Хотя, немец сразу всё уловил и явно обрадовался. Это ведь ещё дополнительные расходы и, может, и сильно больше, чем на само транспортное средство. И культура безопасности. Всё нужно! Потом, и шпионить не надо. Все новинки сами авторы и предоставили. Скорее всего, немцы разработают и что-то своё, но у нас и знания точно посвежей, и образцы получше будут.
— Арина Васильевна, князь Борис, баронесса Александра, мы очень рады, что наше сотрудничество всё больше расширяется. Выпуск ваших зонтов и разных принадлежностей к велосипедам в Германской империи особой трудности не представляет. Как вы и хотите, создадим очередные совместные производства. Вы получите достойную долю! И обязательно будет открыты мастерские по их производству в Петербурге. Можете не сомневаться!
А мы не сильно сомневались! Конечно, барон твёрдо пообещал, что на всё будут оформлены патенты на нас. Насчёт сестры я попросил особо. Как раз с ней мы всё и продумали, и частично аксессуары к велосипедам изготовила именно она. Ей ещё замуж за достойного кавалера выходить надо. Лучше с хорошим приданым. А тётя Арина и её поверенные подадут прошения уже на российские привилегии на изобретения. Но, боюсь, что немецкие патенты мы получим раньше. Хотя, не страшно. Экипировка для велосипедов уж точно будет выпускаться на нашем совместном производстве или для неё. Так что, без своей доли мы не останемся.
Да, барон Николаи оказался даже чересчур настойчивым. Он, похоже, решил полностью воспользоваться этой встречей. Нам пришлось сделать немцам много и других уступок! Хотя, тётя Арина спокойно согласилась и на немецкие патенты на охотничью и, конечно, и защитную формы. А, что делать, время идёт! Наши идеи недолго своровать! Без денег останемся! Да и российские власти, похоже, не собирались препятствовать очередному разглашению сведений о наших изобретениях. Немцы намеревались хлопатать для получения нужных разрешений сами. И, конечно, и на этот раз мы решили им довериться. Хотя, у нас и не было другого выхода. Тем более, как рассказал барон Николаи, дела с велосипедом, и даже в Германии сохранившим название «Volhov», неплохо двигались. Скоро там в Веймаре и Берлине могло начаться и их производство. Жаль, что в Киреше наша мастерская пока только строилась. Чтобы всё оборудовать, надо не менее пары месяцев. Может, за лето управимся? Хотя, там в помощь Дормидонту Исаевичу уже прибыли несколько немецких инженеров и работников. Совместное же предприятие. Моё участие особо и не требовалось. Люди взрослые и умелые, и без какого-то там мальца прекрасно справлялись.
А ещё барон Николаи без всяких условий пообещал нам полное содействие в строительстве консервного заводика, как и намечалось, в Киреше. Раз сам и предлагал. Конечно, тоже с помощью немцев и предоставлением необходимых технологий, оборудования и, главное, специалистов! Хотя, ничего такого тайного. И полностью взаимный интерес. Тут всем уже крутила тётя Арина.
И напоследок, хотя, может, это было и ошибкой, я обратился к барону с немного необычной просьбой:
— Э, herr барон, извините, пожалуйста, можно выяснить у Вас один вопрос? Уж Вы точно должны знать. Скажите, а в Германской империи остались родственники бабушки Агнессы? А то мы о них ничего не знаем. Если остались, то, хоть и поздно, нам хотелось бы наладить с ними хоть какие-то отношения. Что ни говори, нельзя забывать родственников. И Ваша помощь была бы важной.
Хотя, давно надо было. Просто я ещё толком не пришёл в себя после всего пережитого, оттого не спешил. Но пора начинать жить полной жизнью. И родственники бабушки Агнессы, пусть и немцы, тоже родственники. Не стоит от них отказываться.
И немец нисколько этому не удивился:
— Конечно, остались, князь Борис. У freifrau Агнессы имелись как старшие брат с сестрой, так и младшие. Можно вас обрадовать. У них остались и дети, и внуки. Вы вместе с баронессой Александрой даже можете навестить как раз в Веймаре дядю Альфреда, младшего брата вашей бабушки. Ему уже шестьдесят пять лет, но пока чувствует себя хорошо. К сожалению, другие ваши две тёти и дядя умерли. Но все их дети и внуки уже знают о вас и гордятся вами. Просто пока они не решались обратиться к вам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И мы с Александрой и на самом деле обрадовались. Ведь, если подумать, они все нам очень даже близкие родственники! Мне так важно было чувствовать себя не одиноким. И в нынешние времена родственные связи тоже много значили!
Барон отдал нам небольшую папку с перечнем родственников и данными о них. Оказалось, что у бабушки Агнессы как бы остались дюжина племянников и племянниц, пусть уже и не всех живых, так и раза в два больше их детей. Они, конечно, жили своей жизнью и, честно говоря, по немецким понятиям бедно, и давно не вспоминали свою несчастную родственницу и её потомков. С другой стороны, без титулов, но как бы тоже дворяне. Это только у бабушки Агнессы оказался баронский титул. И недавние мои успехи всколыхнули и их. Всё же, хоть и русский, но родственник! Пусть и немцы, и бедные, но они мне тоже были нужны! Особенно оттого, что немцы! Да, я сам только недавно, ага, считался у некоторых бедным родственником.
— Знаете, herr барон, мы с сестрой сильно рады! Нам память о бабушке очень дорога. У нас и в России много родственников, но и немецкие лишними не будут. Нам самим пока трудно будет выехать в Германскую империю, но всех родственников, кто приедет к нам в гости, мы встретим тепло. Они в этом могут быть уверены!
Я сел и тут же накатал несколько очень тёплых писем нашим немецким родственникам. Я от своего имени и сестры, также тёти Арины пригласил всех в гости и даже пожить, пообещав оказать посильную помощь. Конечно, на немецком языке. У сестры с ним пока было не очень. Ничего, научится. Хотя, и она написала пару писем, пусть и на французском. Наши письма предназначались, прежде всего, дяде Альфреду, а потом и некоторым другим детям покойных тёток и дяди. Вдруг действительно приедут? Может, и нужные нам специалисты? Ничего, если подойдут, всех примем!
Барон Николаи пообещал отправить письма дипломатической почтой и обязательно передать их. Честно говоря, он был доволен.
А нам в любом случае надо было налаживать родственные отношения. Если так подумать, со стороны отца у нас только и оставались родственники бабушки! Один в поле всё равно не воин! А так, глядишь, у меня появится своя ветка родственников!
* * *
— И как успехи, Генрих? Вижу, что довольны. И наряд у Вас какой-то странный. Хотя, кожаная куртка мне однозначно нравится.
— Так это, herr секретарь, защитная одежда для велосипедистов. Кажется, и у нас что-то такое готовили, но вещи мальчика намного лучше. О некоторых из них наши специалисты вообще не подумали. Оказалось, тоже нужны. Придётся начать производить именно эту одежду. Велосипеды почти готовы, а вот создать и изготовить свою защитную одежду мы не успеваем.
— Мне кажется, Генрих, что эти вещи можно использовать не только при езде на велосипедах? Они явно подойдут и военным. И такую куртку я бы заказал и для себя. Даже для повседневной носки. Она неплохо подошла бы весной и осенью, да и в промозглую погоду тоже. А то в этом Петербурге всегда холодно и сыро.
— Теперь не страшно будет, herr секретарь. Мальчик придумал и складной зонт. Удобная вещь. И его тётя согласна и на передачу прав на выпуск охотничьей и защитной формы у нас в Империи. Впереди, конечно, ещё переговоры, и всё надо оформить как надо, но, думаю, herr секретарь, неожиданностей не будет. Думаю, что договоримся на приемлимых условиях. И, главное, юный князь явно созрел и захотел встретиться с немецкими родственниками. Он даже пригласил их в гости к себе в Россию. Думаю, кто-то из них однозначно приедет. Всё же многие мечтают иметь такого знатного и богатого родственника. А юный князь, как мы успели убедиться, не так уж прижимист и им обязательно поможет. Похоже, мальчик даже намерен пристроить их у себя в этом Киреше. В общем-то, неплохо задумал. Тем более, и на производстве велосипедов, и консервном заводе нужны инженеры и прочие работники. И это нам на руку. Жаль, но тётя успела привить ему именно русские черты.
