под свое опеку несмышленую молоденькую женщину, воспитание же сына возложили на нянек и гувернеров. Сами они развили лихорадочную деятельность по линии того, что сейчас бы мы назвали конспиративным центром патриотической пропаганды, и привлекли к этому благородному занятию также и Марию. Поскольку сердце юной женщины, несчастливой в браке, в такой обстановке бабьего царства не могло найти себе достойного объекта для сентиментального увлечения, она всю свою энергию направила на содействие общему делу. Стремление к возрождению независимости отечества полностью овладело ее незрелым умом и постепенно начало принимать характер навязчивой приверженности.
Тем временем наполеоновские армии продвигались по Европе и вступили на территорию той части Польши, которая после раздела отошла к Пруссии. В ноябре 1806 года французские солдаты появились в Валевицах, а дворец мужа Марии стал штаб-квартирой одного из маршалов. И вот тут читателям обычно приводится одна из многих живучих легенд, связанных с Наполеоном – история его первой встречи с Марией.
Будто бы не то 1, не то 2 января 1807 года карета императора остановилась на почтовой станции городка Блонь, последнего перегона перед Варшавой. Вокруг кипела толпа, жаждавшая воочию увидеть освободителя Польши. Генерал Дюрок вышел из кареты, чтобы ускорить замену лошадей. Внезапно одна из двух молодых женщин, явно принадлежавших к благородному сословию, схватила его за рукав и попросила по-французски:
– Сударь, помогите мне выбраться из толпы и позвольте на момент увидеть императора.
Эта особа была столь красива и изящна, ее голос столь мелодичен и умоляющ, что Дюрок не смог устоять. Он галантно подхватил ее под руку и подвел к дверце кареты.
– Государь, взгляните на ту, которая презрела все опасности толпы, чтобы увидеть вас.
Наполеон принялся в его обычной манере расспрашивать молодую женщину, но та от волнения, казалось, потеряла дар речи. Она едва смогла пробормотать:
– Добро пожаловать, государь, на нашу землю, которая ждет вас, чтобы возродиться!
К этому моменту лошадей заменили, император взмахнул шляпой и бросил ей букет из числа тех, которые были поднесены ему. Якобы красавица произвела на него столь сильное впечатление, что он потребовал от Дюрока найти ее и пригласить на торжественный прием, который давал в Варшаве влиятельный князь Юзеф Понятовский, военный министр польского правительства. Польские исследователи дотошно проанализировали передвижения императора об ту пору и доказали, что Наполеон ввиду ряда причин через Блонь (куда Валевская тайно от мужа вместе с подругой будто бы добралась на двуколке) в начале января просто-напросто не проезжал. Отсюда большую вероятность приобретает вариант, который менее известен, но выглядит более правдоподобным.
Когда дворец Валевских был реквизирован под французский штаб, семья хозяина была вынуждена перебраться в домик эконома. Ввиду плохой погоды он был окружен непролазной грязью. Здесь приводится отрывок из воспоминаний саксонской аристократки, графини Августы-Шарлотты фон Кильманзегге (1777–1863). Доверять ему вполне стоит, ибо автором была дама «одновременно притягивающая и отталкивающая», совершенно неизвестная в нашей историографии, но хорошо известная в западноевропейской как тайный агент Наполеона, поддерживавшая тесные контакты с министром полиции Фуше и поставлявшая важные сведения для императора. Наполеон обязательно встречался с ней, когда бывал в Дрездене, им даже приписывали общего сына, которого мать, впрочем, не признавала, что привело его к самоубийству. Предысторию знакомства Валевской с Наполеоном рассказал ей князь Юзеф Понятовский.
Итак, согласно отрывку из ее воспоминаний, состоявший при Мюрате молодой адъютант Шарль-Огюст граф де Флао де Лабиллардри, внебрачный сын Талейрана, в то время находился в Валевицах. «Когда Мария стояла как-то на пороге, колеблясь переходить или нет [через грязь], это заметил молодой офицер де Флао, внебрачный сын Талейрана, и, скорый на оказание рыцарских услуг, перенес ее на руках через польскую пятую стихию. Вскоре после этого она получила приглашение на бал в Варшаве, данный в честь императора Талейраном».
22-летний де Флао прекрасно разбирался в достоинствах женщин, он был лихим офицером, ему предстояло испытать в своей жизни множество амурных приключений, суждено стать любовником королевы Гортензии, отцом ее внебрачного сына, известного политического и хозяйственного деятеля времен Второй империи, герцога де Морни, многие считали его отцом императора Наполеона III. Определенно, он сообщил Талейрану[16] о том, какой прекрасный цветок прячет в деревне престарелый пан Валевский, давно не бывающий в свете, и, таким образом, обеспечил ей приглашение в Варшаву.
7 января в Королевском замке состоялось представление сливок варшавского общества спасителю Польши. По воспоминаниям Анны Накваской, первая встреча Наполеона с местными дамами выглядела следующим образом: «оглядывая эту вереницу цветов с берегов Вислы, он не мог удержатся от громкого возгласа: «О, какое множество красивых женщин в Варшаве!» Именно тогда он остановился перед Валевской, а я, стоя рядом с нею, отчетливо слышала его слова».
17 января Талейран устроил бал, о котором варшавская газета дала следующее сообщение: «…император присутствовал на балу у князя Беневентского, во время которого танцевал контрданс с супругой ясновельможного пана Анастазия Валевского и весело развлекался во время пребывания там». Талейран славился своим гостеприимством, которое зижделось на хорошей кухне и обществе жизнерадостных прелестниц. Поэтому он везде возил с собой шеф-повара, который одних рецептов супов знал более четырех сотен, и культивировал в своей гостиной настоящий цветник хорошеньких женщин. Известно высказывание Наполеона, что «у Талейрана всегда полон карман красивых женщин».
По воспоминаниям Гурго, император на Св. Елене несколько раз вспоминал, что «Валевскую ему устроил Талейран. Она не сопротивлялась». Анна Потоцкая, внучатая племянница последнего польского короля, также присутствовала на этом балу и оставила воспоминания о нем. «Потом мы узнали, что Талейран простер свою услужливость до того, что устроил эту первую встречу и устранил начальные препоны. Так как Наполеон выразил желание, чтобы какая-нибудь полька пополнила список его любовных побед, выбрали такую, как полагалось, то есть красивую, но умственно безликую». По воспоминаниям генерала Монтолона, Наполеон на Св. Елене, «диктуя… вспомнил Варшаву и мадам Валевскую. Он смеялся от всей души, припомнив бал, на котором увидел ее впервые». За ней усиленно ухаживали генерал Бертран и его адъютант, родственник Талейрана Луи де Перигор[17]. Чтобы избавиться от этих конкурентов, императору пришлось отправить их в действующие военные соединения за донесениями о положении дел.
«Умственно безликая» оказалась твердым орешком, о который император чуть не поломал зубы и, в общем-то, не привыкнув сталкиваться с противодействием исполнению своих желаний, был вынужден прибегнуть к грубому насилию. Строгое религиозное воспитание, страх перед грехом и осознание чувства супружеского долга не позволяли ей принять ухаживания императора со всеми вытекающими оттуда последствиями. Сразу же после бала Наполеон начал осаждать ее письмами и знаками внимания. Первое
