Республиканцы же называли свои И-16 «Моска». Дело тут, вероятно, отнюдь не в гипотетическом сходстве самолета с мошкой. На ящиках, в которых прибывали в Испанию самолеты, крупными буквами было написано «МОСКВА». «МОСКВА» превратилось в «Моску».
Во второй половине дня 15 ноября пилотам И-16 удалось атаковать над городом группу из пяти «Юнкерсов» и семи Ro-37bis, коих прикрывал эскорт из шести Не-51 и двенадцати «Фиатов». Однако пилоты истребителей националистов вовремя заметили приближение «крыс» и, резко начав боевой разворот, атаковали их до того, как те смогли приблизиться к бомбардировщикам. В итоге последние смогли беспрепятственно сбросить бомбы на город и удалиться, в то время как в воздухе завязался упорный бой между истребителями. По его итогам летчикам Денисову и Черных записали по одной победе.
Утром 16 ноября Ju-52 в сопровождении CR-32 бомбили позиции республиканцев в районе больницы Клинико и казарм Монтанья. И-16 завязали воздушный бой с «Фиатами», однако перестрелка закончилась без потерь с обеих сторон. На следующий день был сбит третий И-16.
18 ноября три И-16 из 1-й эскадрильи вылетели на перехват группы итальянских бомбардировщиков Ro-37bis. Однако летевшие без истребительного прикрытия бипланы вовсе не оказались легкой мишенью для «ишаков». Обладая меньшей скоростью, они быстро маневрировали и уклонялись от атак, а бортстрелки вели при этом плотный заградительный огонь. В итоге, несмотря на многочисленные атаки, все бомбардировщики смогли вернуться на свою базу. Правда, пилот одного из Ro-37bis был ранен и при посадке его самолет потерпел аварию. Летчик и бортстрелок при этом погибли.
Кроме дневных, периодически совершались еще и ночные налеты на испанскую столицу. Газета «Правда» опубликовала по этому поводу репортаж журналиста Михаила Кольцова:
«18 ноября. Мадрид горит. На улицах светло, жарко, но это не день, а ночь. Мадрид горит, его подожгли германские бомбы с воздуха.
Горят общественные здания, гостиницы, лазареты, институты, большой корпус Национальной библиотеки, рынок и церковь на площади Кармен. Горят без конца жилые дома. Пожарные части сбились с ног. А если бы их было и в пять раз больше, все равно не хватило бы сил. Фашистской авиацией подожжена большая часть города. Пожарные, милиция и добровольцы стараются только предупредить осложнения – взрывы и излишнюю гибель людей. Они спешат перерезать газопроводы, выносят бензин и изолируют соседние дома.
В горестном молчании тысячи людей вытаскивают из квартир свой скарб – тюфяки, детей, завернутых в одеяла, и идут… Куда?
Три часа ночи. Бомбардировка продолжается. Еще вчера фашистской авиации нужны были осветительные ракеты. Сегодня пылающий город сам себя освещает, и опьяненные зрелищем пожаров убийцы все приходят и приходят, все кидают новые бомбы в уходящих жителей, в пожарных, в новые и новые живые мишени… Рынок на площади Кармен пылает горячим жадным огнем. Сюда только недавно привезли продовольствие. Завтра целый район города останется голодным. На холме, в красивом парке, пылает дворец герцогов Альбе – сокровищница искусств, одна из главнейших достопримечательностей Мадрида и Испании».
Тысячи жителей все эти дни отсиживались в метро, которое являлось самым надежным бомбоубежищем.
19 ноября около 40 Ju-52/3m и SM-81 в сопровождении 16 CR-32 совершили новый массированный налет на Мадрид. На перехват им поднялась 1-я эскадрилья Grupo 21. По итогам воздушного боя советские летчики записали на свой счет сразу семь самолетов противника, что было явным преувеличением. Подтверждение побед в Испании было делом сложным, так как единой линии фронта не существовало, отследить места падения часто не представлялось возможным и донесения, как правило, составлялись на основании показаний других пилотов, участвовавших в бою.
Налеты на Мадрид в течение 16–19 ноября стали самыми массированными за всю войну. Несмотря на отчаянные усилия Особой бригады, только 16-го числа в результате авиаударов в городе было убито и ранено свыше 500 человек, а 19-го более тысячи, причем среди раненых оказались даже три британских дипломата. Было разрушено около 100 зданий, еще несколько десятков получили повреждения.
Тем временем националистам стало ясно, что овладеть Мадридом не удастся. 23 ноября на совещании с генералами в Хетафе Франко с неудовольствием заметил, что, несмотря на огромные потери, «красные» все же смогли отстоять столицу. В связи с этим была проведена реорганизация войск. Из состава Северной армии была выделена новая, Центральная, под командованием генерала Андреса Саликета, которой предстояло вести уже не наступление, а лишь оборонять отвоеванные у республики территории. Однако бомбардировки Мадрида было решено продолжать, чтобы не давать жителям и защитникам спокойно жить.
Утром 5 декабря пять Ju-52/3m под прикрытием 15 истребителей в очередной раз пролетели над испанской столицей, сбросив на нее фугасные и зажигательные бомбы. При этом вылет прошел без противодействия со стороны республиканской авиации. В 13.00 начался второй налет с участием шести «Юнкерсов» и 14 «Фиатов». На сей раз в воздух были подняты три десятка истребителей, в том числе 13 И-16. После упорного боя был сбит CR-32 Антонио Ларсимонта Пергамени, на счету которого к этому моменту было четыре победы. Советские самолеты вернулись на аэродромы без потерь.
6 декабря бомбардировщики путчистов снова совершили налет на Мадрид. В его отражении участвовали 20 истребителей И-15 и И-16. Командир 1-й эскадрильи капитан Колесников потом писал в рапорте: «В 11.30 эскадрилья была вызвана по тревоге на Мадрид против появившихся «Юнкерсов». Это был 3-й вызов по счету. Прилетев к Мадриду («Юнкерсов» там не было), заметили 2 группы «Хейнкелей» (по 7 самолетов каждая), круживших с левым кругом на высоте 3000 метров над Каса-дель-Кампо. Моя высота была 2000 метров, и я принял решение зайти им в хвост со стороны солнца, набирая высоту по дороге; маневр удался, пятеркой (остальные самолеты остались в районе Посуэло) я набрал 3100 метров, вышел в хвост последней семерки и пошел на сближение. «Хейнкели» нас заметили уже тогда, когда дистанция между нами была 300 метров; вся семерка сразу же заметалась, расстроив свой парадный строй, но было уже поздно, вся пятерка наших самолетов, ведя огонь, прошла буквально через строй, чуть не задевая друг за друга. В этот раз было сбито 2 «Хейнкеля». Один из сбитых Не-51 был записан на счет самого Колесникова.
И-16 вылетали не только на перехват конкретных целей, но и на свободную охоту. Так, 8 декабря шестерка истребителей из 2-й эскадрильи в ходе одного из таких полетов случайно встретила группу из девяти Не-51, прикрывавших тройку бомбардировщиков Ju-52. Увидев стремительно приближающиеся «крысы», пилоты «Юнкерсов» сразу же взяли штурвалы на себя и стали уходить в облака, в то время как «Хейнкели» начали боевой разворот и вступили в бой. Однако в данном случае удача была на стороне республиканцев, сумевших «завалить» один биплан.
В 13.00 16 декабря в районе столицы произошло еще одно крупное сражение. В это время на подступах к городу появились 30 бомбардировщиков в сопровождении 25 CR-32 и Не-51. На подходе к цели они были атакованы большой группой И-16 и И-15 (в общей сложности 36 машин). В результате без потерь со своей стороны советским летчикам удалось сбить четыре «Хейнкеля» и один «Фиат».
20 декабря произошел еще один бой между шестью И-16 из 2-й эскадрильи и шестью CR-32. На сей раз снова была ничья, однако уже при посадке на своем аэродроме один «Фиат» потерпел катастрофу. Стало ли это следствием полученных в бою повреждений, неизвестно. Так или иначе, опыт показал, что, несмотря на преимущество И-16 в скорости, более маневренные и хорошо вооруженные бипланы вполне могли биться с ним на равных. Даже удачно зайдя в хвост и открыв огонь, пилотам «ишаков» зачастую не удавалось сбить противника из-за низкой эффективности своих 7,6-мм пулеметов.
В этот же день произошел еще один бой, на сей раз закончившийся для советских летчиков плачевно. Звено из трех «ишаков», вылетевшее на свободную охоту, было внезапно атаковано со стороны солнца пятеркой CR-32. В результате франкисты буквально разнесли в клочья все три машины. Таким образом, за месяц с небольшим Особая бригада потеряла в боях семь И-16 и еще несколько разбились в результате аварий.
22 декабря очередной воздушный бой также закончился победой итальянцев. Без потерь со своей стороны «Фиаты» сбили один «ишак».
Что касается немецких Не-51, то их пилоты находились в гораздо худшем положении, чем итальянцы. Устаревший биплан явно не годился для боев с современными истребителями противника. Немецкие летчики после понесенных в декабре потерь чувствовали себя удручающе. Обер-лейтенант Харро Хардер писал по этому поводу в дневнике: «Общая организация просто ужасна. Полное ощущение того, что это приключение организовано некомпетентными штабными офицерами. Где результаты, оправдывающие операции? Почему мы не имеем лучших истребителей? Русские самолеты превосходят наши машины по всем характеристикам».
