- Потому, что все они плохо справляются с безглазыми. А тебе без разницы. Ты воин в первую очередь, в отличие от тех, кого назвал, поэтому выбрали тебя. Если понадобиться, ты можешь в любой момент вызвать любое количество своих всадников в любую точку галактики, так что прекрасно подходишь для этого дела!
- И из-за этого счастливого совпадения я должен немедленно согласиться?
- Послушай, не время сейчас строить из себя капризную маленькую девочку! Мне некогда и нечем тебя уламывать... Ты и сам прекрасно понимаешь, насколько сильно навредишь Империи, если откажешься. Как я помню, ТАК СИЛЬНО потакать своей лени и прихоти ты не склонен. Так что, ради достоинства князей Праха Первородного, давай не будем сейчас разводить словесное кружево, тем более я в этом не силён!
- Ладно, ладно.... Убедил. Только у меня тоже есть условие. Вы будете следить за ситуацией, и следить очень внимательно. Чтобы не проворонить момент, когда в дело вступят крупные фигуры с противоположной стороны и предупредить меня. Не вериться мне, что вмешательства мне подобных Орден не предусмотрел и не подстраховался! И ещё. Если я верно всё понял, там нет никого выше четвёртого ранга Ордена. Для меня это не составит труда. Так что помощники помимо моей верной кавалерии мне не нужны.... Не мешайтесь под ногами в процессе!
Глава 6. Чёрные вены, белые пальцы.
Дима пришёл в себя от того, что ему стало плохо. Причём как-то неестественно сильно, такого ещё с ним никогда не бывало. Человек мучительно осознавал каждую клеточку, каждую частичку своего естества - тела, души и разума. Он даже не знал раньше, как их много, и каждая из них болела! По отдельности вроде не сильно но, сложенная вместе, боль просто сводила с ума. Казалось, что Михеева разобрали на мельчайшие составляющие и каждую в отдельности как следует изувечили. Когда даже простое осознание ситуации стало нестерпимым, Дима попробовал застонать. Получилось с трудом, зато стало легче. Боль стала скапливаться в более крупные, понятные и привычные очаги вроде костей и органов, даже удалось выдохнуть и открыть глаза. Правда, это "открытие" радости почти не принесло. Обстановка вокруг была такая, что человек всерьёз засомневался, а стоило ли приходить в себя?
Во время ученичества у Александра Дмитрий демонами интересовался достаточно активно, помня об их огромной силе (учитель сам рассказывал) и о том, что они являются злейшими врагами Праха. На тот момент это автоматически переводило их в разряд Диминых потенциальных друзей. Человек изучал ответвления хаоса (Персты его Пятерни), руны, Слова.... Всё, что он узнал в теории тогда, и всё, что потом на практике подтвердилось на фронте, говорило в пользу одного факта - с демонами лучше никогда не иметь ничего общего! Начать следует уже с того, что встретить демона, обладающего хотя бы какими-то нормальными человеческими качествами было почти невозможно. Подлые, эгоистичные, жестокие, трусливые - и этот список можно долго продолжать. В любом подчинённом демонам мире действовало одно правило - молись, чтобы началась война! Стоило стрястись крупному конфликту, местные заправилы тут же стремились навести порядок, собрать всех, кто посильнее, под ружьё, и отправиться куда подальше в поисках еды и других материальных благ. Тогда в мирах Эгеста наступал благословенный застой, затишье, когда почти ничего не происходило, а, значит, не происходило почти ничего плохого, ибо хорошее в таких местах и не ночевало. Каким образом повелители хаоса удерживали свои общественные структуры от распада в остальное время - загадка для лучших саоданских социологов! Так, или примерно так можно было описать Эгест вкратце, если избегать истерик, нецензурной лексики и похабщины. По сути же владения демонов представляли собой самый настоящий ад, похлеще любого, описанного религиозными конфессиями на Земле. Единственная причина, по которой у Эгеста была хоть какая-то экономика, заключалась в том, что далеко не все его миры являлись владением демонов. Зато в прифронтовой полосе эти твари правили бал безраздельно! И именно поэтому даже просто пребывать в комнате, находящейся в этой самой полосе, было тошно до безобразия. А он явно находился в помещении и даже лежал на каком-то плоском возвышении.
Самым большие шоком для Михеева стало то, что в этом месте, бесформенном хоромине без окон, стены и потолок которой выглядели так, словно их заляпали кровью, кишками, рвотой и испражнениями, по меньшей мере, тысяча человек, ничем не воняло! Запах отсутствовал, как таковой, хотя подобное убранство не могло не смердеть. Зато, стоило человеку активировать ментальное восприятие мира, он чуть не лишился обоняния! У каждой сильной эмоции есть свой след. И, если эманации благородных жертвенных мук могут быть даже приятны, то тупой страх и боль доведённых до безумия жертв и садистский восторг палачей смердели так, что глаза из орбит лезли. Комната, кстати, в ментальном спектре внешне почти не менялась. Разве что внутренности на стенах стали чуть более выпуклыми, окончательно доказывая, что не являются просто элементами декора. И пока Михеев, радуясь, что желудок и так уже пуст, привыкал к антуражу и пытался вернуть себе контроль над телом, комнату посетил местный "доктор".
Сложно сказать, как с этим делом всё обстояло в Горящем Эгесте, но в армиях Гниющего все без исключения войсковые медики были демонами и некромантами в придачу. Вошедшее создание одним своим видом сразу ответило на вопрос, зачем здесь такой высокий потолок - в нём было хорошо за три метра роста! Грузная, оплывшая, в своем безразмерном балахоне, грубо сшитом из кусков плохо выделанной кожи, она напоминала стог очень сильно прогнившего сена. Потому что обычное сено не может так плохо пахнуть и выглядеть. Когда тварь приблизилась к столу (Дима успел заметить, что он привязан к нему ремнями), стало видно, что под балахоном у неё нет больше одежды кроме набедренной повязки. Внешне она была как помесь монстра Франкенштейна и большого куска говна. Правда, явно указывая на род занятий демона, его безобразное тело всё же слегка было прикрыто многочисленным "пирсингом". Однако, все готы, металлисты и прочие неформалы, если бы им ТАКОЕ показали, тут же выдрали бы все свои железки и ушли в монастырь! Цепи, штифты и заклёпки были врезаны в гнилую плоть с тем же изяществом, с каким заколачивают костыль на железнодорожном полотне и весили явно не меньше! Рваные раны, оставленные ими, своим кроваво-красным колером даже несколько облагораживали облик некроманта, отвлекая внимание от более неприглядных деталей. На всех этих шедеврах кузнечного ремесла были развешены шприцы, склянки, лезвия и ещё много инструментов врачебно-колдовского свойства. Их вид и аура убеждали не только в их подлинности, но и в том, что лучше не болеть НИКОГДА!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
