— Бедуин, ты цел? — завопил Док.
— Порядок.
Мгновение спустя мы уже бежали по перекинутым через ров бревнам.
А вот и моя позиция с ПК. Все на месте, ничего не тронули.
— Док, к пулемету!
Зинчук мгновенно выполнил команду, отсекая бросившуюся за нами погоню. А я навел прицел подствольника на мост. Трех зарядов как раз хватило, чтобы от моста остались одни щепки. Теперь «голодным» понадобится время, чтобы соорудить новую переправу. С теми же из хуги, кто успел перебежать ров, поговорит пулемет.
А потом будет пятичасовой путь по тайге к нашему схрону. Там мы переведем дух, отдохнем и отправимся домой — в научный городок ЦИРИ.
Док как пить дать запрется в лаборатории на несколько дней… или недель… со своими обожаемыми кубиками. А я…
А я, пожалуй, попробую помириться с Зиночкой. Стребую с Дока офигенную премию — как плату за все его выкрутасы. Закажу в Ванаваре для романтического вечера армянский коньяк, шампанское и цветы. Настоящие розы. Они у нас в АТРИ буквально на вес золота или даже дороже — аж по пять косарей за штуку! Запишу все это на счет Дока, и пусть только попробует не заплатить.
Впрочем, Док заплатит. Зубами выгрызет у начальства премию для меня. В первый раз, что ли? И, я уверен, что не в последний…
Глава 4
Из обучающего курса выживания в АТРИ:
Не руби сплеча, когда можно быстро и эффективно долбануть.
Неделю спустя, нефтяное месторождение «Ошарское»
Единственное освоенное месторождение «черного золота» в АТРИ принадлежало предприятию «Акура», совладельцами которого с одной стороны являлась официальная власть — администрация Ванавары-3, а с другой — тот самый Петрович, негласный хозяин Муторая.
Администрация выделяла подразделения внутренних войск для охраны хозяйства «Акуры». А Петрович, в свою очередь, поставлял рабочих для буровой и нефтеперерабатывающего завода, который снабжал топливом всю местную авиацию, а также немногочисленный парк грузовиков, строительной техники, вездеходов и бронемашин.
По сути, «Акура» диктовала цены на бензин и керосин в АТРИ и потому являлась необычайно лакомым куском. Но ни одна из бандитских группировок, различных сект или полувоенных кланов в здравом уме не решились бы разинуть рот на этот золотой пирог, поскольку подобное означало бы поссориться одновременно с официальной и неофициальной властями АТРИ. Даже в случае первоначального удачного захвата «Акуры» такая группировка не продержалась бы долго. Ее не просто выбили бы из «Ошарского», но и уничтожили полностью, до последнего бойца. А руководителей подобной группировки ждала бы поистине страшная участь.
Это понимали все: и вольные бродяги, и изгои, и владельцы «Акуры». Поэтому никто всерьез не ожидал настоящего захвата. Конечно, территория предприятия была превращена в маленькую крепость с периметром, забором, колючкой, снайперскими вышками, пулеметными гнездами и минным полем, но все эти меры были рассчитаны на то, чтобы отбивать скорее нападения хищного мутировавшего зверья, чем людей.
Часовые на вышках скучали и не проявляли должной бдительности. Некоторые лениво поглядывали на открытое трехсотметровое заминированное пространство вокруг охраняемого периметра, но большинство коротали время в свое удовольствие: курили, травили анекдоты и даже резались в карты.
Снайпер сержант Горелов раскурил сигарету, облокотился на мешки с песком, которые баррикадой опоясывали деревянные стены вышки, и высунулся наружу по пояс, разглядывая свинцовое небо.
— Гроза будет, — сообщил он своему напарнику рядовому Кочкину.
— То-то у меня башка с утра раскалывается, — откликнулся тот. Он собирался встать рядом с приятелем и тоже выглянуть наружу, но Горелов вдруг дернулся всем телом, а его голова взорвалась небольшим красным облаком.
— Горелыч, ты чего? — ошарашенно протянул Кочкин, но сраженный вражеским снайпером сержант, естественно, не ответил.
Слева громыхнуло, полыхнуло, повалил черный дым — и соседняя вышка перестала существовать, накрытая термобарическим зарядом из «Шмеля».
Ударили автоматные очереди, загрохотали взрывы от подствольных гранат и более мощные от РПГ. Пару раз громыхнули мины.
— Чего это, а?! — Вопрос рядового Кочкина повис в воздухе, потому как ответить на него было некому.
Кочкин скрючился на полу вышки, укрывшись за мешками с песком, и нажал кнопку вызова на тангенте симплексной полевой радиостанции.
— Первый, первый, я третий! — От волнения он забыл все правила пользования радиосвязью и в панике завопил в микрофон: — Нас атакуют! Горелыч убит! Соседнюю вышку разорвало! Вы слышите меня?!
Он переключился на «прием», позабыв сказать нужное слово, но «первый» правильно истолковал наступившее молчание и ответил:
— Спокойно, солдат. Отставить панику. Держать оборону. Как понял? Прием.
— Понял. Держать оборону. Прием.
— Конец связи.
— Принял. — Кочкин оставил в покое рацию и подхватил снайперку убитого сержанта. Потом передумал и вернулся к своему АК-104. Автомат показался более привычным и надежным, чем чужая и незнакомая в общем-то СВД.
В отличие от Горелова Кочкин не имел снайперской подготовки да и служил всего полгода. Он был детдомовцем, одиночкой без родственников, друзей и любимой девушки, поэтому срочную службу ему «повезло» проходить в АТРИ.
Илья Кочкин впервые попал в настоящий, реальный бой, поэтому испугался и растерялся — нормальная реакция оставшегося без командирского присмотра новичка.
Не замечая, что ладони покрываются липким холодным потом, а зубы выбивают громкую дробь, Кочкин осторожно выглянул из-за мешков с песком.
Теперь грохотало со всех сторон. Одна за другой взрывались мины. Причем подрывали их стаи панцирных собак. Зверюги неслись по минному полю так целенаправленно, словно подчинялись чужой воле. Следом за четвероногими минерами к забору и воротам бежали люди в камуфляже, их лица закрывали шапки-маски с прорезями для рта и глаз. В некоторых фигурах было нечто неправильное, хотя напуганный до полусмерти Кочкин не сразу понял, что именно. Вроде слишком высокие и плечистые, а руки напоминают лопаты — автоматы в них выглядят несерьезно, будто пластмассовые детские игрушки. Один такой уникум стрелял сразу из двух «калашей» — с обеих рук, будто вместо автоматов были пистолеты.
Илья ошеломленно наблюдал за «спаренным» автоматчиком, смотрел, как тот минует пролом в бетонном заборе, который образовался после выстрела из РПГ, а в голове стучало: «Это просто бред. Кошмар. Такого не может быть. Я сплю. Надо скорее проснуться…»
Заработала рация.
— Третий, я первый, — прохрипел знакомый голос. — Периметр прорван. Отходи к заводу, если сможешь…
На том конце провода раздался сильный грохот, стрельба, крики, а потом связь оборвалась.
— К заводу… Я понял, — почему-то шепотом сообщил Кочкин в притихший микрофон. Неумело перекрестился и торопливо начал спускаться с вышки на землю по металлической лестнице с перекладинами-ступенями и приваренным арматурным прутом вместо перил…
Два дня спустя, ЦИРИ
Нас с Доком вызвали в Ванавару. Вызов пришел с кодом три единицы, что означало: «Бросай все дела и мчись со всех ног». Зинчука чуть удар не хватил — ему до ужаса не хотелось даже на день прерывать исследования источника аномальной энергии.
— Ну, что там они еще придумали? Какой такой «срочный вызов»? — возмущался Док, садясь вместе со мной в вертолет. — У них там, в Ванаваре, целый НИИ, так зачем еще и мы понадобились? Небось пустяки какие-нибудь. Только зря отрывают занятых людей от работы…
Он ругался весь перелет, но я не поддержал его. Как частенько говаривал мой друг Потап: «Глупо психовать из-за того, что ты все равно не в силах изменить».
В тот же день, Ванавара-3, НИИИАП, карантинный блок 6
Карантинный блок был временно превращен в зал для экстренного совещания, на котором присутствовал весьма разношерстный люд, сразу напомнивший мне о Ноевом ковчеге — и там, и здесь собралось, что называется, каждой твари по паре.
Вернее, вездесущей научной братии и военных из ОБВЕ на совещании было больше чем по паре. Оно и понятно — именно на эти две категории людей обычно и ложилась основная тяжесть решения всех проблем в АТРИ.
Кроме них присутствовали представители гражданской власти. От официальной администрации был мэр Ванавары с замом по хозяйству и главным экономистом. А от неофициальной, естественно, Петрович.
Несколько особняком в этой пестрой компании держался Будда, предводитель клана изгоев — людей-мутантов. Я был знаком с ним лично и даже в свое время выполнял для него кое-какую работенку. Но с Буддой у нас возникли довольно серьезные терки. Главный изгой собирался откупиться мною от группировки чистильщиков. К счастью для меня, сделка сорвалась, причем во многом благодаря помощи Дока. Спустя некоторое время Будда хотел извиниться передо мной, но я послал его куда подальше.
