она. – Эти уроды из полиции хоть обыск делали?
– Они все больше в зале крутились, – пробормотал хозяин, – баллистическую экспертизу проводили, гильзы собирали. Они же не знали, что это не вы.
– Вашими заботами… – ядовито вставила Полина.
– Я виноват, конечно, – старик поник головой, – но…
– Ладно, проехали, и что они выяснили?
– Ну, насколько я слышал, у них сомнений не было. Стрелял один человек. Вошла, говорят, положила всех быстро с порога, да и все. Очень профессионально.
– То есть как это – вошла, если вы утверждаете, что я в зале сидела?
– Так если вы в туалете были… – Илья Борисович опасливо отодвинул свой стул, потому что Полина прямо зарычала.
– Так, – она взяла себя в руки, – начнем сначала. Я твердо знаю, что меня выманили из зала, облив мне юбку томатным соусом. Вы хотя бы можете сказать, кто из посетителей заказывал кальмары, фаршированные морепродуктами?
– Что? – изумился старик. – Какие кальмары? У меня в ресторане кальмаров не поливают томатным соусом! Никогда в жизни я не подавал кальмары, фаршированные морепродуктами, в томатном соусе. Это дурной тон!
– А какой же должен быть соус?
– Это мое ноу-хау, – надулся старик, – готовится на основе лимона и оливкового масла, а точный рецепт я вам не скажу.
– Да мне и не надо! – отмахнулась Полина. – Значит, он притащил это блюдо из какой-нибудь забегаловки. Черный ход у вас закрыт изнутри, да и увидел бы кто-нибудь, если бы он по коридору шатался. Алиса туда-сюда ходила, вы могли проверить. Значит, он вошел через главный вход, у вас там никого нет…
– Летом я гардеробщика увольняю, что зря деньги-то платить, – буркнул хозяин. – Алиса должна в дверях зала стоять, ей вход виден. Только она норовила либо с клиентами потрепаться, либо на кухне с поваром поболтать. Откровенно говоря, девушка была с ленцой и сплетница большая. Ох! – Илья Борисович сморщился и прикрыл рот рукой. – Негоже так про покойницу-то…
– Да ладно, – отмахнулась Полина, – некогда сейчас антимонии разводить! Значит, он вошел вроде как посетитель, спрятался за стойкой, надел там фартук, взял тарелку…
Она сорвалась с места и полетела к гардеробу. Там, за стойкой для одежды, валялись фартук и тарелка с засохшими ошметками, забрызганными томатным соусом.
– И вовсе это не кальмары, – сказал, брезгливо понюхав, Илья Борисович, – дрянь какая-то. Надо же, а я все думаю – откуда пахнет? Уборщик этот, из фирмы, сказал, что везде убрал. Ну что за люди, никому нельзя верить…
– Но мне-то вы верите, что официант был?
– Теперь да, верю… – неохотно признался хозяин. – Только что это вам дает?
«Он прав, – подумала Полина, – но я в этом ни за что не признаюсь».
– Давайте подумаем вот о чем, – терпеливо сказала она. – Предположим, что всю эту историю замутили для того, чтобы прикрыть убийство одного из пяти человек. Ну, знаете, знаменитое правило детектива, что лист лучше всего спрятать в лесу, а убийство одного человека среди убийства многих людей.
– Чудовищно, но, кажется, в рассказе у Честертона так и было, – оживился Илья Борисович.
– Тогда расскажите, что вы знаете о тех четырех посетителях. Часто ли они к вам ходили, с кем встречались, что ели, в конце концов? Илья Борисович, вы же всех постоянных клиентов в лицо знаете!
– Если не я, то Алиса. Она-то все про всех знала.
– Алису мы в расчет принимать не будем, – вздохнула Полина. – По всему видно, что, выражаясь современным языком, она просто попала под раздачу, то есть убили ее за компанию, чтобы убийцу не опознала. Итак, что вы мне можете сказать об этих четверых?
– Ну, там была женщина… раньше она приходила несколько раз, ела без фанатизма… вы, женщины, вечно фигуру бережете… значит, судак на пару и суфле из брокколи либо лосось, запеченный со шпинатом в сливочном соусе. Все просила сливок поменьше, но тут я был строг, нельзя же рыбу портить.
– Кто такая, как зовут?
– Этого я не знаю, но платила она всегда карточкой, так что ее данные у меня должны быть…
Илья Борисович удалился на минутку и вскоре вернулся, держа в руке клочок бумаги.
– Вот, держите, Ольхович Анна Сергеевна, тут адрес и мобильный телефон, только он вам вряд ли поможет.
– Ну, имя и фамилию на карточке прочитать можно, – прищурилась Полина. – А откуда остальная информация?
– Виноват, – хозяин потупился. – Тут один клиент мне такую полезную программу поставил. Знаю, что это не совсем законно, личные данные, но мало ли что… на всякий случай. Вот кстати… – оживился старик, но Полина его перебила:
– Ольхович, говорите? Уж не жена ли она Леонида Ольховича? То-то мне будто знакомым ее лицо показалось. – И, видя, что Илья Борисович смотрит в полном недоумении, пояснила: – Леонид Ольхович, владелец СПД-банка, Санкт-Петербургский деловой банк. Не то чтобы очень крупный банк, но в городе его владельца знают. Не бедный, в общем, человек. Давно эта Анна к вам ходила?
– Да нет, пару месяцев.
– У вас компьютер есть?
– Пойдемте в мой кабинет!
– Ну вот, – через некоторое время сказала Полина, показывая на экран монитора, – вот они, супруги Ольховичи. Узнаете свою клиентку?
– Она, – без колебаний подтвердил старик. – Думаете, это против нее было направлено?
– Женаты семь лет, детей нет, – Полина быстро просматривала файлы, – она работает в компании мужа, ответственна за рекламу и связи с общественностью. Вроде бы все нормально, никаких скандалов. Очень похоже, что именно ее таким образом устранили. И не кто-нибудь, а муж. У него денег на это хватит. А что? Надоела ему, а деньгами делиться не хотел… Она бы при разводе небось солидный кусок состояния себе оттяпала…
– Полина, неужели вы всерьез так думаете о людях? – ужаснулся Илья Борисович. – Убить ни в чем не повинных людей для того, чтобы не платить жене алименты!
– Да откуда я знаю? – закричала Полина. – Факт налицо – их всех убили, и сделала это не я! А случаев таких сколько угодно! Вы что, газет не читаете, там такое пишут, волосы дыбом встают!
– Уж вы напишете… – хмыкнул старик, – если всему верить… Ладно, что вы собираетесь делать? Пойти к этому банкиру и спросить его прямо, не он ли заказал жену?
– Нет, конечно, – огрызнулась Полина. – Он мигом сдаст меня полиции. Нужно придумать план. А тот парень с ноутбуком – про него вы ничего не знаете?
Илья Борисович на секунду задумался.
– Он тоже часто у меня обедал… не каждый день, но раза два-три в неделю – обязательно. Сидел всегда за одним и тем же столиком – за тем же, что в последний раз, брал почти всегда пиццу «четыре сыра» и мучил
