тебе действительно изменили. Смею напомнить, это ты настоял на свадьбе. Мне нужды в ней нет!
– Рискну заметить, ты сама меня надоумила, – парировал Юсупов, скривившись.
– Я была тогда не в себе! – воскликнула и сразу же поморщилась от резкой головной боли. – Ладно, проехали. С тобою спорить бесполезно. Меня ещё дома ждёт серьёзный разговор с родителями, они там, наверное, места себе не находят от волнения.
– Скажи, что была со мной, думаю, вряд ли это вызовет вопросы, так как завтра у нас свадьба.
– Ну уж нет, такой ответ их точно не обрадует, как-нибудь разберусь сама, – отказалась, устало откинувшись на спинку сиденья.
– Как знаешь, – пробурчал Руслан.
Юсупов открыл мне дверь и по-джентльменски помог выбраться из машины. Однако, как только я собралась уходить, его дружелюбный настрой пропал. Он придержал меня за локоть и серьёзно произнёс:
– С этого момента ты сводишь на нет всяческое общение с моим братом. Привет-пока, не больше.
– С какой стати? – удивлённо уставилась на него.
– С такой, что мне не нужны лишние вопросы. Ни у кого не должно возникнуть даже мысли о твоем особом отношении к моему брату, ясно?
– Нет, не ясно! – гаркнула я возмущенно. – Я не собираюсь выполнять твои идиотские требования. Я выхожу за тебя, только потому что ты не оставил мне выбора. Но если ты сейчас отменишь всё, поверь, буду только рада!
– Увы, такого удовольствия я тебе не доставлю. Всё только начинается, детка.
* * *
– Отец дома? – спросил Руслан, найдя мать в гостиной.
– Нет, – ответила та, спокойно попивая кофе, но он успел заметить, как она напряглась с его приходом.
– Отлично, поговорим в кабинете, – бросил Юсупов-младший торопливо и вышел из комнаты.
Мать явилась не сразу, и это лишь усилило его злость. Женщина как ни в чем не бывало прогарцевала по кабинету и уселась в отцовское кресло.
– Я слушаю тебя, – деловито произнесла она, будто бы обращалась не к сыну, а к своему подчиненному.
Вместо ответа Руслан швырнул на стол конверт и довольно отметил, как мать побледнела.
– Что это? – выдавила та, переведя взгляд с конверта на него.
– То, что я собирался отдать отцу десять лет назад, – обжигая женщину холодом, отчеканил он.
– Как ты сможешь шантажировать меня? Я твоя мать! – воскликнула Эльвира Эдуардовна, вскочив на ноги.
– Мать? – Руслан усмехнулся. – Эту привилегию ты израсходовала десять лет назад. Понимаешь, о чем я? – она промолчала, прищурив глаза, сверкающие злостью. – Я предупреждал тебя о том, что будет, если ты попытаешься помешать свадьбе, – растягивая слова, продолжил парень. – И что сделала ты?
– Я ничего не делала! – взвизгнула женщина.
– Мама, пожалуйста, оставь эту невинную маску для других, – ухмыльнулся Руслан. – Как вообще тебе пришло такое в голову? Как ты посмела отравить девушку? Неужели думаешь, что это сойдёт тебе с рук?
– Я не травила её, – заявила Эльвира Эдуардовна. – Это было всего лишь снотворное.
– Вот так-то лучше, такой разговор мне больше по душе. А теперь скажи, ты понимаешь, какие будут последствия у твоей выходки?
– Разве можно винить мать в том, что она хочет защитить своего ребёнка? – обиженно воскликнула женщина.
– Не надо, я прекрасно знаю, кого ты хочешь защитить…
– А я знаю, что твоя невеста влюблена в Рому! Как ты можешь жениться после такого на ней?
– Не знаю, откуда ты это взяла…
– Я собственными ушами слышала ваш разговор, – перебила она, взмахнув руками. – Неужели ты настолько сильно хочешь мне насолить, что готов пустить свою жизнь под откос?
– Дорогая мама, не принимай все мои действия на своей счет. И не знаю, что ты там слышала, но скажу тебе единственный раз – это бред. Ясно? – она затихла, недовольно сжав губы, и Руслан добавил раздраженно: – Ещё раз выкинешь что-то подобное – такой же конверт окажется у отца. А это оставь себе как напоминание!
Глава 17
К сожалению, у меня не получилось, как у страуса, спрятать голову в песок. Этот день наступил. Сегодня я невеста.
Да-да, на меня нацепили белое дорогое платье, которое мама купила вопреки моим протестам, заявив, что «у неё только один ребёнок». И фату, невесомым облаком обволакивающую мою голову и спину. Визажист и парикмахер только-только закончили колдовать надо мной. И теперь я себя не узнавала и не хотела выглядеть вот так, как кукла. К тому же думала, наверное, до последнего, что всё рассосется само собой. Проснувшись сегодня рано утром, я долго лежала в кровати и ждала, что вот-вот войдёт кто-то и скажет: «Свадьбы не будет». Но, увы, это тот случай, когда мысли не материализуются. Возможно, чьи-то еще, но не мои…
Ещё вчера этот пугающий день казался таким далёким и нереальным. И всё происходило будто не со мной. А сегодня я открыла глаза и оказалась в ожившем кошмаре. Мне отчаянно хотелось крикнуть всем: «Вы что, серьезно поверили в эту глупость? Всё, хватит, расходимся». Однако вместо этого я покорно позволяла превращать себя в невесту. И именно сейчас, в этот миг, когда я осталась одна перед зеркалом, мне вдруг стало невыносимо страшно. Накатило понимание того, какую ужасную ошибку я совершаю. Выходить замуж за нелюбимого никогда не вписывалось в мои планы. Я даже не думала о таком. Для меня свадьба всегда была связана с любовью. Иного и не подразумевалось. А теперь, буквально через пару часов, я стану женою мужчины, которого не люблю. Да чего уж там, практически не знаю…
Тревога захлестывала. Безвыходность безжалостно душила, хотелось убежать и спрятаться. Поэтому я испуганно вздрогнула даже тогда, когда открылась дверь моей комнаты.
– Ты готова, дочка? – заглянул ко мне папа. А я растерянно посмотрела на него. Готова ли? Наверное, в моем взгляде можно было бы прочитать чёткое «нет». Или просто отчаянное желание найти спасение и поддержку в родном человеке.
– Готова, – еле слышно произнесла я. И поднялась со стула.
– Доченька, мы можем немного поговорить? – я согласно кивнула, и папа подошел ко мне, взяв мою дрожащую руку в своих тёплые ладони. – Ты волнуешься, милая, и это нормально. Мы с мамой тоже очень переживаем. Послушай меня, родная, это было твоё решение, и мы не стали его оспаривать. Но семья, частью которой ты становишься, очень отличается от нашей. Возможно, тебе будет сложно привыкнуть. Возможно, к тебе будут относиться не так, как бы нам хотелось. И я хочу, чтобы ты всегда помнила, доченька: что бы ни случилось, у тебя есть мы. Родители, которые будут любить тебя, несмотря ни на что. И никому не позволят обидеть.
