Читаем без скачивания Пустячок с десятью нулями - Марина Серова

— Вы знаете, — я доверительно наклонилась к Вениамину. — В обмен на вашу откровенность я тоже хочу открыть вам свой секрет. Дело в том, что я присутствую здесь с определенной целью. Если вам известно, у вашего родственника из сейфа пропала крупная сумма денег. И он попросил меня расследовать это… недоразумение.

— Так вы из милиции? — Красивые темные брови Вениамина взметнулись вверх.

— Нет-нет. Я частный детектив. Хотя вообще-то закончила юридический институт и некоторое время работала в прокуратуре.

Вениамин еще раз поднял свои брови.

— Как-нибудь, возможно, я вам и расскажу, как докатилась до жизни такой, — засмеялась я, чтобы разрядить обстановку. — Но сейчас я бы хотела, чтобы вы помогли мне. Мне нужно знать, что представляют собой люди, окружающие мужа вашей сестры, и мог ли кто-то из них решиться на кражу.

Вениамин внимательно слушал меня, удивленное выражение не сходило с его лица. Затем он наконец ответил:

— Да, я слышал об этом инциденте. Печальная история, но меня она не удивила…

— То есть?

— Это закономерность, вытекающая из особенностей характера мужа моей сестры. Видите ли, он всегда хотел казаться окружающим человеком нормальным во всех отношениях. Он никогда не был раскованным и свободным от законов, господствующих в обществе. Но… Как это ни парадоксально, именно это качество и мешает ему. Стараясь выиграть в малом, он всегда проигрывает по-крупному. Его педантизм распространяется только на мелочи, — Вениамин сделал паузу, вздохнул, отхлебнул коньяку и продолжил: — Муж моей сестры желает знать обо всем, что его касается и не касается. И таким образом грузит свой мозг ненужной информацией. Поэтому, представляя себя хорошим стратегом, он совершает тактические ошибки. Поэтому неудивительно, что у него из-под носа так банально и пошло украли деньги.

— А кто, по-вашему, из имеющих отношение к Владимиру людей мог на это пойти?

— Все! — безапелляционно заявил Вениамин и, откинувшись на спинку дивана, с неким вызовом посмотрел на меня. — Работники фирмы, старые так называемые друзья, та же драгоценная секретарша…

— Но ведь ключи были только у него и у Расстегаева?

— Ну и что? — пожал плечами Вениамин. — Сложно сделать дубликат, что ли?

— Но как вы себе представляете механизм этого? Ведь ключи они носят с собой.

— Я же вам говорил, что Вова является педантом, но порой в тех вещах, которые совершенно не нужны ему. Он мог оставить эти ключи на столе, потом сокрушаться по этому поводу. И все потому, что он, видите ли, в это время продумывал свои предстоящие деловые переговоры. Думал над каждой фразой, которую он должен будет произнести. Просто такое уже было, я вам рассказываю реальный случай. Потом, конечно, чертыхался, сокрушался, всем рассказывал… Короче говоря, муж моей сестры — это оригинальный тип педанта-растяпы.

— Так, ну то, что он сам у себя деньги красть не стал бы, это понятно. Поэтому давайте теперь поговорим все же о его окружении. Что вы можете сказать, например, об Аркадии Дмитриевиче Расстегаеве?

— Профессионал. Хитрый лис. Невыносимый в общении человек. Похоже, с комплексами. Какими? Ну, судите сами. Не женат и никогда не был. Почему? Видимо, не каждая может выдержать его постоянное ехидство и ироническое подтрунивание. Ко всему прочему, он несколько твердолоб.

— То есть он ни с кем не встречается, — уточнила я.

— Абсолютно ни с кем! Либо же настолько мастерски это скрывает.

— Хорошо, с Расстегаевым все ясно. А Валерия Герасименко вы знаете?

— Знаю. Вернее, знал. Я в курсе, что он погиб. Думаю, что и вы тоже, — Вениамин в упор посмотрел на меня.

— Да, мне об этом известно, — подтвердила я. — Ну, так все же, что вы можете сказать о нем?

— По-моему, самый заурядный из них троих. Не очень, кстати, умный. Во всяком случае, уступал тому же Расстегаеву. Зато очень добросовестный, трудолюбивый. Знаете, где другой возьмет сообразительностью и расторопностью, тот брал усердием.

— Вы не можете предположить, кто мог желать его гибели? — не надеясь на полезный ответ, уточнила я.

— Нет, — покачал головой Вениамин. — Просто ума не приложу. Да я и не могу ничего такого сказать, поскольку знал-то его мельком. Он не так часто появлялся в этом доме в отличие от Расстегаева.

— Ну, и чтобы завершить обзор, давайте обратимся к двум оставшимся женщинам — Валентине и Эльвире.

— Давайте, — с готовностью ответил Вениамин. — Хотя, кажется, Эльвиру я вам обрисовал достаточно подробно. Типичная охотница за чужими мужьями, поскольку не в состоянии, что называется, воспитать собственного. Такие женщины привыкли приходить на все готовенькое.

— Ладно, я поняла, — подняла я руки, поскольку образ Эльвиры довольно четко вырисовывался в моем представлении. — А что же Валентина?

Вениамин помолчал, крепко сцепив пальцы рук.

— Валентина в определенной степени похожа на Эльвиру, — наконец проговорил он медленно.

— Неужели? — удивилась я.

— Я имел в виду их отношение к мужчинам. По мнению этих женщин, мужчины существуют для того, чтобы тратить их деньги. Вот посмотрите. Эльвира выберет себе соответствующего мужа. Но, как правило, они постоянно не удовлетворены и ищут развлечений на стороне.

— И ваша сестра тоже? — в упор спросила я.

— Нет, — покачал головой Вениамин. — Валентина ко всему прочему еще и недостаточно смела, чтобы практиковать измену мужу. Родители вообще-то воспитывали нас на прочных нравственных идеалах. Но не только в этом дело. Валентина по-прежнему любит своего мужа. Вот уж кто не способен влюбиться в него заново, просто потому, что не переставала любить его никогда. Кажется, ее чувство к Владимиру сейчас точно такое же, как и пятнадцать лет назад! — с горечью произнес Вениамин. — Хотя тогда я был практически ребенком, но хорошо помню ее взгляд, которым она смотрела на Владимира. Так вот, он нисколько не изменился… Так что в этом плане она все-таки не похожа на Эльвиру. Да и вообще она на нее не похожа, это я погорячился. К тому же Валентина закончила институт, даже работала по специальности, но вскоре родилась Маша, и Валя оставила работу. А потом Владимир настаивал на том, чтобы она сидела дома. Он сам пытался сделать из нее домашнюю наседку, чтобы потом морщить нос оттого, что жена его — примитивная домохозяйка, — в голосе Вениамина вновь послышалась обида. — А два года назад моя сестра все-таки устроилась на работу. И хоть она получает там минимальную зарплату, я все-таки считаю, что это для нее очень хорошо. Во всяком случае, она не стоит на месте, и даже если Володя оставит ее, у нее есть все шансы устроить свою судьбу заново! — Вениамин с вызовом посмотрел на меня, хотя я вовсе не собиралась оспаривать подобное заявление. — А что вы так смотрите? — прищурился он: видимо, все-таки переборщил с алкоголем. — Валентина моложе Владимира на пять лет, к тому же она симпатичная и совсем не такая идиотка, как эта Эльвира. Когда мы с ней идем куда-то вместе, многие думают, что это моя девушка, хотя она старше меня на восемь лет. И вообще… Давно бы бросила этого напыщенного индюка и жила спокойно, гораздо счастливее, чем с ним! К тому же у него не так уж и много денег, просто он любит пыль в глаза пускать! После того как купил этот дом, его семья целый год жила впроголодь, потому что он по уши в долги влез. Маша вообще все вещи за матерью донашивала, Валентина даже шить научилась!

На щеках Вениамина выступили красные пятна. Он снова неожиданно умолк, выплеснув очередную порцию своего негодования. И я еще раз убедилась, что парень не любил своего «родственника» по имени Владимир. Уже узнав характер Вениамина, я поняла, что развивать данную тему сейчас бесполезно: парень опять замкнулся, надулся и на все мои вопросы об отношениях Владимира и Валентины будет только односложно бурчать. И я задала неожиданный вопрос:

— А вы не думаете, что Валентина могла украсть деньги у собственного мужа?

Вениамин тут же поднял голову и недоуменно уставился на меня.

— Нет, — наконец покачал он головой. — Однозначно нет. Зачем ей это?

— Чтобы бросить тень на Эльвиру, к примеру.

— Нет, она женщина прямая и на такие интриги неспособна, — заявил Вениамин. — Она может закатить скандал, высказать все открыто, обозвать последними словами, но… Чтобы вот так, вряд ли. Очень вряд ли.

— А Эльвира?

— Эльвира… — с презрением проговорил Вениамин, — слишком глупа, чтобы даже додуматься до такого. Ее мозгов хватит лишь на то, чтобы раздвинуть ноги перед Владимиром, а потом представить все так, что он должен ее по жизни содержать за подобную жертвенность.

— А может быть, она додумалась до этого не сама? — продолжала предполагать я. — Может быть, у нее есть сообщник? Какой-нибудь молодой парень, о котором никто в фирме не знает?