Читаем без скачивания Тайна Чаши - Марджори Аллингхэм

— Что-то мне не нравится машина, которая нас опередила. Старый «бенц», да? Теперь спокойно и только никого не бейте. Кричите, вопите, только не деритесь.

Едва он договорил, как ему пришлось ударить по тормозам, чтобы остановить машину и не врезаться в подрезавшего их тяжелого, как грузовик, и быстрого, как рысак, немца. О везении тут и речи не могло быть. Просто Кемпион ждал подвоха, да и его водительское мастерство было выше всяких похвал.

То, что произошло потом, заняло совсем немного времени, ибо действовали люди опытные и отлично подготовленные к операции. Мгновенно из «бенца», где остался один шофер, выскочили пять человек и окружили спортивную машину. Они не произнесли ни одного угрожающего слова, не сделали ни одного резкого движения, но когда Пенни подняла голову и посмотрела в лицо тому, кто встал рядом с ней, она ни на секунду не усомнилась в его намерениях.

Испуганно оглянувшись на Кемпиона, она заметила, что один из нападавших как будто дружески положил руку ему на плечо, но только в руке у него был револьвер.

Третий прислонился к капоту, держа руку в кармане, а четвертый остался возле «бенца», чтобы, если придется, просигналить какому-нибудь любопытному автомобилисту, мол, ничего особенного, езжай себе дальше.

Все они были массивные и одеты почти одинаково, короче говоря, любой букмекер узнал бы в них своих.

Пенни открыла было рот, чтобы закричать, но стоявший рядом с ней мужчина положил ей на плечо руку.

— Придержите язык, мисс, — прошептал он. — Не надо кричать. Где это?

Пенни вновь поглядела на Альберта, но он словно ничего не видел и не слышал.

— Нет-нет, — проговорил он необычно высоким голосом. — Я не подаю. Терпеть не могу музыку. Играйте в другом месте.

Револьвер возле его шеи не отодвинулся ни на миллиметр.

— Без шуток. Где это?

— Мой друг, вам нужен глицерин, а то у вас простуженный голос, и освежающие таблетки, — ворчливо проговорил Кемпион. — И не кричите мне в ухо. Я не глухой.

— Впереди ничего нет, — сказал мужчина с револьвером тому, который стоял, прислонившись к капоту. — Посмотри на откидном сидении.

— Нет! — не выдержала Пенни. Мужчина с револьвером, по-видимому, старший в команде, усмехнулся.

— Спасибо, мисс. Грабить девицу и сумасшедшего — все равно, что отбирать бутылку у младенца.

— Там только мой ланч, — проговорил Кемпион, и Пенни с удивлением услыхала, что его голос дрожит от страха.

— Неужели? — переспросил тот, который отошел от капота и уже достал чемодан. — Вот. Тяжелый. Больше в машине ничего нет.

Онемевшая от ужаса Пенни не могла понять, куда подевались Валь с Бет. Машины проезжали мимо, а те, что останавливались, задерживались ненадолго, успокоенные мирной с виду картиной.

— Эй, замки не открываются, — услыхала она голос за спиной. — Дай нож.

Грабитель с револьвером поглядел на дорогу.

— Тащи в машину. Больше тут все равно ничего нет. Пора, ребята!

Его четыре помощника побежали к «бенцу». Через десять секунд они уже сидели в машине, и, когда взревел мотор, он тоже оставил свой пост возле Кемпиона. Еще мгновение, к его как не было. Вся операция заняла не больше пяти минут.

Кемпион включил стартер, но вместо того, чтобы помчаться следом за грабителями, как надеялась Пенни, продолжил путь, мгновенно набрав максимальную скорость.

Только в Уитхэме, когда они въехали на узкую улочку, Кемпион позволил себе в первый раз взглянуть на Пенни. До этого все его внимание было поглощено машиной. Он пришел в ужас, увидев, что она вся в слезах, и тут ему в первый раз изменили нервы.

Глава двенадцатая

Младенец в кружевах

— «И он ни разу прощения не попросил…», — промурлыкал Кемпион, въезжая в просторный двор и ставя машину на тормоз.

— О чем это вы? — торопливо вытирая слезы, спросила Пенни.

— Стихи. Это лучшее, что есть во мне. Душа. Последняя строка неогеоргианского сонета, который я цитировал, когда эти грубияны напали на нас. Вы не помните? О человеке в саду? Надо прочитать еще раз и полностью.

— Нет, — попросила Пенни. — Очень благородно с вашей стороны попытаться развеселить меня, но вы ведь чужой и не понимаете, что это все для меня. В чемодане была вещь, которая значит для меня больше всего на свете. Боюсь, я больше не выдержу. Надо сообщить в полицию.

Кемпион, не шевелясь, глядел на нее своими совиными глазами.

— Вы — первый человек в моей жизни, который так сокрушается о паре бутылок горького пива. Вот уж не думал.

Пенни, ничего не понимая, уставилась на него.

— Альберт, вы…

Он положил ей на плечо руку.

— Не портите мне удовольствие, — попросил он. — Смотрите.

Он не успел договорить, как послышался шум мотора и во двор медленно въехал фургон. Пенни опять потеряла дар речи, но теперь уже от радости и удивления.

За рулем «форда» в наглухо застегнутом желтом, дешевом макинтоше, в надвинутой на глаза кепке сидел Валь, для полноты картины засунувший за ухо карандаш. Метаморфоза была поразительной. Его никто не узнал бы.

Но chef-d'oeuvre[4] была, конечно же Бет. Она сдвинула берет на самый затылок, так размалевала губы, что с них едва не сыпалась помада, приклеила завиток на лоб и сняла пиджак, оставшись в юбке и блузке. На губах у нее сияла улыбка, и глаза победно сверкали. В руках, крепко прижимая к груди, она держала кружевной сверток.

— Ну как? — спросил мистер Кемпион. — Всего-то несколько мелков, а какие кружева получились! Юный Гарри прогуливает жену и ребенка на машине, кстати, в рабочее время. Труд и семья. Нет. Лучше: семья — это тоже работа.

Пенни засмеялась.

— Вы просто замечательный. А ребенок, конечно же…

— Весит столько же. Пошли. Так как наше путешествие привело нас в паб, то мы непременно зайдем в комнату, которую для нас заказал Валь, и подумаем, как быть дальше.

Через десять минут они были в комнате на втором этаже старинного дома, и Кемпион решил, что ему пора принести Пенни свои извинения.

— Я вел себя по-дурацки, — сказал он с искренним сожалением в глазах. — Но прежде было не до объяснений, да и вы могли не согласиться. А мне хотелось поглядеть на дружков нашего противника. Я не предполагал никакой опасности, да ее и не было, как вам теперь известно. Прощаете меня?

Пенни уселась в кресло-качалку.

— Ну, конечно. А что теперь?

Бет, которая возле зеркала поправляла макияж, повернулась к подруге.

— Когда мы проезжали мимо и один из грабителей сделал нам знак, мол, все в порядке, мне показалось, что я сейчас умру. Если бы у меня в руках был настоящий ребенок, я бы его, наверное, задушила. Но они нас совсем не заподозрили. А потом, когда вы проехали мимо, мы поняли, что обошлось.

Пенни прижала руку ко лбу.

— Кто это придумал? Валь, ты привез с собой шаль и все прочее?

Валь кивнул.

— Когда ты пошла проверять, сколько в баке бензина, мы заменили содержимое чемодана на пару квартовых бутылок пива, а потом я все рассказал Бет. Она была великолепна.

Он с обожанием посмотрел на черноволосую красавицу, но Бет тотчас переменила тему.

— Мистер Кемпион, вы все узнали, что хотели узнать? Вам кто-нибудь из них знаком?

— И да, и нет. Неприятный субъект, который стоял, прислонившись к капоту — Мэттью Джонсон. Лагг уже давно точит на него зуб. Двое других — обыкновенные карманники, ну а тот, с револьвером, — «Пальчики» Хоукинс, старый приятель Путнама-Сэндерсона. Все — мелкая сошка, которую можно купить за скромную плату. Шофера я, правда, не видел, хотя должен сказать, работает он классно. Думаю, сейчас они пьют пиво и ругают нас почем зря. Поэтому немедленного ответного хода скорее всего не будет, ведь они — люди незаинтересованные. Им надо получить инструкции, прежде чем сделать следующий шаг. Увы, узнать удалось немного.

— А теперь не отослать ли нам наших дам домой? — озабоченно спросил Валь.

— Скажем иначе. Мы постараемся уговорить наших прелестных подруг сесть в поезд, который отправляется в двенадцать тридцать с вокзала напротив, а сами отправимся дальше с драгоценным грузом. — Он вопросительно посмотрел на девушек. — По-моему, вы собираетесь прийти в ярость. Я не ошибаюсь?

У Пенни был явно разочарованный вид, а Бет рассмеялась.

— А они ничего. Увы, придется их отпустить. Пусть поработают сильные мужчины.

Она передразнила Валя, и он не удержался от смеха.

— Вот так всю дорогу, — пожаловался он. — Когда все закончится, я покажу тебе, как хорошо жить в наших местах.

— Кое-что я уже видела, — улыбнулась Бет и прижала к груди заветный сверток.

— А как быть с фургоном? — спросила Пенни.

— Это я возьму на себя, — сказал Валь. — Его отгонят на место. Пошли?

Он настоял на том, чтобы самому проводить девушек на вокзал, пока мистер Кемпион будет садиться в машину и укладывать в нее другой чемодан.