Похоже, она уже много значит для него, независимо от того, признает он это или нет.
Может быть, сказал он себе, доставая зазвонивший телефон. Может быть.
Звонили издалека, и это могло значить все, что угодно. Он не на дежурстве, так что может не отвечать, пусть сообщение запишется… если это не Эмили.
– Да? – рявкнул он в телефон, все еще раздраженный.
– Дрю.
Ласковый голос Эмили пробудил в нем инстинкты защитника и заставил забиться сердце.
– Что случилось?
– Да ничего. Ну, не совсем ничего. – Она звучно выдохнула. – Я заблудилась. Ну, не совсем заблудилась. Села не на тот автобус. Попала в не очень хорошее место.
Его охватила тревога, мгновенно вытеснившая всю злость и досаду.
– Где ты сейчас?
– Китайский театр Граумана. – Еще один шумный вздох. – Сегодня воскресенье, автобусы кончают ходить рано. Извини, что я тебя беспокою, но я просто не знаю, что делать.
Может, Голливудский бульвар в темное время суток и интересное место для туристов и местных оригиналов, но одинокой женщине там делать нечего.
Он прикинул расстояние от Санта-Моники и приплюсовал время на борьбу с уличным движением.
– Буду через тридцать минут.
Ее облегчение можно было почти пощупать.
– Спасибо. Я буду в наружном комплексе, торчать у дороги я больше не собираюсь.
– Как у дороги? – Дрю нахмурился.
– Я хотела поймать такси, а дождалась только неприличного предложения от одного лысого толстяка, – весело поделилась она.
Тревога за безопасность Эмили не помешала ему хохотнуть.
– Уже выезжаю, дорогая, – проговорил он на ходу, направляясь в дом, чтобы распрощаться.
А интересно, может рыцарь натереть себе зад на воображаемом белом коне?
Глава восьмая
В сгустившейся над городом темноте Эмили любовалась мишурой огней, превращающих город в призрачную сказочную страну. Уличные артисты, выманивающие деньги у простодушных туристов, любознательные пешеходы, глазеющие на красоты исторических памятников.
С каждой минутой ее охватывали все большие тревога и страх. Прижавшись к стене театра под разукрашенным медным карнизом, поблизости от бетонной плиты с отпечатком следов Лиз Тэйлор, она с нетерпением дожидалась Дрю. Было неловко звонить ему после того, как она заявила, что без труда обойдется местным транспортом. И она бы обошлась – если бы думала, что делает, а не погружалась в грезы о нем!
У нее болели ноги. Нужно было разносить как следует новые сандалии, прежде чем мотаться в них по всей Калифорнии. Голубая безрукавка и теоретически свободные «плотницкие» джинсы липли к влажному телу. И вдобавок она не выспалась.
Ну, что до больных ног, виновата она сама, мокрая одежда – это погода, а вот спать ей не давал Дрю – черт бы его побрал.
Обычно она спала довольно крепко и засыпала без труда. Но прошедшей ночью, стоило ей закрыть глаза, воображение подсовывало такие картины…
Ну, не совсем воображение, мысленно поправила она себя, а повторяющееся воспоминание того поцелуя – оглушающего и завораживающего. Ощущение его рук на теле… Даже теперь она чувствовала шероховатость его кожи, что не давало обрести хладнокровие. А как забыть электрический разряд, пронзивший ее, когда он привлек ее к себе так близко, что их разделяла только одежда – да и ту Эмили охотно скинула бы. Вот только он слишком быстро очухался…
Эмили не была скромной девственницей. Возможно, список бывших любовников у нее не такой длинный, как у некоторых ее подруг, но свое она получила, пусть и выбирала мужчин по-глупому. Однако ее беспокоило, что один-единственный поцелуй смог привести ее в подобное состояние. Такого еще не случалось.
Но что за поцелуй! Только подумать об этих соблазнительных губах, и грудь уже поднимается, а по коже бегут мурашки, невзирая на адскую жару.
И этот его ужасный массаж. Хорошо бы о нем не думать, так же, как и о собственном поведении, – но не выходит. Эмили никогда раньше не массировали ноги.
Ясно, что она стала жертвой чувственного обаяния Дрю. Добровольной жертвой. Но что может поделать женщина, когда ее так целуют, а потом делают массаж ног?
Дрю появился совсем не вовремя. Ей и так хватает проблем, нужно принимать важные решения, зачем все усложнять, вступая в связь с мужчиной? Да и не просто с мужчиной, а с таким, какому женщины дюжинами кидаются на шею. Или, по крайней мере, оставляют ему телефонные послания.
Правда, сама Эмили упала к его ногам вполне реально, без намека на притворство, но это еще не значит, что она хочет стать очередной строкой в его записной книжке.
Мимо проплыли две женщины: слишком много краски, гигантские парики, пятидюймовые каблуки с платформами, мини без намека на скромность. Эмили подхватила с земли рюкзак и отошла подальше во дворик, к плитам с именами Натали Вуд и Джейн Уаймен.
Может быть, Дрю присваивает своим дамам определенное число звездочек? Или у него своя система классификации самочек, добивающихся его внимания?
– Он может, – буркнула она себе под нос. Одна звездочка для тех, кто всегда говорит «нет», две – для женщин, достойных сопровождать его на семейное торжество.
Она не спускала глаз с двигающихся машин, высматривая большой черный автомобиль Дрю. Наверно, что-то случилось с ее гормонами. Вполне нормальное объяснение. Или же она просто давно не имела секса.
Впрочем, никакие умственные выверты не могли прогнать беспомощную уверенность, что ее к нему безжалостно влечет. И еще одно осложнение: вопреки себе, Эмили верила, что Дрю вполне способен оказаться Настоящим Мужчиной.
Сегодня, беседуя с бабушкой, она сказала, что жизнь никогда не бывает такой, какой должна быть. Вот и ее пятилетний план разлетелся вдребезги; оттого что персонал фирмы сократили, любовник оказался неверен, а она – беременна.
Эмили уже собралась, по примеру туристов, сравнить размер своей ноги с отпечатком, оставленным Джейн Уаймен, когда в поле ее зрения попал Дрю. Он направился к ней, и она сразу приободрилась. При этом тут же сказала себе, что попросту рада видеть его, поскольку он может погрузить ее полуживое тело в машину и отвезти домой.
Все ты врешь, Эмили Дуган. Один его вид восхищает тебя – вот и вся твоя радость.
На лбу у Дрю появилась складка, и взгляд его стал озабоченным.
– С тобой все хорошо?
– Прекрасно, – ответила она, улыбаясь, и подтянула рюкзак повыше. – Устала, но чувствую себя нормально. – Теперь, когда ты здесь, мысленно добавила она.
Он забрал у нее рюкзак.
– Сейчас доставлю тебя домой, – мягко проговорил он, переплетая ее пальцы со своими.
Пульс у Эмили ускорился. Нет, нарушенный гормональный баланс ни при чем. Ее реакции, физические и эмоциональные, вызваны непреодолимой притягательностью этого человека, магическим током, пробегавшим между ними, а также ее всепоглощающим желанием, сконцентрированным на этом соблазнителе. Который, без сомнения, разобьет ее бедное сердце, дай ему только возможность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
