Читаем без скачивания Александр - Михаил Ланцов

Но не стоит обольщаться такой вовлеченностью, так как знакомство оказалось не таким однозначно положительным, как ожидал великий князь. В сущности, все эти действия на палубах перешли, с благословления Саши, в системное русло не из-за эффективности Муай тая, а из-за того, что солдат и матросов нужно было чем-то занять. Это он еще в армии хорошо усвоил, что безделье худший враг дисциплины.

Так вот, Александр служил всего четыре года в воздушно-десантных войсках, но и этого хватило, чтобы стать очень неприятным сюрпризом для сиамских мастеров рукопашного боя. Ситуация оказалась традиционной. Дело в том, что восточные боевые искусства, даже такие сугубо прикладные как Муай тай, были рассчитаны для совершенно других весовых категорий. Ну что может сделать мужик массой тела в 45 кг с гармонично прокачанным кабаном с тушей порядка 70–80 кг? Синяков наставит? А если у кабана удар поставленный? Это как бокс в разных весовых категориях. Вот и тут получилось так же. Русская боевая традиция, которая отразилась в рукопашном бою, которому учили Александра в армии, оказалась совершенным сюрпризом для жителей Сиама. Особенно после парочки нокаутов с четко прилетевшего кулака. Само собой — не касаясь элементов борьбы, к которым жители южных стран оказались совершенно не готовы. При этом следует учитывать, что Саша был трезвый, добродушный и без монтировки.

Подобное обстоятельство очень сильно огорчило великого князя и заставило его пересмотреть свои планы на использование сиамцев, завернув губы по поводу попытки переложить на чужие плечи создание школы рукопашного боя. Что безмерно печалило Сашу.

Когда-то давно, еще до армии, Александр не понимал, какой смысл уделять так много сил рукопашному бою при наличии совершенного стрелкового оружия. Однако потом, когда послужил и повоевал, его осенила природная простота и очевидность сакрального смысла этого действа. Ни прикладной пользы в реальных боях, ни внутренняя целостность и некое мистическое самосовершенствование не есть то, что приносят боевые искусства. Все это обычные глупости и мистификации рекламных уловок, призванных либо разрекламировать свой товар, либо свою национальную культуру. Главное в рукопашном бою — это развитие боевого духа, которое и оправдывает те силы и время, которые уходят на, казалось бы бесполезное занятие. Эта дисциплина, по большому счету, нужна только для одной и очень простой цели — развить решительность в бойце, способность его к борьбе и сопротивлению. То есть, подготовить человека психологически в любой момент «пересесть с трактора на танк и так ударить по врагу…»

Кейптаун не радовал. Довольно унылый приморский городок. Впрочем, Александра интересовал не он.

Известия о том, что в Капскую колонию Великобритании заедет жених дочери королевы Виктории достиг берегов Южной Африки задолго до прибытия Александра. Поэтому сэр Филипп Эдмонд Вудхаус явился в порт сразу же, как только заметили на горизонте русский флаг. Пропустить такое событие в этом захолустье было бы верхом безрассудства, особенно для такого опытного колониального «администратора».

Короткая беседа, прогулка по довольно убогому городу, приятный ужин и уже на следующий день — участие в запланированной по случаю приезда будущего зятя королевы Виктории охоты в северных землях Капской колонии. Весело покатались на лошадях, постреляли и вообще — очень приятно провели время. Филипп Вудхаус оказался очень компанейским человеком, особенно после некоторых преференций, которые легли ему персонально в карман. Нужно же подружиться с хорошим человеком. В общей сложности великий князь покутил в Капской колонии на пять тысяч фунтов стерлингов, что было по местным меркам очень прилично. Еще «десятка» ушла в карман сэр Вудхауса. Но подобная бессмыслица делалась не просто так. Это была, своего рода, «разведка боем». Александр прощупывал почву и политическую конъюнктуру, присматриваясь к делам под видом изучения перспектив инвестиций в местную экономику. Собственно из-за этих обещаний сэр Филипп Вудхаус просто наизнанку выворачивался, демонстрируя свою дружбу и искреннее расположение Саше. У них случилась практически любовь, так сказать, с первой взятки.

Ситуация была довольно благоприятной для перспектив развертывания русского присутствия — Капская колония являла собой эпическую дыру, настолько глубокую и гнилую, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Местное население было белым в очень незначительном числе, остальными являлись негры разных мастей и народностей. Причем белые презирали негров, а негры ненавидели белых.

Экономики как таковой не было вообще, как и инфраструктуры за пределами ряда важных портовых городов. Иными словами — страх и ужас. Дела в Трансваале и Оранжевой республике, со слов губернатора, обстояли еще хуже. Хотя куда уж больше… Русская глубинка того времени по сравнению с этой клоакой казалась Александру процветающим Эдемом. Не удивительно, что прирост населения в этих землях за счет иммигрантов шел крайне медленно. А ведь достаточно всего лишь найти золото с алмазами, чтобы все это изменилось, и подобный медвежий уголок превратился в кипящий котел из разного рода авантюристов.

Однако Саша не просто занимался разведкой местности. За те три недели, что экипажам кораблей пришлось вынужденно стоять в порту Кейптауна, получилось провернуть еще одно дельце.

Выше уже говорилось, что опиум, собираемый в Индии, считался худшим, так как содержал массу растительных примесей и мусора, поэтому продавался в Лондоне по три, максимум четыре гинеи за фунт. Турецкий же опий, имевший незначительное количество мусора, шел за семь-восемь. Поэтому, великий князь арендовал в порту несколько пустующих бараков и организовал простейшую переработку низкокачественного опия. Схема была простейшая и очевиднейшая, однако, по какому-то странному стечению обстоятельств ей не пользовались. Так вот. В закипевшую пресную воду опускали опий-сырец и помешивали до того момента, пока он весь не растворится, а разнообразный мусор всплывет на поверхности или осядет кусками на дно. После чего, раствор сцеживали через ткань и выпаривали до получения вязкой консистенции. Ну и упаковывали обратно в бочки.

Работа очень монотонная и не самая приятная по жаре, однако, ни солдаты, ни матросы не роптали, так как перед ее началом, Александр выступил перед ними и объяснил, что к чему. Дескать, опий очень вреден для здоровья, так что, чем больше его сожрут англичане, тем для русских и ирландцев лучше. Но продать много низкокачественного опиума будет сложно. Поэтому нужно немного потрудиться, чтобы эти британские дурачки смели эту гадость «влет». Так что, за три недели восемьдесят тонн низкокачественного индийского опиума превратилось в шестьдесят пять тонн продукта высочайшего класса, который может легко дать фору любому конкуренту на рыке. Само собой, это позволяло выставлять на него совсем другие цены.

В общем, удовлетворив все свое коммерческое любопытство и переработав опий-сырец в рафинированный вариант, великий князь Александр Александрович Романов 25 июня 1863 года отплыл из Кейптауна в сторону Европы. Гонка продолжалась, и впереди Сашу ждало без малого восемь тысяч миль морского пути.

— Ваше императорское высочество, — Элизабет юродствовала, пытаясь выговаривать эти слова самым подобострастным тоном, — вы не похожи сами на себя.

— В самом деле?

— Вы три недели бездельничали и кутили. Что с вами произошло? Я раньше не замечала за вами подобной страсти к развлечениям.

— Ну что ты, Лизонька, конечно же, ты не замечала. И хочу заметить — не могла заметить.

— То есть?

— Давай-ка, расскажи мне, что ты видела в течение этих трех недель?

— Ты просто пил, гулял, заигрывал с местными дамами, раздавая авансы, и вел ни к чему не обязывающие разговоры о делах, куражась перед местной элитой.

— Ха! Наивная чукотская девочка! — Саша подошел к столу, взял яблоко, смачно его откусил и с наглым выражением лица развалился в кресле.

— А что не так?

— Все! Ты увидела то, что и должны были увидеть люди. Но не увидела главного.

— Допустим. Так расскажи дурочке, о, великий, что же ты делал на самом деле.

— Элементарно, Ватсон!

— Что?

— То! Начнем с Филипа Вудхауса. Что это за человек? Обычный колониальный администратор, который всю свою жизнь провел на задворках империи, не имея никаких шансов на место при дворе. Простой человек, лишенных амбиций, но имеющий финансовые интересы, так как ему хочется обеспечить себе безбедную жизнь. Что я с ним сделал? Ничего особенного. Просто расположил к себе, сформировал приятные ассоциации и закрепил добрые отношения взяткой. Причем бесцельной. Фактически, я ему эти деньги просто подарил в знак своих добрых намерений. Уверен, он ни когда в жизни не получал разово десять тысяч фунтов стерлингов.