Широкий холл с каменными стенами украшали шпалеры с изображениями пейзажей — синее море, замершее перед штормом, и кусты винограда со свисающими вниз гроздьями урожая. У потолка факелы горели магическим огнём, а витражи на окне пропускали мягкий вечерний свет.
Быстрые шаги по коридору отвлекли меня от осмотра, и я остановилась в ожидании. Через минуту передо мной возникла довольно колоритная дама. Худая, как жердь, бледная, как будто ни разу не была на солнце, с серыми волосами, собранными в тугой пучок на затылке. Она являла собой образ женщины, которым при случае пугают детей за непослушание. Я не могла представить себе человека, настолько непохожего на виденных мной драконов за всё это время. Драконы по самой своей сути были проводниками жизни, они ей искрились, были полны радости, что выражалось как во внешности, так и в самом их существовании. Пышные формы, яркие образы, весёлый смех — всё это было отличительной чертой драконов. Тем страннее было сейчас смотреть на эту женщину.
— Герцогиня. — Она не спрашивала, а утверждала без какого-либо почтения в голосе.
— С кем имею честь? — про честь здесь речи не шло абсолютно, чёрт бы побрал эти правила этикета, заученные с младенчества.
— Леди Марджери, экономка. Прошу вас следовать за мной. — И она, не дожидаясь, развернулась и прошла в обратную от меня сторону.
Ну что ж, если я хочу, чтобы моё пребывание здесь было хоть сколько-нибудь комфортным, то надо для начала присмотреться к окружению. Поэтому, затолкнув поглубже своё недовольство и возмущение, отправилась вслед за ней. Надеюсь, хоть чемоданы не надо будет самой нести, про распаковку речи уже не шло.
На удивление, меня, чуть замешкавшуюся в коридоре, ждали молча. Хотя на лице неледи Марджери — решила называть её именно так — было написано всё, что она обо мне думает. Пройдя в тишине по коридору и поднявшись на второй этаж, мы остановились перед белой резной дверью.
— Ваши покои, герцогиня. Вещи уже доставлены, служанка разберёт их завтра. — Она хотела уже было уйти, как я остановила её.
— Прикажите подать легкий ужин, ничего жирного и тяжёлого. — Есть, конечно, я ещё не хотела, но, зная о том, что здесь уже вечер, решила заранее озаботиться проблемой ужина.
— Уже вечер, и кухня закрыта. — Она поджала губы, и они, на моё удивление, стали ещё тоньше, превратившись в одну сплошную линию.
— Леди Марджери, вы действительно считаете, что беременной герцогине следует испытывать чувство голода лишь в часы работы кухни? А в остальное время вы, видимо, полагаете, что я буду довольствоваться водой из кувшина? — Не знаю, какие именно герцог ей дал указания. Но вряд ли там был запрет на приём пищи. К тому же он сам сказал, что от меня зависит благополучие ребёнка, так что делаю всё как он и велел.
— Ужин будет подан к вам в комнату в течение получаса, герцогиня. — Сделав, на мой взгляд, абсолютно издевательский и неуместный в данной ситуации поклон, она отправилась вниз.
Что ж, если каждая моя просьба будет исполняться с таким боем, то я стану даже сильнее самой старой фрейлины её величества, а она, по слухам, повидала немало.
Глава 10.2
Комната была чудесна. Просторная и светлая, с уютным убранством, она как нельзя лучше подходила сейчас под моё настроение. Первая комната была приёмной, небольшой столик из светлого дерева, обитый голубым бархатом стул и светлая ткань на стенах, а пол по обыкновению устилал ковёр с длинным ворсом. Дальше шла спальня с отдельными выходами в гардеробную и ванную комнаты. Неплохо для той, кого выгнали из замка ради любовницы.
Здесь ничего не говорило о том, что я нахожусь в опале, всё было настолько изысканно и настолько продумано, что я даже пожалела о том, что всё не случилось раньше. Большая кровать, резные ставни на открытых окнах, цветы в горшках на полу. Это напомнило мне мой кабинет в замке герцога, оформление и обстановку которого я придумывала сама.
Чемоданы и сумки стояли около входа в гардеробную, и я принялась разбирать некоторые. Для начала достала легкое ночное платье и банные принадлежности, оставив остальное служанке на завтра. Климат здесь был совсем другой, намного теплее, чем в доме герцога. Да и влажность выше, мои волосы уже завились от неё, превращая причёску в нечто непонятное.
Оставив принесённый ужин на потом, всё равно под стазисом не потеряет своей свежести, открыла свой блокнот.
Итак, для начала стоит наметить список дел первой необходимости. Мне нужны платья, с таким жарким климатом всё, что есть у меня, можно выкинуть, так как надеть я это не смогу. То есть завтра я еду в город к модистке. Надеюсь, что на этот раз мне позволят выбрать портниху самой. Вторым пунктом стала встреча с управляющим — всё же это моё имение, без права передачи кому-либо ещё. Интересно, знает ли об этом неледи? В том, что она приставлена ко мне герцогом, я не сомневалась. Должен же кто-то ему сообщать, как я себя веду, насколько кротка и как рьяно показываю, что у нас в отношениях всё хорошо. Осталось понять, все ли мне здесь враги или найдутся те, кто будет верен именно мне, как хозяйке поместья. Обдумывая всё это, корила себя за то, что прежде не интересовалась делами вверенного мне поместья. Что мне стоило написать сюда да встретиться с управляющим? Возможно, и этой Марджери сейчас здесь бы и не было. Но, окрылённая новым статусом, новыми привилегиями, я потеряла себя за покупкой драгоценностей, за ремонтом в замке, ведь с новой герцогиней должно быть всё по-новому. Поглощённая праздными заботами, я совсем ничего не замечала вокруг себя и все странности списывала на своё незнание законов государства. Хотя кто бы мне мешал их изучить? Получается, что я сама, поверив в сладкую сказку об истинности, загнала себя в этот угол. Да уж, винить кого-то другого проще. Когда же все факты говорят о том, что ты сам виноват во всем, что сейчас с тобой происходит, то себя не обвинять становится как-то сложнее.
Я зажгла светильник на столе у окна и замерла, обдумывая всё, что узнала сегодня.
Утро в замке герцога началось не так, как обычно. Я встала засветло, чувствуя, что надо ещё раз поговорить с Дереком, быстро умылась и отправилась на его поиски. Лесси в комнату так и не приходила, поэтому и остановить меня было некому. В спальне герцог ожидаемо не появлялся, а комната на четвёртом этаже встретила меня закрытыми дверьми. Хотела было вернуться обратно к себе, как приглушённые голоса привлекли внимание. Неприметная дверь, ничем не отличающаяся от любой другой, была немного приоткрыта. Я, сняв обувь, чтобы шуметь как можно меньше, подкралась ближе. Одного из говоривших я точно знала, это был мой неверный муж. Второй же голос как будто слышала впервые, он был чем-то искажён, и я не могла понять, точно знала ли говорившего. Стальные нотки в голосе пригвождали к полу, так и хотелось пасть ниц и делать всё, что он скажет. Усилием воли сбросила с себя морок и прислушалась, ведь разговор мог как-то касаться меня.
— Всё пошло не по плану. — Дерек был зол, но что меня удивило больше всего, так это интонация, с которой он это говорил. Заискивающая и даже раболепная. Интересно, кто же этот собеседник, что перед ним преклоняется один из сильнейших драконов государства?
— Ты сам виноват, не мог подождать, пока она не уедет? Ну либо закрывать двери, в конце концов жена должна слушаться мужа, а не разгуливать там, где ей не место.
— Простите меня, Л… — это так было непохоже на поведение герцога, которое я привыкла видеть. Просит прощения, лебезит. Стало так противно. От того, что он оказался таким, от того, что я могла полюбить это. Как мало, оказывается, надо, чтобы убить чувства. Даже после вчерашнего я не испытывала к нему столько отвращения, как сейчас. Женщина на стороне, ну допустим, такое случалось и в нашем мире. Одна рожает детей, другая в это время согревает постель. А в итоге довольный муж, счастливая в своём незнании или неверии жена, и третья сторона, моральный облик которой явно сомнителен. Но это его пресмыкание перед кем-то другим, отсутствие уважения к самому себе опускало его в моих глазах ещё ниже. Стирая всё, что я чувствовала к нему эти месяцы, заталкивая мои чувства в такой тёмный чулан, что я не знала, есть ли там вообще дно.
