«А ведь это логично, — подумал Бишоп. — Такая кислота не так легко проходит через мембраны стенок сосудов и поэтому не травит само существо… Нет, это поистине чудесное создание природы: уникальный окислитель в свободном состоянии, целлюлоза в качестве запасного источника энергии… кстати, она легко преобразуется в хитин, покрывающий существа сверху; наконец, мыло вместо жиров… Надо будет проверить — почти наверняка эти твари выжрали весь запас мыла… Хорошенький деликатес для инопланетян! Ну а сульфат-ион и четырехвалентный азот в белковой связи вообще приведут всех земных физиологов в дикий восторг…»
— Тебе еще что-нибудь нужно? — раздался голос Хадсона, подкатившего к лабораторному столу каталку, обычно именуемую «сервировочным столиком».
Бишоп прихватил пинцетом сосуд-"молочник" и принялся счищать опутавшие его кровеносные сосуды.
— Привет, Бишоп! — громко повторил Хадсон. — Я только что тебя спросил: тебе еще что-нибудь нужно?
«… А вот в желудке у них должна быть щелочная среда… Во всяком случае, с кислотностью, смещенной в ту сторону…» — его рука потянулась к индикатору. Теперь главной задачей было препарировать желудок так, чтобы его среда не была нейтрализована избытком ионов водорода из лимфы и крови.
— Эй, Бишоп! — начиная терять терпение, позвал Хадсон.
— Что?
Индикатор подтвердил его догадку, теперь можно было на секунду отвлечься.
— Я уже третий раз тебя спрашиваю, тебе еще что-нибудь нужно?
— Нет, — пожал плечами Бишоп.
Хадсон подошел поближе и заглянул ему через плечо.
«Кишки как кишки, — удивился он про себя, — только что кровь другого цвета, а так — обычная пакость!»
— Симпатичная штучка! — хмыкнул он.
— Да, великолепная, — совершенно серьезно ответил Бишоп.
«А вместо гемоглобина у них должно быть совершенно другое вещество… Интересно, хватит ли здесь реактивов, чтобы это доказать? Судя по некоторым деталям, этой твари нужно гораздо больше кислорода, чем другому существу таких же размеров…» — продолжил свои размышлениия Бишоп.
Убедившись, что разговаривать с искусственным человеком бесполезно, Хадсон развернулся и пошел искать более общительного собеседника.
Нужно же было высказать кому-нибудь, что он думал по поводу этого задания, да и десантской службы вообще…
16
Берт сидел в кресле сбоку от дисплея главного компьютера и смотрел на Эйпона — только потому, что тот находился ближе всех.
«Интересно, смогут ли эти парни изловить живьем хоть одну взрослую особь таких тварей? Ждать, пока промежуточная форма отложит свой эмбрион и пока тот разовьется, — долго и накладно. Взрослое чудовище содержать тоже будет нелегко, зато это будет полным триумфом для всех. Наша Компания — единственный обладатель животного из других миров! Это станет лучшей из всех возможных реклам!.. Вот только как убедить в этом солдатню? Зря им дали столько воли в этом деле. Если бы операция не проходила по документам как военная, я смог бы заставить их постараться заманить инопланетянина в ловушку. Так, на какую сумму может клюнуть Горман? Только бы эта сумасшедшая Рипли не убедила из взорвать-таки планету — такая потеря будет невозместима…»
Как ни странно, собственная безопасность его мало волновала. Единственный риск, к которому Берт привык, был чисто экономическим. Он мог заработать деньги, не заработать и, наконец, полностью разориться. То, что здесь речь шла о жизни, почти не укладывалось в его голове. Во всяком случае, он относил себя к той категории людей, с которыми ничего такого произойти не могло.
Косморазведчики могут погибнуть в катастрофе — на то они и косморазведчики. Солдат может быть убит в бою — на то он и солдат. Каждому человеку угрожает не просто смерть, а его собственная, специфическая смерть. Представитель столь уважаемой Компании может умереть только от старости или от болезни, скорее всего, тоже солидной и уважаемой. Ну, в крайнем случае, может покончить собой, если дела примут совсем дурной оборот. Но представитель Компании, которого съедает монстр, — это уже что-то из области анекдотов… не говоря уже о том, что достаточно неглупый человек может выкрутиться в любой ситуации.
Несмотря на такую внешне наивную позицию, Берта сложно было назвать дураком. Во всяком случае, он был далеко не первым из людей, упорно отказывающихся верить, что прискорбные события происходят именно с ними. Вот и сейчас то, что творилось вокруг, представлялось Берту частью захватывающего фильма ужасов, лично к нему не имеющего, как и все прочие фильмы, никакого отношения. Почти никакого, если быть точным: так, для режиссера фильм и в жизни играет немалую роль, — но совсем не ту, что для его персонажей.
Берт, следуя этой аналогии, причислял себя к «съемочной группе». Персонажами были десантники, Рипли и обитатели колонии. Берт тоже был уверен, что их нет в живых, но, как о персонажах фильма, переживал о них не сильно.
Заявление Эйпона заставило его едва ли не разочароваться.
— Эй, бросайте все, я их нашел! — закричал тот, отрываясь от экрана.
На участке схемы, начерченной белыми светящимися линиями, виднелось мутное большое пятно, состоящее, при более внимательном рассмотрении, из множества слившихся пятнышек.
— Живы? — рванулся в его сторону Горман.
— Этого уж я не знаю, — ответил Эйпон. — Но похоже, все они собрались в одном месте.
— Где?
— Возле процессорного комплекса. Если точнее, возле главной системы охлаждения…
— Что у них там, общегородское собрание? — предположил Хигс.
"Что-то тут не так, — думал Берт. — Допустим, что Рипли была права. Есть инопланетяне, похожие на пауков, которые кидаются на людей и действительно откладывают там, внутри человека, эмбрионы. Но что будет дальше? Из эмбриона должна вылупиться точно такая же тварь! Если курица отложила яйцо, из нее выходит цыпленок, который превращается точно в такую же курицу, а не в собаку и не в кошку. Конечно, когда из брюха человека лезет паукообразная гадость, можно свихнуться, тем более, если все это происходит с выпусканием кишок!
Рипли после такой сценки начали мерещиться членистоногие динозавры, кому-то другому после этого могло прийти в голову желание перестрелять всех подряд… По-видимому, так оно и было".
Берту даже самому понравилось собственное предположение. «Из яйца курицы может выйти только курица, — повторил он. — Из эмбриона осьминогопаука — только осьминогопаук. Остальным пусть займутся психиатры».
— Ну что ж, Эйпон, будем действовать, — выпрямился лейтенант Горман. Было заметно, как он внутренне подтянулся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
