в самородном состоянии попадается. С учетом, что в пещерах горы Масленой, облюбованных летучими мышами, обнаружил гигантское количество селитры, скапливающейся там веками, можно подумать о порохе. Правда пушки лить не получится, так что мечты о порохе откладываю в дальний ящик, а вот селитру как удобрение, использую. А еще из селитры и серного колчедана получил серную кислоту, а из нее и азотную, что дает огромные возможности, но тоже в будущем. Можно изготовить нитрат серебра и использовать его как напыление светоотражающей поверхности стекла и будет зеркало. Только залежей серебра тут нет. Можно и из нитрата золота, но это явно дороже, хотя понятие дороже в моей ситуации попаданства, еще тот вопрос. Ну, а вишенка на торте — изыскал более десятка золотых жил.
Глава 7
За десять дней я с парнями вскопали и засеяли три гектара огорода. Настало боле менее свободное время. Пора испытать шлюп, да и заодно и поохотится на косуль.
На испытание судна отправились все. Хотя и шли против течения и курсом в бейдевинд и ветер был не больше 4 м/с, шли со скоростью около 5 узлов, что было побыстрее каяка на веслах. Река не море и не озеро, приходилось часто совершать повороты, курс ветра менялся на галфвинд, возвращался в бейдевинд и даже один раз был встречным, так что пришлось лавировать. Ребята держались уверенно, хождение под парусом на каяке не прошло даром. Через полтора часа подошли к обычному месту высадки. Шлюп поставили на якорь в двух метрах от берега и по сходням сошли на берег.
Отрабатывали разведку чужой территории. Ребята, разбившись по двойкам, прикрывая друг друга, продвигались вперед. Через три километра лес стал редеть. Взобрался на дерево для визуального наблюдения. Увиденное мне не понравилось. В двух километрах на юге шел бой. И не просто бой, а небольшое сражение.
Обороняющиеся, около полутора сотен мужчин, женщин и детей, находились в вагенбурге, внутри образованного двадцатью повозками круга. Практически все отстреливались из луков, от окруживших их около двухсот всадников, которые непрерывно скача по круги, из луков обстреливали обороняющихся. В перестрелке из луков, перевес был на стороне засевших в вагенбурге. В сражении наступала тупиковая ситуация. Хотя нападавших было больше, но они не могли прорваться во внутрь укрепления и при этом несли потери. У обороняющихся положение было получше, но стрелы и среди них находили свои жертвы.
Спустившись, дал племени знаками команду взобраться на деревья. А когда сам вернулся на наблюдательный пункт, то ситуация в сражении изменилась. Обороняющиеся предприняли вылазку. Волы раздвинули две повозки и в образовавшийся проем с места в галоп помчались чуть больше тридцати конников, вооруженных длинными копьями. Вылазка оказалась неожиданной для нападавших. Строй тяжелой конницы ворвалась в нападавших, сметая все на своем пути. Атака оказалась убийственной. Мгновенно нападавшие потеряли убитыми 50–60 человек. Даже если кто был ранен или просто упал с коня, шансов выжить под копытами равны нулю.
После удачного таранного удара, защитники не отошли за укрытие, и вылазка переросла в собачью свалку. И тут сказалось численное преимущество нападавших, при этом лучники, находящие в вагенбурге, не стреляли, боясь попасть в своих.
Оставшиеся от вылазки защитников два всадника пытаются отступить, вернуться в укрытие, но буквально в пяти метрах от ворот, их стрелами сбивают с лошадей. И тут защитники, вместо того, чтобы закрыть проход, пытаются помочь своим воинам, несколько женщин бросились к раненым.
Несмотря, что нападавших осталось менее двадцать, они на хвосте убегающих, врываются во внутрь укрепления и начинается безжалостная резня. Раненых, стариков, детей, способных носить оружие, а также младенцев убивают, женщин насилуют и затем убивают. Забирают только 13 детишек в возрасте 3–4 лет, которые могут идти самостоятельно. Связывают их между собой в цепочку, перекидывая веревку им через голову и отправляют метров на пятьсот в сторону от лагеря. А дальше начинается сбор трофеев, которые укладываются в пять кибиток.
Победа далась дорогой ценой. У нападавших погибло около двухсот воинов. Осталось семнадцать и то среди них есть легко раненные. А трофеев не так и много, всего две лошади, одиннадцать из сорока волов и отара овец из тридцати голов, которой повезло не попасть под раздачу, поскольку их перед боем отправили пастись на свободе. Есть еще оружие, доспехи, утварь, одежда, да клеть с курами.
Трое степняков, исходя из их вытянутого черепа, скорее всего гуннов, остались в лагере сарматов, в это время только у них был таранный удар и кибитки на колесах, освежевать туши волов. Идентифицирую их как гуннов и сарматов, исходя из советского довоенного учебника истории за 5 класс. В довоенное время история и археология в стране в почете были. Могильников вскрыли немерено, даже до могилы Тамерлана добрались. Десять человек переносили тела соплеменников в овраг, двое охраняли оставшийся табун в голов в сто, пасущийся в стороне, с отарой овец и волами. Еще один охранял полоненных детей и обустраивал лагерь, поставил три шатра, там же был и их вождь, видимо сильно пораненный, так как в шатер его переносили на руках.
Собрал племя на небольшой полянке и только хотел дать команду на отход домой…
— Володя… — дергает меня за рукав Лада. — Мы должны освободить детей!
Оборачиваюсь, все племя смотрит на меня, глаз не отводят, во взоре уверенность и решимость.
— Их семнадцать человек, все опытные воины. Если мы и сможем незаметно подобраться к трем гуннам, занимающимися тушами волов и их убьем, то остальные нас просто из луков расстреляют.
— Так надо ночью напасть, когда они спать будут, — возражает Эвика. Остальные в поддержку утвердительно кивают головами.
С сомнением качаю головой. Однако, молодежь неистово отстаивает необходимость ночного нападения и освобождении детей.
После оценки всех за и против, согласился с их доводами. Гунны после боя устали, идет откат адреналина, да еще до ночи будут перетаскивать трупы и хоронить, со свежеванием волов тоже быстро не получится. Да и пополнее в племя необходимо.
— Хорошо. Ночью нападаем. А сейчас перекусываем и отдыхаем.
Перекусили пеммиканом, парням приказал до ночи спать, на дежурство поставил девчонок. Сам тоже прилег, долго ворочался, но все же заснул.
Проснулся сумерках в девять вечера. Девчонок отправил спать. Гунны только закончили переносить трупы в овраг и пытались засыпать братскую могилу. Получалось плохо, мечами рыхлили землю и руками прикапывали. Троица освежевала только половину волов. Через час, когда уже совсем стемнело, гунны направились в лагерь, поели и еще через час лагерь погрузился в сон.
В три часа ночи с
