в голове. После нескольких попыток вода в ведре вся кончилась, а она, вся мокрая от пота несмотря на прохладный вечер, и злая от отсутствия результата, пинала колонку, словно та специально «глотала» воду и никак не хотела давать новой свежей водицы. Так и не закачав воды, истратив принесенную, Наталья отправилась туда, где от нее точно толку будет больше — в огород, копать картошку. И до самого вечера, Наталья, Вероника и ее маленький сын Димка орудовали копалками, ведрами, а потом холодные, голодные, все в мелкой пыли пришли в дом. А там… жуткий холод и совсем нет воды и, лишь, уныло на них глядел со стола электрический чайник.
«А у него красивый дом со всеми удобствами», — почему-то в этот момент Наталье вспомнился тот молодой человек, который самозабвенно ухаживал за той тоненькой и милой Вероничкой, которую они любили всем курсом, но она выбрала Романа. Она задумалась и перед глазами предстал образ замужней женщины, как рисовали его современные молодые девушки — бигуди, старый рванный халат, кастрюльки, сопливые носы и вечно замученная женщина, Наталья обернулась на Вероничку. — «Рванного халата и бигудей не хватает…»
Глава 12
Вспомнив про Вероничку, про Татьяну Васильевну, Наталья решила спросить у Мелиссы, что такое женские архетипы и где им место в этой структуре женских состояний, представленной Мелиссой.
— Мелисса, у меня вопрос, — решилась она. — Вот Вы говорите про женские состояния, а я еще слышала про женские архетипы — это одно и тоже?
Мелиса улыбнулась, как всегда легко и ясно, и сказала:
— Нет, это не одно и тоже, архетипы — это глубинные структуры, ядро, они есть во всех нас, а проявляться могут женскими состояниями.
— ??? Не совсем поняла, как это проявляется?
— Ну например, в состоянии Королевы, проявлены архетипы Богини, Королевы (как архетип), в состоянии Девочки (архетип Феи) — в этих состояниях женщина получает от мужчин, либо это королевские дары, либо подарки, которые дарят чтобы побаловать свою Девочку…
— О! — удивилась Наталья.
— В состоянии Хозяйки больше проявлен архетип жены, матери, а в состоянии Возлюбленной (еще его Любовницей называют) наибольше проявлены Гейша (Гетера), Амазонка, в этих состояниях мы больше отдаем, делимся своей энергией, которой нас наделила природа, наше окружение, на ши близкие и родные либо помогли нам раскрыться и научили этим пользоваться, проведя своего рода инициацию-благословение, либо наоборот…
— И что делать если наоборот?
Мелисса опять улыбнулась:
— Учиться.
В аудитории послышался разочарованный вздох, на который Мелисса ответила:
— Наша жизнь нам всегда преподносит возможности. Всегда, а пользуемся мы ими или нет, это уже наш выбор. Как в истории про посвящение Малика Динара авторства Идриса Шаха, знаете?
Участницы отрицательно покачали головами.
— Расскажите, — робко попросила всегда бойкая и активная Гера.
Посвящение Малика Динара.
После многолетнего изучения философских доктрин Малик Динар, наконец, почувствовал, что теперь пора ему отправляться на поиски знания.
— Я иду искать Скрытого учителя, — сказал он сам себе, — который, как говорят, находится в моем совершенном "я".
Захватив с собой немного фиников, Малик вышел из дому и отправился в путь. Вскоре он увидел впереди себя дервиша, устало бредущего по пыльной дороге. Ускорив шаги, он поравнялся со стариком, и некоторое время они шли рядом, не говоря друг другу ни слова. Первым нарушил молчание дервиш.
— Кто ты и куда направляешься? — спросил он.
— Меня зовут Динар, — ответил Малик. — Я иду искать Скрытого учителя.
— А я — аль-Малик аль-Факих, и я пойду с тобой, — сказал дервиш.
— Можешь ли ты помочь мне разыскать Учителя? — спросил Динар.
— Могу ли я помочь тебе, можешь ли ты помочь мне? — спросил Факих в нарочито грубой манере дервишей, как они обычно говорят; затем он продолжал. — Скрытый учитель, говорят, пребывает в самом человеке; находит его человек или нет зависит от того, как он применяет свой опыт. А это нечто такое, что только частично может быть передано другим человеком.
Вскоре они подошли к дереву, которое раскачивалось и скрипело. Дервиш остановился, с минуту помолчал, потом сказал: «Дерево говорит: что-то причиняет мне боль — остановитесь и избавьте меня от страданий».
— Я тороплюсь, — сказал Динар, — и вообще, как может дерево говорить. — И они отправились дальше.
Когда они отошли от дерева на несколько миль, дервиш сказал: «Когда мы стояли возле дерева, мне почудился запах меда. Может быть, в его дупле гнездо диких пчел?»
— Тогда нам нужно скорее вернуться назад, — воскликнул Динар, — если нам посчастливится найти мед, мы немного оставим себе, а остальное продадим по дороге.
— Пусть будет по-твоему, — ответил дервиш, и они повернули назад. Но возвратившись к дереву, Динар и дервиш увидели, что другие путешественники опередили их и достали из дупла очень много меда.
— Какую нужду мы терпели, — сказали эти люди Динару и Факиху, — а этого меда хватит, чтобы накормить целый город. Мы, бедные странники, можем теперь стать купцами; отныне мы ни в чем не будем нуждаться.
Динар и дервиш снова продолжили свой путь.
Через некоторое время они подошли к огромной муравьиной куче, из которой доносилось приглушенное гудение. Дервиш прижался ухом к земле, вслушиваясь во что-то, затем поднялся и сказал:
— Эти муравьи строят колонию. Своим гудением они молят о помощи. Они говорят на муравьином языке: «Помогите нам! Мы натолкнулись на странную преграду, мешающую нам рыть дальше. Помогите ее убрать». Ну что, поможем или тебе некогда?
— Брат, нам нет дела до муравьев и их преграды, — сказал Малик. — Лично я должен искать своего Учителя.
— Как знаешь, — ответил дервиш, — но они еще говорят, что все вещи взаимосвязаны, и этот случай может иметь некоторое отношение к нам.
Но Динар не обратил внимания на замечание старика и устремился вперед.
Вечером, когда они остановились на ночлег, Динар обнаружил, что потерял свой нож.
— Наверное, я обронил его у муравейника, — сказал он.
На следующее утро путники повернули в обратный путь.
Ножа они так и не нашли, но, подойдя к муравейнику, увидели нескольких людей в перепачканных одеждах, которые сидели прямо на земле перед грудой золотых монет.
— Это, — объяснили они Динару, — клад. Мы его только что выкопали. Мы шли по дороге, как вдруг нас окликнул какой-то старый и совсем дряхлый дервиш. «Ройте здесь, — сказал он, — и вы найдете то, что для одних преграда, а для других золото».
Динар проклинал себя за нетерпение.
— Если бы мы задержались здесь прошлой ночью, о дервиш, ты и я сделались бы богачами, — сетовал он.
— Этот дервиш, — сказал вдруг один из счастливцев, показывая на Факиха, — очень похож на
