Читаем без скачивания Дополнение к Путешествию на Запад - Юэ Дун

—  Учитель, когда будет на то ваше соизволение, я приду к вам просить наставлений, — сказал он и снова поклонился.

Проводив учителя Юэ, Сунь Укун взвился в воздух, сбросил с себя императорскую корону, халат с драконами, железные "туфли, смягчающие чувства", отшвырнул квадратную яшмовую печать Императора Яньло и улетел прочь.

Рассказывают, что где-то в Шаньдуне была харчевня, хозяин которой давно расстался со своими волосами и зубами. Никто не знал, сколько веков прожил он на свете. День-деньской старик сидел в своей харчевне и торговал разной снедью. На полотнище его заведения было написано: "Харчевня Нового Древнего", а внизу маленькими иероглифами добавлено: "Первоначальное имя: "Новый Отшельник".

Случилось так, что, когда Новый Отшельник пришел обратно из Мира Забвения, Яшмовые Ворота были крепко заперты, и он не смог пройти в Мир Древних. Тогда он остался в Мире Будущего и, дабы прокормиться, открыл харчевню. Но родину свою он не забыл и стал именовать себя Новый Древний.

В тот день старик сидел в своей харчевне и попивал чай, как вдруг с воплем "Ну и запах!" к нему вбежал Сунь Укун.

—  Милости прошу, почтенный, — обратился к нему хозяин.

— А ты кто такой и как смеешь называть меня почтенным? — закричал Сунь Укун.

— Я современник древних и современный древний. Если я скажу вам, кто я такой, вы просто посмеетесь надо мной, — ответил Новый Древний.

— Давай выкладывай, я смеяться не буду, — сказал Сунь Укун.

—   Я — Новый Отшельник и раньше жил в Мире Древних.

Тут Сунь Укун тотчас отвесил старику поклон и воскликнул:

—  Новый Благодетель! Если бы не ваша милость, нелегко было бы мне пролезть через Яшмовые Ворота!

Новый Древний подивился словами незнакомца, и тогда Сунь Укун назвал ему свое имя и рассказал о своих приключениях. Новый Древний выслушал его историю и рассмеялся:

— Что ж, почтенный Сунь, вы и в самом деле должны поклониться мне в ноги!

— Нечего зубы скалить, — с обидой проговорил Сунь Укун. —Скажите лучше, откуда здесь этот запах не то тухлой рыбы, не то загона для овец?

—  Если он вам по душе, оставайтесь здесь жить, а если нет — поспешите уехать. Тут поблизости, за стеной, живут татары. Если побудете рядом с ними, сами провоняете насквозь.

Услышав эти слова, Сунь Укун подумал: "Я с головы до ног покрыт шерстью. Если пропитаюсь этим мерзким запахом, стану просто-напросто вонючей обезьяной. Однако ж я только что был Императором Яньло и допрашивал одного господина по имени Синь Гуй, а потом велел разрезать его на тысячу частей и десять тысяч кусочков. Не следует забывать, что Синь Шихуан и Синь Гуй принадлежат к одному и тому же роду Синь. Если Синь Гуй и не был потомком Синь Шихуана, они все же родня, и Синь Шихуан наверняка затаил на меня обиду и так просто не отдаст мне свой Колокол, передвигающий Горы. А если я краду у него этот Колокол, не избежать мне позора. Поэтому не стану я спешить выбираться из этого зеркала, а лучше расспрошу хорошенько Нового Отшельника". И Сунь Укун спросил:

— Новый Благодетель, не знаете ли вы, как добраться до Зеленого-Зеленого Мира?

— Каким путем пришли, таким и уйдете, — ответил Новый Древний.

—  Что за хитрый чаньский разговор! — воскликнул Сунь Укун. — Каким путем я пришел, я знаю. Но спускаться из Мира Древних в Мир Будущего было легко, а вот подниматься из Мира Будущего в Мир Древних будет трудно.

—  Ну, если за этим дело стало, ступайте за мной! — сказал Новый Древний. Он схватил Сунь Укуна за руку и потащил куда- то. Вскоре они подошли к пруду с зеленой водой. Не говоря ни слова, Новый Древний толкнул Сунь Укуна в воду, и бултых! — Сунь Укун свалился прямо в Башню Зеркал.

Он глядел-глядел вокруг, но так и не отыскал зеркала, через которое попал в башню. Боясь потерять время и задержать в пути учителя, Сунь Укун стал искать выход из башни. Долго рассматривал он стеклянные стены, но никакой двери не нашел и даже немного струхнул. Сунь Укун распахнул два стеклянных окна, однако за ними оказалась лишь резная решетка, покрытая красным лаком. К счастью, в решетке были довольно большие дыры, и Сунь Укун попробовал протиснуться в одну из них. Мог ли он знать, что судьба в тот час не благоволила ему и что решетка может оказаться коварной ловушкой! То, что с виду было резной решеткой, внезапно превратилось в сотни красных нитей, которые так прочно опутали Сунь Укуна, что он и пальцем не мог пошевелить. Тогда Сунь Укун оборотился маленькой жемчужиной, но красные нити тут же стали сетью для ловли жемчуга. Не в силах выбраться из нее, Сунь Укун превратился в меч с голубым клинком, но красные нити в тот же миг стали ножнами. Делать нечего — пришлось Сунь Укуну вернуть себе свой прежний облик.

—   Учитель, где вы? — закричал он. — Если бы вы только знали, в какую беду попал ваш ученик! — И слезы ручьем полились из его глаз.

Вдруг перед ним блеснул яркий свет, и в воздухе появился какой-то старец. Низко поклонившись Сунь Укуну, он спросил:

—   Великий Мудрен, почему вы здесь?

Плача и причитая, Сунь Укун рассказал старцу, как он оказался в Башне Зеркал.

— Вам неведомо, что это Зеленый-Зеленый Мир, царство Владыки Маленькой Луны, — объяснил старец. — Хотя Владыка Маленькой Луны родом из ученых мужей, но, став правителем, проводит дни в пустых забавах. Вы попали во Дворец Шестидесяти Четырех Гексаграмм и, впав в помрачение, оказались в "Зале Вьющихся Лоз", что соответствует гексаграмме "Связывание". Я помогу вам выпутаться из красных нитей, и вы сможете отправиться на поиски вашего учителя.

—   О, если вы, уважаемый, сделаете это, я до конца своих дней буду благодарен вам за доброту! — роняя слезы, проговорил Сунь Укун.

Старец разорвал одну за другой красные нити, и Сунь Укун, освободившись из плена, с низким поклоном спросил его:

— Как зовут вас, уважаемый? Когда я встречусь с Буддой, я попрошу его зачесть вам это благое деяние и записать его в реестр заслуг.

— Великий Мудрец, меня зовут Сунь Укун, — ответил старец.

— Как? — вскричал Сунь Укун. — Вас тоже зовут Сунь Укун? Возможно ли, чтобы в реестре заслуг значились два Сунь Укуна'? Расскажите мне про себя, чтобы мне были известны обстоятельства вашей жизни.

—   История моей жизни любого напугает до смерти! — ответил старик. — Пятьсот лет тому назад я решил завладеть Небесным Дворцом и править там самому. Яшмовый Император назначил меня смотрителем небесных конюшен. Великий Мудрец, Равный Небу, — это я. Тяжело мне пришлось, когда меня придавили Горой Пяти Стихий, а потом я пошел вместе с Танским монахом искать "плод истины". По дороге в Западный Рай нас подстерегали опасности и неудачи, и вот я очутился здесь, в Зеленом-Зеленом Мире.

Тут Сунь Укун пришел в ярость.

— Ах ты, подлая шестиухая обезьяна! — в ярости заорал Сунь Укун. — Ты снова бегаешь за мной? А ну-ка, отведай моего посоха! — Он вытащил из уха свой посох и замахнулся на старика.

Старик подхватил рукава своего халата и поспешил прочь, крикнув на ходу:

— Вот что зовется "спасать себя самим собой"! Ты поддельное принимаешь за подлинное, а подлинное — за поддельное. Мне жаль тебя!

В глазах Сунь Укуну ударил луч золотого света, и старик исчез. Только теперь Сунь Укун понял, что ему являлось его подлинное сознание. И он тотчас низко поклонился, чтобы поблагодарить самого себя.

Сознание, спасающее сознание, — это сознание, которое пребывает, надо полагать, за пределами самого сознания. Сознание, находящееся за пределами сознания, — это не иначе как заблудшее сознание. Но как сознание само себя может спасти ? Когда Сунь Укун поддался искушениям Демона Желаний, его сознание заблудилось. А его настоящее сознание само по себе само себя осознало. Сознание, спасающее заблудшее сознание, и есть настоящее сознание.

ГЛАВА ОДИНАДЦАТАЯ

Поблагодарив себя, Сунь Укун спустился на землю и подошел к воротам. На каменной плите над воротами были выбиты слова: "Дворец Гексаграммы Сдерживание Ограничения". С перекладины ворот свисала цепь червонного золота с вырезанной из зеленой яшмы гексаграммой ''Сдерживание". На одной створке ворот были нарисованы волнующиеся воды, на другой — тихая водная гладь.

Сунь Укун хотел было пойти дальше, но остановился, с тревогой подумав: "Раз в Зеленом-Зеленом Мире есть ловушки вроде красных нитей, тут не походишь как попало. Сперва надо осмотреть ворота, хорошенько все разведать, а уж потом идти искать моего старого наставника".

Он вошел в восточную створку ворот и увидел прилепленный к сводчатому потолку лист бумаги. На нем было написано: "Общая сумма жалованья плотникам, каменщикам и разнорабочим, строившим Дворец Гексаграммы Сдерживание. Главный Дворец Гексаграммы Сдерживание: шестьдесят четыре больших и малых комнаты.Плотники: шестнадцать тысячлянов серебра. Каменщики: восемнадцать тысяч и один лян серебра. Разнорабочие: пятьдесят четыре тысячи и шестьдесят лянов серебра и семь чохов ровно.