Каждую неделю я взвешивалась и измеряла объем груди, талии, бедер, записывая все показатели в таблицу. И о чудо: 105–88–110 уменьшились до 98–75–98! Один взгляд на эти цифры служил стимулом для того, чтобы отказаться от некоторых продуктов. Я питалась правильно, много двигалась, а потому лучше спала и в целом чувствовала себя бодрее. Исправилась осанка, поднялось настроение. Я продолжала есть сладкое, но понемногу: например, одно-два печенья, но никак не шесть.
Я представить себе не могла, что тренировки могут доставлять удовольствие и станут неотъемлемой частью моей жизни.
При этом мне по-прежнему было трудно справляться со стрессом, пока я не поняла, что с ним делать. В один из дней, когда меня накрыла депрессия, я пришла к Данике. Заниматься фитнесом мне совсем не хотелось. Я сидела на диване, уставившись в стену.
– Что случилось? – спросила подруга.
– Все плохо, – ответила я. – Сегодня утром заехала к Вирджинии, чтобы отвезти ей подарок ко дню рождения. Ей через неделю предстоит операция. Она ходила по всему дому и надписывала все вещи, чтобы дети знали, что кому достанется после ее смерти. Вот какой у человека пессимистический настрой! А потом я проверяла свои счета и увидела, что у меня долги по двум овердрафтам.
– Ну что ж, – сказала Даника с веселым смехом, – сейчас мы поработаем, и ты почувствуешь себя куда лучше!
Так оно и случилось! После этого я поняла, что фитнес действует всегда – даже тогда, когда у тебя совсем нет желания им заниматься. Он не только доставляет удовольствие, но и служит лекарством от депрессии, помогает противостоять стрессу, учит терпению, гибкости и спокойствию.
Джо РасселлГлава 3
Нам свойственно ошибаться
Я перестану беспокоиться о прошлом. Я направлю энергию на то, что нужно сделать сегодня, чтобы завтрашний день стал лучше.
Ричард Симмонс. Книга надеждыСладкие хроники
Можешь позволить себе зайти настолько далеко, насколько сможешь, чтобы вернуться обратно.
Мик Джаггер
Одиннадцать месяцев в году я отношусь к еде разумно, но всякий раз в декабре моя сила воли куда-то улетучивается. Я как маленькая девочка стою возле духовки. Вслед за таймером считаю минуты, с нетерпением ожидая первой партии печенья с шоколадной крошкой и домашнего десерта из арахисового масла, на котором отпечатывается узор в виде клеточек. Мне хорошо известно: если позволю себе лишнее, у меня раздует живот и лопнут штаны. Но я все равно не могу не есть эти вкусности! Речь идет не о двух-трех печеньях и чашечке кофе, а о целых пригоршнях лакомства. И не просто за завтраком или вечером перед телевизором – нет, я тянусь к ним в течение двух предрождественских недель всякий раз, когда прохожу мимо вазочки с выпечкой. В конце праздничного застолья я собираю все остатки печенья, пирогов и пирожных и вручаю их нашим детям (их у нас четверо, и все уже взрослые) и внукам.
– Возьмите это с собой, – обычно умоляю я. – Мы поклялись больше не есть сладкого!
Так я говорю каждый раз. Как птицы, возвращающиеся по весне в родные края, заводят одни и те же песни, так и я ежегодно даю себе зарок вернуться к здоровым привычкам.
Все, праздники кончились. Я больше не буду. Честно!
И вот рождественская суета миновала. 27 декабря я открываю морозильник и достаю оттуда коробку с овощными бургерами. В ней спрятано несколько завернутых в полиэтилен арахисовых печений. Я разворачиваю одно, а еще пять собираюсь засунуть поглубже между коробками с замороженными продуктами. С острым чувством вины я вспоминаю печальный закон: «Минута во рту, всю жизнь на бедрах».
И тут же решаю съесть две штуки – видимо чтобы жир на бедрах отложился симметрично. Медленно и с наслаждением я прожевываю каждый кусочек. Знаю, последние четыре печенья тоже долго не протянут. Но потом наступит новая жизнь. За год я успею позабыть их вкус.
Первого января я просыпаюсь голодная. От печенья остались одни воспоминания.
Возможно, мне не удастся бегом преодолеть полосу препятствий, но хорошо уже и то, что я подняла себя с дивана и заставила двигаться.
Пора реформировать свой режим. Я настроена серьезно и тянусь за коробкой с овсянкой. Сейчас сварю ее и съем без всякого сахара. Приправлю для вкуса корицей и добавлю чуть-чуть голубики для сладости. Начну следовать антиоксидантной диете и сейчас же, не откладывая в долгий ящик, займусь фитнесом. Пока каша остывает, несколько раз пробегусь туда и обратно по лестнице, ведущей в подвал. Запущу метаболизм, разогрею внутренний двигатель, чтобы он сразу сжигал любые попадающие в организм калории. Три раза я пробегаю по лестнице туда и обратно. Для меня это не проблема. На третьем «круге», правда, приходится сбавить темп, так как я уже сильно запыхалась. Отдышавшись, я открываю дверцы кухонного шкафа, но глубокой тарелки не нахожу. Все они в посудомоечной машине. Тогда я тянусь за выцветшей желтой пластиковой миской, стоящей в дальнем углу. И тут из нее выпадают три зачерствевших (потому что не завернуты в пакет) шоколадных печенья. У меня текут слюнки, как у собаки Павлова, и я тут же запихиваю в рот все три трофея. За этим делом и застает меня муж.
– А что у нас на завтрак? – спрашивает он, входя в кухню.
– Офшаная кафа, – мычу я с набитым ртом. Не хватало только весело завилять хвостиком для полноты картины.
Я судорожно пытаюсь разжевать твердое как камень печенье и уже начинаю подумывать о том, чтобы выплюнуть его. Но не могу. Наверное, кофе поможет растворить эти ссохшиеся куски? С трудом проглотив последний из них, я клянусь, что положу этому конец.
Мне давно пора привести себя в порядок. Но я все откладываю, каждый раз нахожу оправдания. Вот лишь некоторые из них: беговая дорожка стоит в подвале, и мне неохота спускаться и подниматься по лестнице. Или: для прогулки по улице слишком холодно. До работы нет времени, чтобы пройтись – хотя бы по магазину или по какому-нибудь другому закрытому помещению, – а после работы я слишком устаю.
Пока я писала эти строки, все запрятанные запасы сладостей кончились. Я начала уже строить планы на весну. Скоро придется облачаться в облегающий спортивный костюм и примеривать новый купальник. Уже предвкушаю, как буду его покупать – обязательно на размер меньше, а не больше. Сейчас я делаю маленькие шаги к тому, чтобы достичь своей цели – похудеть на пять килограммов. Добившись ее, я начну работать над тем, чтобы скинуть еще пять. Я знаю, чего ждать на этом пути: непросто вытащить на свет божий «стройную версию себя», скрывающуюся в нынешнем полноватом теле. Это будет настоящее чудо. И потребуется время, чтобы постепенно снять все накопившиеся «слои». Они наросли из-за того, что я долго и упорно уговаривала себя: «пара печений ни на что не повлияет», «сделать зарядку можно и завтра», «люби себя такой, какая ты есть», «с возрастом все набирают вес», «твои ягодицы не такие уж и толстые».
Не знаю, насколько объективно я могу оценивать свою тыльную часть в ростовом зеркале, но все же она мне кажется действительно толстой. А скопившийся на животе жир напоминает беременность. Если я достигну первой цели и скину пять килограммов, то таким образом избавлюсь от этого «малыша», которого я зову Толстяк. А затем надо будет работать над тем, чтобы отделаться от его пятикилограммового брата-близнеца, именуемого Пузырь.
Недавно я начала гулять во время обеденного перерыва. А приходя домой с работы, я не ложусь на диван, а сажусь в кресло и делаю упражнения для рук и ног с утяжеленным мячом. Кроме того, я тренирую свои «скрипучие» колени и по три раза спускаюсь и поднимаюсь утром и вечером по лестнице, ведущей в подвал. Когда я открываю холодильник и достаю большую канистру с молоком (около четырех литров), то несколько раз поднимаю ее над головой. Я танцую, расставляя на столе тарелки перед ужином, и хожу по дому, высоко поднимая колени. Когда проходящий мимо муж видит, что я лежу на полу, это не значит, что я отдыхаю после потребления контрабандно добытого печенья. Нет, на самом деле я собираюсь делать растяжки и скручивания для пресса. А что, если попробовать сделать перекат перед тем, как подняться? Перекаты мне еще предстоит совершенствовать.
Одиннадцать месяцев в году я отношусь к еде разумно, но всякий раз в декабре моя сила воли куда-то улетучивается.
Я продвигаюсь вперед понемногу и не ставлю перед собой сверхзадач. Возможно, мне не удастся бегом преодолеть полосу препятствий, но хорошо уже и то, что я подняла себя с дивана и заставила двигаться. Малые шаги приносят значительные плоды: менее чем за пять недель уходят те два с половиной килограмма, которые я набрала во время сладких праздников.
Скоро начнут возвращаться с зимовки птицы, но я заведу не старую, а новую песню. Честное слово!
