Но если он уедет, мать и сестра запросто могут еще стать добычей королевских солдат.
За него эту проблему решила мать.
— Он дело говорит, Колл. Мы, еще только заслышав битву, пожитки собрали, да только вот уйти не успели. Идем, Дици! Попрощайся с родным домом, детка: навряд ли от него что-то останется, даже если мы когда сюда воротимся…
Дицея выскользнула из двери. В глазах ее стояли слезы, когда она в последний раз оглянулась на избушку. А потом она отвернулась от нее и с восторгом уставилась на двух верховых рыцарей. Колл вгляделся в ее лицо, и словно гора свалилась у него с плеч, ибо тот живой интерес, с которым смотрела она на незнакомых мужчин, задорный огонек в ее глазах лучше всяких слов сказали ему о том, что после бегства Колла рыцарь к ней не возвращался. Или возвращался, но ее не нашел. Скорее всего он был слишком увлечен охотой, а она не столько значила для него, чтобы возвращаться.
— Откуда это у тебя такие друзья, Колл? — выдохнула Дицея.
— По чистой случайности, — буркнул он. — Они спасли меня от засады прежде, чем я попытался их ограбить.
Дирк рассмеялся, а Гар улыбнулся.
— Твой брат весьма полезен нам, красотка, ибо мы родом из заморских стран и мало знаем о ваших землях. По меньшей мере он просветил нас обоих настолько, что это помогло нам найти себе работу.
— Рыцарями в королевском войске?
— Ими самыми, — заверил ее Гар. — Так что ни одна душа не удивится, если мы исчезнем ненадолго в разгар битвы. — Он повернулся к Коллу. — Где мы их спрячем?
— В лесу, конечно. — Колл подивился очевидной глупости вопроса. Даже самый последний идиот знает, что у беглеца от господских законов только два места, где он может укрыться от своего бывшего хозяина, — лес или холмы, и лес был ближе. Гораздо ближе.
Или на этой их далекой родине беглецу вообще негде скрыться? Или незачем скрываться?
Эта мысль показалась ему слишком невероятной, до головокружения, так, что он отмахнулся от нее. Он нагнулся было взять у матери тяжелый мешок с пожитками, но Гар остановил его:
— Нет. Руки могут понадобиться тебе свободными. Для боя.
— Я тебя, Колл, цельных девять месяцев таскала. Уж какой-нибудь час сдюжу и мешок.
— Что-то ты не слишком рвался помогать, когда я таскала здоровенные корзины мокрого белья, а тут из-за мешка столько шуму! — подхватила Дицея.
— Ладно, ладно, тащите сами этот чертов мешок, — буркнул Колл, хотя в глубине души даже обрадовался такому выходу. Гар был прав: теперь уже со всех сторон слышались звон оружия, крики бойцов и вопли сервов, оказавшихся между сражающимися сторонами. Он пошел первым, заслоняя собой мать и сестру. Рыцари ехали верхом, высоко подняв щиты, с мечами наголо.
Они миновали крайнюю лачугу, и тут же водоворот битвы налетел на них. Колл развернулся лицом к опасности и орудовал своим копьем, только изредка оглядываясь, чтобы не оторваться от остальных. Он увидел, как Гар с Дирком прокладывают дорогу мечами, а потом перед ним вдруг вырос солдат эрла с выпученными глазами и широко раскрытым ртом; крик его потонул в шуме сражения. Неприятель, как топором, замахнулся на Колла алебардой — древко ее было обломано больше чем наполовину. Колл выставил перед собой щит, и та с треском вонзилась в его деревянную обшивку. И тут в выпученных глазах солдата вдруг мелькнуло изумление — тот явно узнал его. Колл тоже вспомнил, кто это: Нуд, отец одного из его друзей-сверстников. Однако продолжавшаяся битва тут же раскидала их, и Колл продолжал прокладывать дорогу сквозь знакомых и незнакомых солдат эрла с гнетущим чувством того, что эрл очень скоро узнает: один из королевских солдат — его беглый серв.
Бой все не стихал, однако они медленно, но верно приближались по полю к спасительной опушке. Наконец Колл и его женщины с облегчением нырнули в лесной полумрак. Дирк и Гар замыкали шествие.
— Не останавливайтесь! — крикнул им великан. — Постарайтесь забраться в лес поглубже, ибо бой может докатиться и до леса, а даже если и нет, то уж отступающие солдаты — наверняка!
— Они… Они меня узнали! — тревожно кинулся к Гару Колл. — Солдаты эрла, мои деревенские соседи! Они расскажут эрлу!
— Мне кажется, у Инсола сейчас выше головы хлопот поважнее одного беглого серва, — заметил Дирк.
Гар кивнул:
— Даже если у него найдется время выслушать, никто не станет говорить ему, ибо те, кто тебя видел, скорее всего подумали, что это им померещилось.
— Но они меня узнали! Я по их глазам точно видел!
— Люди в бою много всякого видят, — заверил его Дирк. — И далеко не все то, что есть на самом деле.
Колл немного успокоился.
— Вы правда так думаете?
— О да, — с непререкаемой уверенностью заявил Гар. — Можешь в этом не сомневаться, Колл. Все, кто видел тебя, решат, что это им померещилось. Не сомневайся.
Позади послышались крик и лязг, и рыцари повернули им навстречу.
— Бегите! — крикнул Дирк. Колл не стал спрашивать почему, но повернулся и бросился в глубь чащи, увлекая за собой мать и сестру.
Час спустя мать споткнулась о корень. Колл подхватил ее под руку, она повернулась к нему, и он увидел, что она совершенно выбилась из сил.
— Мы зашли достаточно глубоко, — сказал он ей, почти силой отбирая у нее тяжелый мешок. — Давайте-ка поищем убежища.
Они нашли его довольно скоро: старое дерево упало на другое, помоложе, застряв между стволом и суком. Высохшие ветви спускались до самой земли, и Колл, протиснувшись между ними, сумел выломать несколько сучьев внутри, так что в результате вышло что-то вроде шалаша. Он вытащил из шалаша отломанные сучья и запустил внутрь мать с Дицеей. Мать сразу же растянулась на ложе из опавшей листвы и блаженно закрыла глаза. Дицея достала из мешка свою коробочку с трутом и кресалом, потом с’ опаской покосилась на сухой ствол над головой и листву под ногами.
— Здесь ведь нельзя разжигать огонь, нет?
— Нет, для этого придется выйти наружу — но мне кажется, нам пока вообще лучше обойтись без огня, — отвечал Колл. — Гару и Дирку, похоже, законы войны известны не хуже, чем любому другому, и если они сказали, что бегущие солдаты наводнят лес, значит, так оно и будет. Они будут голодны, будут рыскать в поисках еды и крова, и я не сомневаюсь, что они сколотятся в шайки, с которыми не очень-то поспоришь.
Дицея пожала плечами.
— Ну что ж, мы можем перекусить и всухомятку.
Колл вдруг понял, что голоден, смертельно голоден.
— Ага, Дицея, это ты здорово придумала! Хотя бы хлебушка — уже хорошо!
Она порылась в мешке, достала оттуда каравай хлеба, сунула его Коллу, потом достала небольшой бурдюк, развязала одну ножку и протянула ему. Колл набил рот хлебом и запил его жидкостью из бурдюка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
