— У вас неприязнь к рекламному бизнесу?
— Нет, я просто очень мало о нем знаю. Просветите меня!
— О чем бы вы хотели узнать?
— Расскажите мне о ваших клиентах.
— Прикидываетесь или вам действительно интересно?
— Действительно интересно.
Мне хотелось ему поверить. Я стала рассказывать ему о Диане Витерспун, бывшей киноактрисе, секс-кошечке, которая отважно перевалила за шестой десяток и ныне рекламирует средства от артрита; об «Ароматном зерне» — сети капуччино-баров, двадцатидевятилетний владелец которых пьет исключительно ромашковый чай; о компании «Мини-тень», выпускающей солнцезащитные очки для малышей и домашних животных.
Сэм оказался прекрасным слушателем. Он смеялся моим шуткам, становился серьезным, когда я говорила серьезные вещи, задавал точные вопросы по делу вместо традиционных типа: «А правда, что Кэти Курик в жизни так же хороша, как на экране?» Я начала расслабляться, довольная собой. Мне показалось, что Сэм тоже расслабился. Но в этот момент подошел Измет с картой десертов и начал спрашивать, что мы хотели бы заказать. Наш разговор прервался. Все принялись оживленно обсуждать преимущества шоколадного мусса перед крем-брюле, сожалеть о том, что в таком круизе каждому неизбежно грозит растолстеть. Гейл воспользовалась случаем сообщить, что у них с Кеннетом есть персональный тренер, которого пригласили играть небольшую роль в новом фильме с самим Жан-Клодом ван Даммом.
Дальнейшее пребывание за столом получилось несколько скомканным. Измет уже поторапливал нас, потому что ему надо было приготовить стол для новой смены в восемь тридцать. Выходя из ресторана, Сэм заговорил о том, что неплохо было бы посетить какое-нибудь шоу. Судя по расписанию, нам предлагались на выбор комики, оперный певец и человек, ходящий босиком по горящим углям. А потом можно и отправляться на боковую. Последнее замечание подтолкнуло меня поинтересоваться, на какой палубе находится его каюта.
Уже задав вопрос, я расхохоталась: я, которая не назвала бы номер своей каюты даже корабельному священнику, спрашиваю об этом у малознакомого мужчины!
— Вы хорошо себя чувствуете? — поинтересовался Сэм. Мой вопрос явно не показался ему уморительно смешным.
— Вполне, — ответила я со смехом. — Просто отлично!
— На седьмой, — сказал он, разглядывая меня с некоторым недоумением.
— А я выше. На восьмой! — призналась я с радостью.
— Отлично.
Кажется, он не обратил внимания на мое сообщение.
— Надеюсь, завтра увидимся. Всего доброго. — С этими словами он отбыл.
Несколько секунд я смотрела вслед его высокой, крепкой фигуре, уверенно рассекающей толпу пассажиров второй смены, направляющихся в ресторан. Он уже почти скрылся из виду, когда Джеки дернула меня за рукав и поинтересовалась, не пьяна ли я.
— С чего ты взяла?
— Ты флиртуешь с мужчиной, — ответила Джеки. — Я знаю тебя шесть лет, но ни разу не видела, чтобы ты флиртовала с мужчиной.
— Флиртовала? — переспросила я. — Мне показалось, мы просто дружески разговаривали.
— Ладно! Стало быть, вы дружески разговаривали! Я знаю тебя шесть лет, но ни разу не видела, чтобы ты разговаривала дружески с мужчиной!
— Неправда! — возмутилась я и обернулась к Пэт. — Скажи ей!
Пэт молча кивнула.
— Ой, смотрите! — внезапно воскликнула Джеки, указывая на противоположную стену. Там на большом стенде были размещены снимки, которые сделал днем корабельный фотограф. — Пойдем поищем наши!
Нам пришлось пересмотреть больше сотни снимков, прежде чем я наткнулась на тот, где были запечатлены Джеки, Пэт и я. Я вытащила карточку из гнезда, а подруги тем временем искали копии, которые мы заказывали.
Отойдя в сторонку от толпы, я принялась изучать фотографию. На ней был снят момент, когда мы, взявшись под руки, ступали на борт «Принцессы Очарование». Поскольку свои очки с бифокальными стеклами я оставила в каюте, чтобы не привлекать излишнего внимания к своему солидному возрасту, разглядеть снимок хорошенько я не могла. Но и так было понятно, что фотография получилась на славу. (Никто из нас в этот момент не моргнул, не разинул рот и так далее.) Мне удалось рассмотреть также, что на снимке мы были не одни. На заднем плане, возвышаясь над нашими головами, стоял Сэм Пек.
4Мы решили, что слишком устали, чтобы посвятить вечер развлечениям. Час был не слишком поздний — минут двадцать девятого, но позади был тяжелый день, и всем хотелось отдохнуть. В конце концов, это всего-навсего первый вечер. Впереди еще шесть.
Тем не менее мы устроились в каюте Пэт. По прибранной постели и двум шоколадным медалям на подушке можно было понять, что Кингсли уже потрудился. Пэт бережно поместила обе шоколадки в специальную дорожную сумочку для сувениров. Еще мы заметили, что ее испачканная блузка исчезла; Алберт Муллинз, как и обещал, позвонил ей в каюту спустя десять минут после прихода (она едва успела переодеться), попросил вывесить блузку снаружи на ручку двери и пообещал позаботиться о дальнейшем.
— Похоже, этот Алберт — человек слова, — сказала Джеки. — А еще похоже, что он положил глаз на тебя, Пэт.
— Тебя послушать, — хихикнула Пэт, — так можно подумать, что все только и норовят положить глаз друг на друга! Ты даже решила, что Элен заинтересовалась тем парнем за нашим столом. Это Элен-то!
Я даже не обиделась. Пэт, как и Джеки, никогда не доводилось наблюдать, чтобы я интересовалась мужчинами.
— Ты же сама видела! — воскликнула Джеки. — Она явно положила на него глаз!
— Интересно, почему это вы обсуждаете меня, словно меня здесь нет? — проговорила я из кресла в углу каюты. Пэт с Джеки сидели рядышком на диване.
— А что? Скажешь, ты не положила на него глаз? — не унималась Джеки.
— Конечно, нет! Очень приятный застольный собеседник, только и всего.
Обычно я всем делюсь со своими подругами. Но в данный момент мне почему-то совершенно не хотелось болтать с ними о том, насколько круто я втюрилась в Сэма. Рассказать Джеки и Пэт, что я чувствую, озвучить, так сказать, мои ощущения — нет, от одной мысли об этом меня охватил ужас. А что, если они поднимут меня на смех? Что, если они попробуют меня переубедить? А что, если Джеки сама не прочь приударить за Сэмом? Что, если? Что, если?.. Но самым худшим среди всех этих «если» было другое: а что, если я действительно позволю себе влюбиться в Сэма, завести «курортный роман», может быть, даже решусь лечь с ним в постель «на память», а потом он окажется обычной мразью?
Я решила отвлечь внимание от моей персоны, попробовав перевести разговор на мужчин, которые были в жизни моих подруг. Поскольку мужчин (во множественном числе) ни у кого из них не было, они быстро переключились на своих бывших мужей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
