Читаем без скачивания Снова майор Виноградов - Никита Филатов

Затем все же первым нарушил молчание:

— Вы давно знаете этого Ратникова?

— Не очень. Год, два…

— Рассказывайте все. По возможности подробно!

Адвокат сосредоточился и начал вспоминать.

Изредка прерываясь, чтобы ответить на уточняющие вопросы, он изложил Михаилу Анатольевичу обстоятельства своего давнего и почти случайного знакомства с криминальным репортером «Молодежки». Затем перешел к той злополучной поездке на автомашине Ратникова и подробно, в лицах, передал содержание их беседы о готовящейся публикации…

— Почему не отговорили?

Владимир Александрович хмыкнул:

— А когда? Не успел! Все очень быстро произошло, и потом уже оказалось не до его «расследований». К тому же если Олег уцепился за интересную тему — его так просто не оторвешь.

— Неуправляем?

— Самолюбив. Хватка, как у бультерьера… Конечно, потом я бы его пощупал посерьезнее и «раскрутил» на перспективу, но в тот момент лучше всего было интерес не показывать.

— Допустим! А почему сразу же не доложили? Почему о контакте с носителем такой информации, — Михаил Анатольевич двинул бровью в сторону стопки газет, — я узнаю по другим каналам?

Виноградов даже не стал ломать себе голову, откуда преемнику Генерала известно о том, что произошло тогда на дороге. Он просто напомнил:

— Вы должны быть в курсе… После известных событий связь с руководством у меня односторонняя.

В общем-то собеседник это знал. Поэтому ограничился распоряжением:

— Продолжайте! Что было дальше?

— Дальше? А дальше ко мне в консультацию заявился некий смешной человечек…

Михаил Анатольевич без удивления выслушал отчет адвоката о визите господина Холодовского, помолчал и закурил новую сигарету.

— Интересная личность… Все?

— Вроде пока все.

— Что думаете?

Виноградов пожал плечами:

— Скорее всего, кому-то из людей Генерала после его смерти надоело держать язык за зубами. Может, денег захотелось. А может, самолюбие потешить! Во всяком случае, господин Холодовский знает даже побольше, чем передал журналисту.

— Уверены?

— Предполагаю… Аркадий Юрьевич напуган. Очень напуган! Это опасный человек, а может он многое, поверьте.

Владимир Александрович сделал паузу и подвел итог:

— Знаете, если решено ликвидировать Холодовского — делать это надо быстро и без ошибок. Либо не трогать его вообще! Причем дать соответствующие гарантии.

Собеседник чуть приспустил стекло ближней двери, и загустевший табачный дым сразу же потянуло наружу.

— Владимир Александрович, скажите… Что, по-вашему, у нас нет больше забот, кроме игры в неуловимых мстителей и благородных разбойников? И рисования всяких ребусов на стенках?

Виноградов неопределенно покачал головой:

— Вроде при Генерале такими вещами не занимались. А как теперь… Вы — шеф, вам виднее.

— Вот именно! — кивнул Михаил Анатольевич.

И, не торопясь, выделяя каждое слово, промолвил:

— Поверьте, мы никогда не имели и не имеем отношения ко всем этим историям с ликвидациями авторитетов и воров в законе. С точки зрения специалистов, это глупо, бессмысленно и слишком дорого. Они просто неинтересны! Существует масса других способов, и любую проблему значительно проще решить там… — он поднял глаза к потолку салона, — чем размениваться на мелочи здесь. Понятно?

— Понятно.

В конце концов, и сам адвокат придерживался точки зрения, что индивидуальный террор — это плохой бизнес. Проще купить конкурента или навеки измазать грязью политического противника, а не превращать их посмертно в героев.

Тем временем собеседник продолжил:

— Но кто-то ведь все это делает, верно? — В руке у него снова оказалась газета со злополучной статьей о кровавых расправах. — Делает очень профессионально!

Виноградову сказать было нечего, поэтому Михаил Анатольевич задал следующий вопрос:

— Вы знаете, как погиб Генерал?

— Нет, — покачал головой адвокат.

Он не кривил душой.

О смерти шефа Виноградову сообщили в тот же день, когда на загородном «объекте» охрана обнаружила тело старика с переломанными шейными позвонками. Владимиру Александровичу велели «залечь на дно», не высовываться и ждать, когда те, кому положено, локализуют провал.

В общем, это было правильно.

Откуда и кем нанесен удар прямо в святая святых организации, еще предстояло разобраться преемнику Генерала, но первым делом он принял необходимые меры безопасности.

Официальный диагноз относительно причины смерти Генерала гласил: кровоизлияние в мозг. Ничего удивительного — возраст!

Никто и не удивился… Почти никто.

И еще меньше народа знало, какую на самом деле роль в тайной политике государства играл сухонький, похожий на Суворова старичок.

Покойника скромно, без шума и почестей, похоронили на воинском кладбище у вокзала. Только родные и близкие — ни телевидения, ни даже оркестра… Из коротенького некролога можно было понять только, что да, ушел из жизни очередной отставник-ветеран, один из последних солдат некогда могущественной советской империи.

…Михаил Анатольевич отлепил свой взгляд от лица собеседника и удовлетворенно подтвердил:

— Конечно, вы не знаете. И не можете знать! Генерала убил вот этот парень. Держите…

Виноградов взял протянутый конверт с фотографиями и высыпал их на колени. Со всех снимков на него глядел один и тот же мужчина в полувоенной форме без знаков различия: очень крупный, с фигурой боксера-профессионала и тяжелыми бровями.

Человек, судя по всему, не подозревал, что находится под прицелом телескопического объектива, однако каждая зафиксированная наблюдателем поза мужчины выражала готовность в следующий же момент без промедления отреагировать на любую опасность. К тому же было в его облике что-то странное, вызывающее чувство недоумения и тревоги…

Собственно, Виноградов не сразу, но понял — дело в том, что короткая офицерская стрижка мужчины почти не скрывала уродливый шрам на месте одной из ушных раковин.

— Серьезный волчара! — вернул фотографии Владимир Александрович.

— Дикий… Генерал хотел его приручить, но не получилось.

— Неужели взбесился?

Михаил Анатольевич предпочел не услышать вопроса и продолжил, аккуратно складывая снимки в конверт:

— У этого парня кличка Тайсон. Бывший капитан наших доблестных Вооруженных сил… Разумеется, куча наград. На Кавказе дослужился до командира разведроты, но там же и ухо левое потерял.

— Осколок?

— Отрезали… Ножом! Не в этом суть. Помните прошлогоднее дело по евровалюте?

— Еще бы!

Люди Генерала, сепаратисты, мафия, Интерпол — все гонялись тем летом по Европе за мифическим чемоданом с фальшивыми долларами. Виноградов так и не понял, кто пришел к финишу первым и взял приз: ему тогда пришлось бежать, а потом на свой страх и риск выбираться домой из Испании.

В сущности, вовремя сойти с дистанции — это тоже большое искусство. Всегда ведь можно попробовать еще раз, только мертвым не дается второй попытки.

— Тайсон со своими людьми тоже хотел получить долю. Но опоздал… Помните, все началось с того, что кто-то напал на колонну, перевозившую деньги сепаратистов? Так вот, парень появился на перевале всего через час после этого — и угодил в нашу засаду.

— Ай-яй-яй!

— Напрасно иронизируете. Если бы не «черножопые» идиоты-вертолетчики, которые высадили группу Тайсона южнее, чем надо, еще неизвестно, как бы все сложилось.

— «Черные»? А при чем тут они?

— Тайсон к тому времени уже снял погоны и работал на любого, кто мог хорошо заплатить.

— Наемник?

— Подонок. И убийца… К тому времени, когда мы уничтожили его команду, а самого взяли, и российский спецназ, и «гвардия» сепаратистов уже несколько месяцев охотились на них по всему Кавказу.

Михаил Анатольевич в сердцах придавил окурок о жестяное донышко торчащей из двери пепельницы и продолжил:

— Генерал вытащил эту сволочь чуть ли не из камеры смертников! Организовал ему «гибель» в авиакатастрофе, кучу народу угробил. Подлечил, подкормил… А зачем? Чтобы в один прекрасный день тот запросто прикончил самого старика и выгреб содержимое сейфа?

— Что-то пропало? — озаботился адвокат.

Он вспомнил свою последнюю встречу с Генералом: запретная зона вокруг городка, уходящие вдаль ряды колючей проволоки, охрана, системы сигнализации и казенный уют обстановки штабного «модуля».

— Ерунда, — успокоил его собеседник. — Пропали деньги, валюта, — впрочем, не так уж много. Чистые паспорта, различные бланки с печатями… Пистолет. И кассета из диктофона с записью их с Генералом последней беседы.

— Предусмотрительно! — Виноградов представил себе человека, изображенного на фотографии. Судя по всему, парень сумел позаботиться о своем будущем и ушел, не оставив следов.