зону в то время, пока стрелок был повёрнут к нему спиной.
Естественно, сидящий среди камней человек мог в любой миг изменить свою схему, и старатель понимал, что тогда ему придётся непросто. В руках у дозорного был автомат Сёмушкина семьдесят четвёртого года выпуска, или по простому АС-74, с кустарным глушителем на вытянутом стволе, а значит пальнуть на поражение он не побоится.
Значительного шума при таком выстреле точно не будет.
Дед мог поднять винтовку и приголубить оппонента шариком в невнимательную головушку, но сомневался в том, что это правильное решение. Парни могут быть своими, из общины, хотя на старателей не тянут и не обладают нужной сноровкой. Может быть новички… а может кто-то чужой и оттого вдвойне опасный.
Втискиваясь в совсем крохотное пространство между скособоченной, разбитой двухметровой вывеской и стеной, Дед нервничал. В его голову лезли мысли о том, что риск не оправдан, а возложенная на него задача может сохранить жизни целой ораве людей, запертой сейчас на заводе, к которому стянулись изменённые со всей округи.
Он умел убивать. Мог расправиться с дозорным и воспользовавшись его автоматом перещёлкать людей в магазинах. Мог заставить их залечь, пользуясь темнотой, отсутствием целых химических ламп под потолком и слабым техническим оснащением условных противников, попросту разорвать дистанцию.
Но цена таким решениям это жизни. Одна, или несколько.
Приподнявшись, Дед совместил оптику прицела с чужой головой. Парень был молод, по кавказски бородат, поросль шла по краю его челюсти, но усы были выбриты. На затылке вязаная шапочка, нос крючком, почти как у Борза. Может быть он такой же, как и напарник — чеченец. Так же молится своему богу, так же чтит его законы, так же, как и он, защищает свои друзей.
Нажать на спусковую скобу…
Спрыгнуть с перрона и добраться до лёжки пока народ пытается понять в чём дело…
Завладеть хорошей позицией и автоматом…
Открыть огонь…
Старатель взглянул в сторону магазинчиков. Там продолжали мелькать лучи фонарей. C толикой раздражения он подумал о том, что у остальных незнакомцев могут быть контурные прицелы и тепловизоры. Заниматься мародёркой с такими причиндалами невозможно, вот и используют фонари, хотя куда там. Экипировка так себе, гражданские и рабочие шмотки. По поверхности в таких не побродишь, вмиг хапнешь дозу радиации или чего похуже. Значит пришли тоннелями. Кроме какой-то “холодной” загогулины на поясе одного из мародёров оружия он не видел, поэтому оценить опасность в полной мере не мог.
По всему выходило что нужно щёлкать бородатого и валить дальше по низинной улице, рассчитывая разорвать дистанцию раньше, чем потенциальные враги найдут его и возьмут на прицел.
Но “щёлкать” легко. Этим любой пустоголовый дебил заниматься может — людей убивать. По мнению Деда, он сам, бывший машинист, а ныне один из лучших старателей, дебилом не был.
“А значит что?…”
На этом “значит что” Дед порядочно так подзавис, потея каждый раз, когда стрелок на противоположном перроне двигался и прикладывался к своему прицелу. Драгоценные секунды утекали сквозь пальцы, и старатель признавал для самого себя, что выпади другие расклады, он бы прибил паренька не задумываясь.
Но кто-то свыше словно специально поставил старателя перед выбором… и он выбрал.
Дед поднял оружие, прижал приклад к плечу и обратившись в слух, выждал удобный момент для выстрела. Палец привычно опустился на спусковую скобу и нажал, никакой отдачи у винтовки не было, лишь характерный, тихий звук ушедшего в цель шарика.
На соседнем перроне щёлкнуло, это снаряд угодил в нужную точку, приводя в негодность тепловизор на чужом автомате.
Звук столкновения вышел гораздо громче самого выстрела.
Старатель рванулся вперёд, прямо в темноту под перроном, и спрыгнув на рельсы, бросился бежать вдоль стены. Сопровождающие его забег звуки не укрылись от кавказца, но погружённый в темноту, он не сразу понял почему его прицел перестал работать.
Для парня всё произошло неожиданно, по его автомату что-то ударило, словно свалившийся с потолка камушек. Попытка взглянуть в прицел в сторону противоположного перрона не увенчалась успехом, прицел не работал.
В общий групповой чат интерфейса полетели удивлённые текстовые сообщения. Это еще один мородёр спрашивал, что творится снаружи. Он услышал топот за люком в техническую ячейку и не понимал, насколько там безопасно и может ли он выйти за новой сумкой.
Люди напряглись. Требовали у дозорного ответа, а тот растерялся и засуетился. Включил и выключил дивайс, но это ничего не дало и только пробежавшись по нему пальцами, он обнаружил поломку.
Луч фонаря прорезал темноту и заметался по рельсам, но Дед был уже далеко. Словно спринтер, за те пару десятков секунд, которые потребовались дозорному чтобы узнать о поломке, он отмахал почти сорок метров тоннельного пространства, разрывая тем самым дистанцию и попросту выпадая из радиуса, который мог покрыть обычный налобный фонарик.
К тому моменту, когда мародёры аккуратно прощупали местность, прислушиваясь и крадучись пробираясь вдоль магазинчиков, старатель был уже далеко. Он сделал ставку на эффект неожиданности и нагло проскочил опасный участок прямо по парамагнитным рельсам.
Не сказать, что это хорошо отразилось на его самочувствии, зато риск быть подстреленным уменьшился до ничтожных значений.
Вспотевший, с дрожащими от усталости ногами, он добрался до ближайшего поворота на второстепенную улицу и притаился на его углу, наблюдая как со стороны поворота нет-нет да и блеснёт лучик света.
Погони не было, но выпрыгивать из штанов от радости Дед не спешил. Проверка радиостанции ничего не дала, и старатель догадывался почему. Дальше по тоннелю стояла полузакрытая аварийная переборка. Массивная металлическая плита не смогла перекрыть низинную улицу, несущие стены получили серьёзные повреждения во время сейсмических сдвигов и механизм сломался, преодолев примерно восемьдесят процентов своего пути.
Сейчас металлическая махина нависала над рельсами скособоченной скалой и казалось, что она свалиться от любого дуновения ветра. Но это впечатление было обманчивым.
Поравнявшись с аварийным шлюзом, Дед задрал голову. Со стороны плита выглядела так, будто висит в воздухе, но на самом деле, один из её углов во время падения плотно вошёл в массивную потолочную балку да так и застрял, останавливая и делая аварийный шлюз молчаливым памятником случившейся катастрофы.
Когда-то, у этого шлюза погибло немало людей.
Свернув под прикрытие стального гиганта, старатель присел на корточки рассматривая мусор под своими ногами. Близость незнакомых людей продолжала его нервировать, именно поэтому он поспешил скрыть свой силуэт за преградой. Так было легче на душе и не возникало ощущение угрозы.
Пол у переборки был усеян костяной трухой. Во время аварии здесь были люди. Их раздавило и перемололо, в
