— Заставил тебя?! Ты сама меня об этом попросила! Ты хотела этого! — возразил Декс.
— Нет, — Бет покачала головой. — Это ты во всем виноват.
Его серые глаза сузились.
— Не лги, Бет. Ты хотела меня, и не пытайся это отрицать. Если бы ты была против, тебе достаточно было просто сказать «нет».
Слезы брызнули у нее из глаз. Обескураженный такой реакцией, Декс отпустил ее руку и отступил назад.
— Я пыталась… — сквозь слезы проговорила Бет. — Я пыталась сказать…
Выражение лица Декса резко изменилось. Он снова превратился в статую античного божества с каменным ликом.
— Если ты и вправду так думаешь, Бет, нам надо поговорить.
— Нет, — запротестовала Бет, — нам не о чем говорить. Просто уходи и никогда не возвращайся.
Декс помолчал несколько секунд, затем подошел к ней совсем близко и, заставив ее посмотреть ему прямо в глаза, заявил:
— Я не понимаю тебя: сначала ты разрываешь нашу помолвку, потом таешь в моих объятиях, а в довершение всего обвиняешь меня в изнасиловании и требуешь, чтобы я ушел…
— Так уходи! — закричала Бет.
— Ну уж нет. Я не уйду, пока ты не признаешься в том, что лжешь.
— Я не лгу… — начала было Бет, но в следующее мгновение губы Декса впились в ее губы, и она снова позабыла обо всем на свете. Она застонала.
Декс отстранился от нее и улыбнулся.
— Заставил тебя? Я так не думаю, Бет, милая.
— Хорошо, может быть, ты меня и не заставлял, но в любом случае я не хочу тебя видеть.
— Бет, ты же любишь меня… — почти беззвучно произнес Декс.
— Это был просто секс, — отрезала Бет, — ничего больше.
— Ты очень красивая женщина… — начал Декс, но она перебила его:
— — Спасибо, но твое мнение меня абсолютно не интересует. Уходи, пожалуйста. Что ты сказал перед тем, как затащить меня в постель? Будто я сама не знаю, чего хочу — прогнать тебя или попросить остаться? Так вот, теперь я точно знаю, чего хочу. Уходите, мистер Джорданни, и оставьте меня в покое. Я что, неясно выразилась?
— Мне все ясно, Бет. Ты просто расчетливая стерва, которая пыталась найти богатого жениха. Только со мной тебе не повезло.
Бет влепила ему оглушительную пощечину.
— Убирайся вон, негодяй! — в сердцах воскликнула она.
И как она могла влюбиться в это грубое животное?
— Если бы ты была мужчиной, я бы тебя убил, — по слогам произнес Декс. — Но я понимаю, что ты чувствуешь, и прощаю тебя.
— Прощаешь меня?! Ты прощаешь меня?! Эгоистичная, самовлюбленная свинья! Я ценю твое великодушие, но не нуждаюсь в твоем прощении! — Бет поняла, что вот-вот разрыдается, если он не уйдет. — Уходи, — более спокойно добавила она.
К ее удивлению, Декс развернулся и пошел к выходу.
— И забери свое кольцо! — крикнула она ему вслед.
— Оставь его себе, Бет, — отозвался он и пожал плечами, — ты его заслужила.
С этими словами Декс покинул квартиру, громко хлопнув дверью. Бет замерла на месте. Она была уверена, что больше никогда его не увидит.
Бет в ужасе посмотрела на себя в зеркало. «О Господи, я не могу идти на работу в таком виде!» — подумала она. Покрасневшие от бессонной ночи и бесконечных слез глаза и воспаленные губы, все еще хранившие вкус поцелуев Декса, — она выглядела ужасно.
Когда Декс ушел, она просто села на стул и проплакала до тех пор, пока слезы не кончились. Затем приняла душ и собралась лечь спать, но как только вошла в спальню, в ноздри ей ударил запах одеколона Декса, и воспоминания нахлынули с новой силой.
Она то вспоминала его поцелуи и страстные объятия, то свою ярость и жестокую обиду, то вдруг успокаивалась и говорила себе, что все происшедшее с ней — не конец света. Потом снова принималась метаться на постели, глотая слезы.
Но никакие слезы не льются вечно. А ее горечь и обида как будто растворились в слезах, пролитых на подушку. И через три часа Бет сказала себе, что горе — не беда и что она не позволит мстительному римлянину сломать ей жизнь и превратить ее в несчастное существо.
Бет подумала о своей матери. Должно быть, она тоже страдала, расставаясь со своими возлюбленными, но не подавала виду. Бет никогда не видела мать плачущей, хотя порой замечала, что после разрыва с очередным дружком Леонора подолгу не выходит из своей комнаты. Наверное, ей тоже было больно, просто она ни с кем не делилась своей болью.
Бет тяжело вздохнула. Она знала, что нельзя жалеть себя, что надо жить дальше, что она должна выбросить Декстера Джорданни из головы. Взглянула на часы: шесть утра. Собрав всю волю в кулак, она убрала в спальне, застелила кровать, переоделась в желтый свитер и длинную черную юбку и направилась на кухню.
Заварила чашку кофе и села за стол. Возможно, пройдет немало времени, прежде чем она забудет о том, что Декс Джорданни разбил ей сердце. Но она забудет его, просто не станет о нем думать. Не может же она вечно любить какого-то эгоистичного мерзавца, который попросту решил отравить ей существование. Бет вздохнула и закрыла глаза: она будет сильной.
— Здравствуй, Бет! — поприветствовала ее Салли, когда она вошла в свой офис. — Ты чем-то расстроена? Неужели потеряла свое колечко?
Салли всегда все про всех знала, и от ее глаз не могла ускользнуть никакая мелочь.
— Скорее, не колечко, а мужчину, который его подарил, — спокойно ответила Бет.
— О Бет! — воскликнула Салли. — Ты что, разорвала помолвку?
— Да. И я опять свободна и независима. — Голос Бет задрожал, когда она заметила жалость в глазах Салли.
— Мне очень жаль, Бет.
— Не стоит. Поверь мне, не произошло ничего страшного. Тем более что колечко все равно осталось у меня. — Бет усмехнулась и пошла на свое рабочее место.
Но на этом испытания не закончились. К концу дня все, включая директора, знали о том, что Бет порвала со своим женихом. Женщины сочувствовали Бет, мужчины отпускали дурацкие шуточки по поводу того, что случай с Бет можно было бы занести в Книгу рекордов Гиннесса как самую короткую помолвку в мире. И только Мэри, верная подруга, помалкивала — она знала, что, если Бет бросила Декса, значит, на то у нее были веские основания.
— Что стряслось на самом деле, Бет? — спросила Мэри, столкнувшись с Бет в коридоре.
— Ты была права, Мэри. Наш роман был слишком бурным. Декс поцеловал меня пару раз, подарил мне кольцо, и я вообразила, что это любовь. Но вчера, когда мы встретились после разлуки, мы оба осознали, что это было лишь заблуждение.
«Господи, прости мне эту ложь!» — мысленно взмолилась Бет. Гордость не позволяла ей рассказать всю правду.
— Что ж, если все так, как ты говоришь… В общем, если тебе захочется с кем-то поделиться, звони в любое время дня и ночи.
