Зайфрид. (Эмербергу) Останови его! Он должен драться! Я императору хочу ответить, — Не трогал я его, он нападал И был убит мной при самозащите.
Эмерберг сражается с оруженосцем.
Оруженосец Эй, где вы, Милота?
Эмерберг
Сдавайся!
Оруженосец
Боже!
(Сраженный, падает к ногам короля.)
Оттокар (обнажая меч)
Ну, что ж!
Входит Милота.
Оттокар Эй, Милота, мне помоги!
3 а й ф р и д Друг или враг?
Милота
Вам, господа, не враг! Здесь на Моравию лежит дорога?
Оттокар
Эй, Милота!
Милота Вам кланяется Бенеш Фон Дидиц, брат мой; он, сойдя с ума, Преставился, и дочка брата, Берта, Над гробом буйствует. Так я пойду. Прощайте, сударь. Я вам не помеха. (Закутавшись в плащ, уходит.)
• Оттокар
Уходишь ты, — и как тебя бранить… Но все-таки я был твоим сеньором, И, значит, ты подлец! Прощай навеки!
3 а й ф р и д
Сдавайся!
Оттокар В плен взять хочешь Оттокара? Придется драться!
(Тяжело ступая на раненую ногу.)
Ну, нога, держи! Болеть не время!.. Дайте мне дорогу!..
3 а й ф р и д Ты проиграл; смотри, — твои бегут! В глубине сцены видны бегущие богемцы.
Оттокар Ты лжешь! Богемцы не отступят! Прочь!
Зайфрид и Эмерберг (подняв мечи)
Ни с места!
С австрийским знаменем в руках, направляясь в глубину сцены, появляется Генрих фон Лихтенштейн.
Лихтенштейн Враг бежит! Вперед, австрийцы! Оттокар Да стойте, бабы! Дай пройти!
Зайфрид
В могилу!
Не дальше!
Оттокар (нанося удар) Знай богемца!
Зайфрид (отвечая)
Знай австрийца! Оттокар (снова нанося удар) Здесь Оттокар!
Зайфрид
Здесь Меренберг и бог! (Убивает его.)
Оттокар падает, быстро поднимается, делает, качаясь, несколько шагов и падает мертвым у подножия холма.
Эмерберг Что ты наделал! Преступил запрет!
Меренберг стоит неподвижно, опустив руки.
Генрих фон Лихтенштейн (возвращаясь) Победа! Враг бежит! Ура, австрийцы!
Рудольф (входит в сопровождении свиты) Довольно убивать! Щадите слабых! Что здесь? Ты отчего окаменел? Как, Оттокар — поверженный, убитый! Твоих рук дело! Уходи, убийца, Прочь с глаз моих навек!
Меренберг убегает.
Пусть по домам Идут богемцы. Всех оповестите: Тот, за кого они сражались, мертв!
Елизавета (за сценой)
Спасите!
Рудольф Кто кричал!
Елизавета (войдя, бросается к ногам императора) Ах, государь, Помилосердствуйте! Ломают, жгут, Покойников в покое не оставят! Прошу защиты!
Рудольф Окажите помощь!
Кто ты такая?
Елизавета
Камеристкой я Была у королевы Маргариты, А вот ее, покойницу, несут.
Четверо мужчин в сопровождении одетых в траур женщин
вносят гроб.
Рудольф Взгляни, там твой покойный господин!
Елизавета Он умер? Господи, как раз тогда, Когда в нем пробуждаться стала кротость. Туда поставьте гроб. Хоть после смерти Пусть, наконец, они соединятся.
Гроб ставят на возвышение, в головах у Оттокара. Входит королева, за ней Цавиш и Берта.
Королева В плену король Богемский, говорят?
Рудольф Он здесь, твой муж!
С воплем дрожащая королева падает на колени. Цавиш стоит, опустив голову.
(Продолжая.)
У ног своей жены, Которая женой ему осталась, Своей кончиной это подтвердив.
Берта
(взобравшаяся на возвышение за гробом и опиравшаяся на него локтями, теперь стучит по гробу и говорит) Пришел твой муж, открой-ка, Маргарита!
Среди многочисленных пленных вводят и канцлера, который торопится подойти к гробу.
Канцлер Мой бедный, мой заблудший государь!
(Кладет голову Оттокара к себе на колени.)
Рудольф Ты без одежд и пышных украшений Теперь лежишь, прославленный король; Из твоего несметного богатства Не уцелело даже покрывала Тебе на саван. Мантию свою, К которой так упорно ты стремился, Снимаю я, чтобы тебя покрыть.
(Покрывает его своей мантией.) Ты будешь погребен как император,
Хотя и умер как последний нищий. Его перенести велю я в Лаа, Пускай он там лежит по-королевски До погребения в фамильном склепе. (Обнажает голову и тихо молится.)
Остальные следуют его примеру. Кунигунда закрывает лицо. Цавиш неподвижно глядит в одну точку. Пауза.
Берта
(все еще склоняясь на крышку гроба) И прости нам долги наши… И не введи нас во искушение…
Рудольф
И не введи во искушение нас, боже! Теперь, мой сын, пред этим мертвецом, Который королем когда-то был, Прими свое австрийское наследство.
По его знаку оба его сына опускаются на колени. Он обращается по преимуществу к старшему.
Будь благостен и продолжай свой род, Пусть слава добрая о нем идет; А ты во всем опорой брату будь! Но если надоумит вас гордыня Все покорить себе на всей земле, Припомните об этом короле, Припомните тогда, хоть на мгновенье, Его величье и его паденье. Встань! Встань и ты! И никогда отныне Не становитесь больше на колени. Привет тебе, владетелю страны! Приветствуйте его и громко славьте! И, точно грома вольного раскат, Пусть славу Австрии провозгласят!
Все
Да будет вольной Австрия вовеки!
Под звуки фанфар и радостные клики все опускаются на колени, чтобы принести присягу.
Занавес падает.
