково. У меня нет учеников. Люди, пытающиеся учиться у меня, просто безумцы. И все потому, что они изучают мое безумие и не изучают моего сердца".

Решимость

Сэттан стал монахом в десятилетнем возрасте. Однажды он решил отправиться в путешествие, чтобы отыскать настоящего учителя, и попросил своего наставника отпустить его. Но наставник отказал.

Исполненный несокрушимой воли обрести путь, Сэттан принял решение уйти, никому ничего не говоря. На воротах храма он оставил такую записку: "Пока я не обрету Путь, я не войду в эти ворота". И ушел.

Явившись в общину дзэнского наставника Торина, Сэттан день и ночь проводил в медитации. Торин был одним из немногих оставшихся в ту пору подлинно пробужденных дзэнских наставников, и метод его отличался суровостью и непредсказуемостью.

В один из дней Сэттан решил, что более не может даром терять время. Взобравшись на крышу здания, он поклялся себе, что не спустится живым, если в эту ночь не обретет пробуждения.

Просидев в глубоком сосредоточении всю ночь, к рассвету Сэттан так и не прорвался. С отвращением к себе самому он поднялся и направился к перилам, чтобы прыгнуть вниз и так найти свою гибель.

Вдруг, когда он уже хотел было шагнуть вниз, он услышал крик петуха. В этот миг сознание его открылось, и Сэттан обрел великое пробуждение.

Несказанно обрадовавшись, Сэттан поспешил к своему учителю. Только увидев его, наставник Торин подтвердил: "Ты - прорвался!"

Доброе сердце

Мирянин Сасаки Доппо изучал дзэн у наставника Гансэки. Позднее он вспоминал, как однажды он спросил своего учителя: "Что такое Будда?" И Гансэки ответил: "Доброе сердце и есть Будда".

Сасаки говорил: "Самое основное в мире людей - это доброе сердце. Вот почему обычное сознание и называется "Путь"".

Мысли свои он выразил в стихотворении на тему Синто:

Загрязнение, называемое запретом,Порождается человеческим сознанием;Те, кто знают божественное сознание,Сами являются богами.

А вот другое его стихотворение:

Солнце - мои глаза,Небо - мое лицо,Мое дыхание - это ветер,А горы и реки - это, оказывается, тоже я.

Поэт

Буддийский монах Дзёсо учился поэзии у самого великого мастера хайку Басё. Дзёсо обычно скрывал свои достижения в практике, и люди знали его в основном только как поэта.

Дзёсо родился в самурайской семье и был наследным вассалом одного даймё. Как старший сын он должен был унаследовать владения и ранг отца, но, будучи преданным своей мачехе, он отказался от семейного наследства в пользу ее сына, своего единокровного брата.

В Японии подобное решение нельзя было принять исключительно по своему желанию. И тогда Дзёсо специально поранил себе правую руку, а потом, сославшись на увечье, ушел с официальной службы, заявив, что не может более держать меч. А не могущий быть воином не имел права возглавлять и самурайский дом.